Непокобелимый (СИ)

Тем более, что в тот же день, когда авроры устроили облаву в квартире Доркас Медоуз, хозяйка, увидев первой Аластора Моуди, внезапно на них напала и чуть не убила Питера, целясь именно в него различными заклятьями. Неожиданно оказалось, что эта женщина — неплохой боевой маг, так что живой она не далась. Амосу Диггори для их защиты пришлось применить смертельное заклятие, которое только на миг опередило «аваду кедавру» Моуди. Декрет о разрешении применения непростительных заклятий аврорами в боевых операциях не так давно подписал Бартемиус Крауч, так что всё было по закону.
  
А после осмотра тела Моуди обнаружил на предплечье Медоуз череп со змеёй, вроде как она была Пожирательницей и служила Волдеморту. Правда, Питер клялся, что никакой метки не было, когда они с Диггори разговаривали с мисс Медоуз в первый раз. У неё, конечно, были длинные рукава, всё же январь, но женщина слегка нервничала и теребила край кофты, оголив кожу достаточно, чтобы можно было заметить какие-то знаки, татуировки и метки.
Они с Питером предположили, что, скорее всего, Моуди набросил на Доркас «Империо», чтобы вынудить группу захвата вступить в бой и убить её. К огромному удивлению Моуди, Питер нашёл спрятанные документы: по всей видимости, секретарь палаты должна была их уничтожить, но приберегла.
Авроры сунулись было к вдове Уизли, но оказалось, что Молли Уизли в девичестве имела фамилию Пруэтт, а также двух серьёзно настроенных братьев, которые показали, что Артур был слишком доверчив и его могли попросту обмануть… Вдова Уизли вместе с детьми была отправлена к родителю, а вот Фабиану и Гидеону не повезло. Мёртвых братьев обнаружили два дня назад в разрушенной «Норе» под знаком «Морсмордре». Сергей знал, что и в прошлый раз, как и очень многие последователи Дамблдора, братья Пруэтты погибли, он только помнил, что погибли они ближе к весне или лету, возможно, это правда были «Пожиратели», а может, Фабиан и Гидеон, как и в этот раз, узнали о своём «вожде» что-нибудь лишнее.
* * *
— Поздравляю, Сириус, — у зала заседания встретил Сергея Римус и пожал ему руку. — Я не верил… Но у тебя всё получилось. Наверное, это первый закон, который приняли почти единогласно и так быстро.
— Просто отец уже почти всё сделал, — смутился Сергей. — Он разговаривал об этом законе, так что решение людьми было уже принято. Это я тебя поздравляю, — понизив голос, сказал он.
— Спасибо, — улыбнулся Римус, как будто даже стряхнувший с себя свою вечную апатию и настороженность. — Предлагаю это отметить.
— Тогда я поднимусь к Питеру, позову его на посиделки и скажу, как все прошло, — кивнул Сергей и подколол друга: — Смотри, эта блондинка на тебя так призывно смотрит. Её зовут Рита. Рита Скитер.
— Думаешь? — чуть повёл носом Римус, приглядываясь к девушке.
Сергей тоже посмотрел на Риту Скитер и в который раз поразился тому, что волшебники и волшебницы настолько медленно старели. Будущая «акула пера» выглядела как нежная, наивная и разве что немного порочная фиалка. Тридцать лет ни за что не дашь, максимум двадцать. Впрочем, и Беллатрикс выглядела их одногодкой.
— А она симпатичная… — вздох Римуса сбил Сергея с мыслей.
Насколько он знал, друг очень стыдился своей природы и считал, что оборотням вообще не стоит заводить семью, а значит, и встречаться с девушками.
— Я пошутил, — кашлянул Сергей, испытывая некоторое чувство вины из-за того, что раздразнил Римуса. — Она, наверное, хочет взять у тебя интервью, она журналистка. Я сказал ей, что в трауре из-за отца, так что она нацелилась на моих друзей. Будь осторожен. Я точно знаю, что ей около тридцати, она училась в Хоге вместе с моей кузиной, так что не верь этим светлым кудряшкам и наивно хлопающим глазам. Ладно, я к Питеру… Он, надеюсь, на месте.
— Ага, до встречи, — пробормотал Римус, который, как краем глаза увидел Сергей, всё же подошёл к Рите Скитер.
* * *
Бывают такие встречи, когда от одного взгляда сердце замирает и начинает колотиться, как бешеное. Когда сквозь толщу льда, которая, как тебе казалось, покрывает всё сердце, пробивается тонкий росток подснежника.
Все этажи Министерства были подземными, но они были оснащены фальш-окнами, за которыми днём всегда светило солнце. Когда Сергей вышел на минус втором этаже, то увидел Её. Девушка стояла в свете, который запутался в её светло-русых волосах, как бы банально это ни прозвучало, «словно ангел, сошедший с неба». Изящная фигурка, милая внешность. Сергей замер, испытав чувство дежавю: точно так же он встретил Наташу. Девушка была неуловимо похожа на его жену. И ещё через миг он понял, что показалось ему настолько знакомым: томик Лермонтова, который она читала. Наташа любила стихи этого классика, как и вообще стихи. Если судить по обложке, то они были написаны на русском. И это было ещё одно невероятное совпадение.
— Kak vas zovut, prekrasnoe sozdanie?* — не удержался Сергей, позабыв обо всём на свете.
— Tanya, — девушка подняла на него ярко-синие глаза, обрамлённые чёрными ресницами.
— Itak, ona zvalas' Tat’yanoi…
 Комментарий к главе:
*говорят на русском :-)
 Часть 3. Глава 7. Любовь и разлука 
  7 февраля 1981 г. 
  Англия, Лондон 
— Площадь Гросвенор, сорок пять, — бросая в камин горсть летучего пороха, назвал адрес Северус.
Вспыхнувший зелёный магический огонь затянул его в недавно дискредитированную каминную сеть, которой пользовалось подавляющее большинство магического населения Британии. Для аппарации требовались определённые навыки и знания, тем более, что даже парная аппарация не рекомендовалась с детьми младше пятнадцати. «Ночной рыцарь» — это слишком своеобразный способ путешествий, как и мётлы, на которых комфортно летать на небольшие расстояния, в пределах своего графства, и желательно в тёплую погоду, плюс соблюдать кучу условностей вроде «не нарушать Статут Секретности» и случайно не попасться магглам.
Так что в доме каждой волшебной семьи были установлены подключённые к сети камины: удобно, быстро, единственный способ магического перемещения по адресу с детьми. Были ещё редко применяемые порталы, но там тоже были возрастные ограничения.
Патент и разрешение на продажу летучего пороха принадлежали только закрытой компании «Floo-Pow», собственником которой с момента своего образования являлось Министерство Магии. Дед по секрету поделился с Северусом, что установленная с лохматых времён цена в «два сикля за ковшик», по самым скромным подсчётам, приносит Министерству доход более двадцати пяти тысяч галлеонов в год, что составляет больше четверти бюджета магической Британии, в остальном пополняемого за счёт налогов. Примечательно, что и объёмы «ковшика» на протяжении столетий менялись, естественно, в меньшую сторону. По слухам, во времена Игнатии Уилдсмит, которая в тринадцатом веке изобрела формулу летучего пороха, ковш за два сикля равнялся трём квартам (~ 3л). Теперь за два сикля продают ковшик объёмом чуть больше трёх пинт (~ 1,7 л). Дед ворчал, что надеется никогда не застать времена, когда ковш летучего пороха будет меньше, чем его черпак для зелий, так как Министерство незаметно делает эту меру всё меньше и меньше. Северус в ответ шутил, что «нет худа без добра» и по этому «стандартному ковшу» можно отслеживать экономику Британского магического сообщества. После того как в его жизни появилась Лили, его Лили, Северус почти всегда находился в хорошем расположении духа.
История с Уизли и погибшим Орионом Блэком, который был не мелким жуликом Ночной аллеи, а аристократом из могущественной семьи Британии, дала широкий общественный резонанс. Люди были в панике. Мало было непонятной «войны», так ещё и каминная сеть, курируемая Министерством, оказалась далеко не безопасной. Вспомнили даже четырнадцатого Министра Магии — Отталин Гэмбл, которая была дальновидней своих современников, в своё время возмущённых строительством магической железной дороги до Хогвартса и транспортировкой детей-волшебников «Хогвартс-экспрессом». Впрочем, тридцать первый Министр — Миллисента Багнолд — смогла в кратчайшие сроки успокоить народ тем, что центр летучего пороха будет под охраной сразу двух не связанных структур Министерства: отдела Тайн и Аврората. И за центром летучего пороха и его сотрудниками будет постоянный контроль и наблюдение со стороны невыразимцев и авроров.