Непокобелимый (СИ)
— Ой, Питер! — встретила его Муфальда. — Тут к нам пришёл неожиданный гость.
— Кто? — напрягся Питер, незаметно доставая палочку, которая мягко скользнула в его ладонь из специальных ножен.
— Сириус Блэк, — ответила слегка смущённая невеста, что нисколько не успокоило, а, наоборот, растревожило. Совершенно точно Сириус сейчас был во Франции.
Так что Питер с улыбкой привлёк к себе Муфальду и быстро прошептал:
— Если я назову его «Бродяга», хватай мать и бегите из дома. Уяснила?
Карие глаза его Мэтти, которая была далеко не дурой, понятливо блеснули.
— Привет, мама. Сириус, рад тебя видеть, — поздоровался Питер, рассматривая Блэка. — Мам, ну что там насчёт ужина? Я умираю с голода. Мэтти, давай помоги всё приготовить.
— Да-да, конечно, — мать выглядела слегка растерянной. Муфальда натянуто улыбнулась и увела её на кухню. Питер чуть расслабился, убрав из зоны досягаемости гостя своих женщин.
— Давно не виделись, Пит, — знакомо улыбнулся Сириус. — Я слышал, что ты уже сдаёшь практику.
— Да, — кивнул Питер, — А ты?..
— Мне Гильдия кое-что поручила в Британии, так что я здесь какое-то время. Но я прошу никому не рассказывать, что ты меня видел, Пит. Пообещаешь?
— Да, если ты скажешь, какая у меня любимая песня из тех, что ты сочинил, — хмыкнул Питер.
Сириус прищурился.
— Помнится, тебе очень понравилась песня про перемены, — медленно ответил Блэк, покосившись на его палочку.
— Споёшь? — спросил Питер.
— Что ж, можно... — пожал плечами Сириус и, оглядевшись, трансфигурировал гитару из кипы лежащих на шкафу книг. Сделал несколько переборов и запел:
— Вместо любви ядом облит:
Лучше «обли-ви-эйт»!
Из сетки календаря выхвачен день.
Красное солнце у самой земли
Свой завершает рейд,
На пылающий Лондон
Падает тень.
— Перемен требуют наши сердца!
Перемен требуют наши глаза!
В каждом взгляде я вижу желанье подняться с колен.
Перемен! Мы ждём перемен! — запела вышедшая Муфальда, подхватив. Это была и её любимая песня.
Почти весь «репертуар» Сириуса Блэка разошёлся не только по Хогвартсу, но и по казарме будущих авроров. Песня про перемены была любимой, несмотря на то, что, если задуматься, сам текст был несколько вызывающим.
— «Люмоса» свет, словно нас нет,
Мир замедляет бег…
Нет мыслей о том, что мы слишком юны…
Нам всем отправлен волшебный конверт
Там был чудесный герб,
Оказалось, то было
Знамя войны, — продолжил Сириус, продолжая смотреть на Питера.
Перемен требуют наши сердца!
Перемен требуют наши глаза!
В каждом взгляде я вижу желанье подняться с колен.
Перемен! Мы ждём перемен!
Стройся в ряды и жди беды
От командиров ты,
Знаю: жутко и страшно что-то менять.
Нас разделили для этой вражды
И предали мечты,
А гроссмейстеры нами
Будут играть.
Перемен требуют наши сердца!
Перемен требуют наши глаза!
В каждом взгляде я вижу желанье подняться с колен.
Перемен! Мы ждём перемен!*
— Я, вообще-то, не только к тебе, Пит, но и к твоей маме: вспомнил, что ты говорил о том, кем она работает, — снова улыбнулся Сириус, отложив гитару и развеяв трансфигурацию. — И, кстати, поздравляю: миссис Петтигрю уже рассказала, что ты решил жениться. Я думал, что ты чуть пораньше освободишься, прости, что без предупреждения, но так вышло.
— Ага, — кивнул Питер и сделал знак Муфальде. Они вместе с матерью вышли из кухни, организуя ужин. По всей видимости, Сириус пришёл не с пустыми руками, так как денег на такой здоровый копчёный окорок у них точно не было.
— Я уже начал говорить миссис Петтигрю, что хотел бы... э… предложить ей работу, — сказал Сириус. — У нас настоящий завал в библиотеке, нужно составить списки, возможно, даже копии книг, которые против копирования защищены чарами, а писать пером… Тем более, что зачарованное не работает, я пробовал уже. Да и потом почерк разбирать… Вот я и подумал о печатной машинке и о стенографии… А потом вспомнил, что ты говорил о том, что твоя мама как раз работает стенографисткой на каком-то маггловском предприятии. Нанять маггла нельзя: дом не пропустит, нужна волшебница с такими способностями… Работа сложная и конфиденциальная, придётся дать обеты, поэтому и оплату за неё я предлагаю двенадцать галлеонов в неделю.
— А на какой срок? — осторожно спросила мать Питера.
У него самого перехватило дыхание от цифры, озвученной Блэком. Столько не получал и инспектор Аврората.
— Э… Пока не знаю. Но библиотека большая, — смутился Сириус. — Возможно, пару месяцев. Боюсь, что вам придётся с вашей работы уволиться из-за этого, так как одним отпуском точно не обойтись…
— Я понимаю, — кивнула мать Питера. — Я согласна, мистер Блэк.
— Ой, зовите меня Сириус, — ещё сильней смутился Блэк. — Вы меня на самом деле выручите, если согласитесь поработать в библиотеке.
— Когда приступать?
— Думаю, вам надо дать пару дней, чтобы разобраться со своей работой, верно? Так что я буду держать связь с Питом через своего почтового ворона, — ответил Сириус.
В предложении Блэка не было ничего такого: ни постыдного, ни покровительственного. Ему нужна была помощь, и Сириус стал искать её среди тех людей, которым он доверял. При этом оплата, если учесть секретность и относительную кратковременность работ, была вполне достойная, не было ощущения ни подачки, ни того, что их семье делают какое-то одолжение. Питер даже задумался, как так выходит. Возможно, это какое-то аристократическое чутьё и врождённое благородство. А может, его друг просто искренне проявляет заботу и благодарность…
Они отдали дань вкусному окороку и приготовленным овощам, и Питер подумал, что в своё время правильно поступил, рассказав Сириусу о заговоре относительно его семьи. Вполне могло быть, что Орион Блэк пал жертвой этого заговора. Им стоило о многом поговорить. Если судить по взгляду Сириуса, тот тоже хотел рассказать ему что-то важное.
Комментарий к главе:
* Авторская переделка песни "Мы ждём перемен" группы "Кино". Внимание, всё куплеты на мотив первого. (делаем вид, что это перевод с английского).
Часть 3. Глава 6. Сцена
6 февраля 1981 г.
Англия, Лондон, Министерство Магии
— Таким образом, памяти моего отца, сэра Блэка, кавалера Ордена Мерлина третьей степени, предлагаю назвать будущий закон о патронаже над семьями оборотней «Билль Ориона», — закончил спич Сергей и коротко поклонился.
Слушание нового закона, который разработал Орион Блэк, проходило на десятом уровне Министерства Магии. Зал Заседаний магической палаты был также и Залом Суда. По всей видимости, не так часто в магической Британии проходили слушания о преступлениях, чтобы этот зал был постоянно занят, так что в Министерстве экономили место. Благо никакого «кресла обвиняемого», о котором Сергей знал из газет, внизу амфитеатра зала не стояло, а свою речь Сергей говорил с кафедры атторнея, то есть по-русски «прокурора», должность которого на данный момент занимал Глава Департамента Правопорядка — Бартемиус Крауч.
Министерство Магии, несмотря на громкое название, было довольно компактным и располагалось не столько вширь, сколько в глубину. В Атриуме находились камины для сотрудников и посетителей, несколько больших грузовых лифтов, чтобы попасть на нужный этаж и в нужный отдел или департамент, охрана и фонтан «Дружбы народов». А потом все уровни располагались в порядке необходимости и частоты посещения и размера госаппарата. Министр, всё управление, канцелярия, отделы магического хозяйства и образования — на минус первом этаже, Аврорат и весь Департамент Правопорядка — на минус втором и так далее.