Непокобелимый (СИ)

— Регулус, поболтаем? — Сергей остановил младшего брата, который весьма неспешно покидал свой стол после ужина, бросая на него красноречивые взгляды.
— Сириус, ты куда пропал? Я тебя несколько дней вообще не видел и в Большой зал ты не приходил? — возмущённо спросил Регулус, когда они немного отошли от основной толпы.
— Т-с-с! — остановил его Сергей. — Надеюсь, ты это ни с кем не обсуждал?
  
— Нет, я даже Барти не сказал… — помотал головой его брат. — Я даже подумал, что ты попал в Больничное крыло, но не стал спрашивать Поттера и твою компанию. Хотя сегодня в Хогсмиде уже хотел подойти к ним, но они куда-то ушли, как испарились…
— Повезло, что не подошёл, — взлохматил тёмные волосы брата Сергей. — Я-то им на тебя сослался. Так что, если что, прикроешь?
— А где ты был на самом деле? — приоткрыл рот Регулус. — Хогвартс же ты не покидал? Иначе тут уже авроры бы бегали…
— О… — поиграл бровями Сергей. — Тут такое дело вышло… И я всё тебе расскажу, если ты организуешь мне встречу со своим другом. Северусом Снейпом.
 Часть 1. Глава 12. Этот мир 
  6 октября 1976 г. 
  Шотландия, Хогвартс 
У шестого курса Гриффиндора по средам было всего два занятия первой и последней, шестой, парой: Защита от Тёмных Искусств и чары. Чары с начала учебного года начал вести полугоблин Филиус Флитвик — это был карлик с довольно отталкивающей внешностью, крупным носом и мелкими глазками под косматыми бровями. Если судить по воспоминаниям Сириуса, ранее предмет назывался «Enchantment» — «Мужское колдовство» — и вёл его другой профессор, которого отправили на пенсию. В прошлом году Флитвик преподавал ЗОТИ. А в этом на первом же уроке новых «чар» им объявили, что вышел приказ о реформе образования от Министерства Магии, который упраздняет прежнее разделение на «женское» и «мужское» колдовство, и теперь будут просто «чары», объединённый предмет для всех: и парней, и девушек. Многие были этим недовольны, особенно студентки, так как их профессора — Роланду Хуч — сократили и перевели на должность тренера по полётам для малышни, на которую женщина согласилась лишь вынужденно. По школе ходили различные слухи, начиная с того, что Хуч стала выпивать от горя и расстройства от понижения в должности и невозможности вести любимый предмет, и заканчивая тем, что этому «объединению» чар поспособствовали родственники Флитвика — гоблины, которые заправляли банком «Гринготтс».
Этой же инициативой Министерства Магии был запрещён факультатив «Тёмных искусств», предмет и так перевели в факультатив, когда произошло первое разделение и появилось «ЗОТИ», а теперь и вовсе отменяли. Впрочем, Сергей сомневался, что подобные отмены что-то могут изменить, как бы наоборот детям не стало интересно, что же такого запрещают. Это если тёмные искусства учить надо, эссе сдавать и домашние задания, это не так интересно: обычный предмет, как многие в Хогвартсе. Да и, как подсказывала память Сириуса, многие из «тёмных искусств» требовали хорошей такой техники безопасности при обучении, а тут… будут малолетние волшебники-недоучки «темнить» по пустым классам и создадут больше проблем.
С Регулусом у Сергея по средам полностью совпадало расписание: у четвёртого курса Слизерина первым уроком была трансфигурация и последним — гербология. На маггловедение, которое стояло в расписании четвёртого курса второй парой, Регулус не ходил. У шестикурсников Слизерина по средам было даже более свободное расписание: всего одно занятие по чарам, но четвёртым уроком, с полтретьего до четырёх.
По всей видимости, подразумевалось, что студенты должны будут сидеть в библиотеке и посвящать свободное время самостоятельной учёбе, но Сергей нашёл более интересные занятия для свободного времени по средам.
* * *
Одиннадцатого сентября, почти месяц назад, Сергей решил поговорить с Северусом Снейпом и признаться в том, что кратковременным фамильяром-вороном был он сам. Это было то ещё «испытание на прочность». Встречались они втроём: Северус, Регулус и Сергей — в том самом злосчастном пустом кабинете на втором этаже, только в тот раз Сергей закрыл кабинет, чтобы им никто не помешал, особенно его друзья.
— Что ты хотел, Блэк? — спросил Снейп без преамбул. — Я, вообще-то, занят.
— Я хотел рассказать брату одну историю, так как ты заинтересованное лицо, тебе я предлагаю тоже её послушать, — расслабленно сел на парту Сергей.
— Ты хочешь рассказать, где пропадал? — оглянулся на Снейпа Регулус.
— Да… — собрался с мыслями Сергей. — Моя… кхм… контузия… летом. Привела к тому, что я подрастерял некоторые навыки и часть памяти… Мы повторяли заклинания. А свою анимагию я решил потренировать уже в Хогвартсе. Анимагическую форму легче всего перекидывать в дни полнолуния, поэтому я его ждал, чтобы попробовать. К сожалению, я был слишком самоуверен и не позвал тебя, брат. Хотя мог бы догадаться, да…
— Сириус, так ты анимаг? — перебил его Регулус. — Я не знал. Ух, как же круто! А меня научишь?..
— Это возможно, — прикинул Сергей, покосившись на Снейпа, который молчал и слушал, прислонившись к стене у двери. — Только, видимо, из-за этой моей… контузии моя анимагическая форма изменилась. И я запаниковал, так как был незнаком с таким телом…
— А какой была твоя прежняя и в кого ты теперь превращаешься? — загорелись глаза Регулуса.
— Раньше я был здоровой такой чёрной собакой, — ответил Сергей, заметив, как Снейп вздрогнул и закрылся рукой, ухватив себя за плечо. — Но неожиданно для себя превратился вовсе не в пса, а в птицу.
— В птицу? — несколько разочарованно переспросил Регулус.
— Ага… И вот я, как дурак, превратился в птицу, а как расколдоваться вдруг забыл, видимо, со страху и от неожиданности, — продолжил Сергей, чувствуя на себе прожигающий взгляд Северуса. — Я особо и не успел подумать, потому что начал махать крыльями, а они такие дурацкие, заорал, и в кабинет зашли старшекурсники со Слизерина. Они меня живо изловили и сказали, что я за птица такая, так как я этого даже понять не мог.
— Них… То есть ничего себе! — ахнул Регулус.
— Да, да, ситуация та ещё, — кивнул Сергей. — Но и это ещё не всё. Они сказали, что я ворон, и решили на мне потренировать всякие чары. А оно мне надо, чтобы меня в кувшины превращали или в другую какую-то хрень? Тем более, что расколдоваться я не могу, а от паники и стресса в голове такая каша. И тут я вспомнил, что существуют вороны-фамильяры, а ещё что они говорить могут, и попытался что-нибудь сказать в духе «отвалите от меня и поставьте, где было».
Регулус хихикнул.
— Вот тебе смешно, а у меня нифига не вышло. Я даже твоё имя пытался сказать, типа я твой фамильяр, но тоже ничего — слишком оно у тебя длинное и целых три слога. И я когда про эти слога подумал, вспомнил, у кого всего один в фамилии, и, знаешь, так легко каркнулось, словно всю жизнь этим занимался.
Регулус прыснул и посмотрел на Северуса.
— Вот-вот, — вздохнул Сергей. — Старшекурсники тут же определили меня, как фамильяра нашего общего знакомого, и потащили к нему. А я решил, что, как самый хитрый гриффиндурок, который смог волшебным образом нахапать себе проблем, пересплю в клетке и с утра, когда на завтрак и учёбу все уйдут, всё вспомню спокойно, расколдуюсь и сбегу из ваших подземелий. Но как бы не так… Кое-кто заколдовал клетку не хуже нижних уровней «Гринготтса», и мой коварный план побега провалился.
— Так все эти дни ты что?.. — округлились глаза Регулуса.
— Ага, я сидел под замком, жрал, что дадут, и пытался научиться говорить, чтобы попроситься на свободу, — кивнул Сергей. — Я же даже научился нашу фамилию произносить, но меня так и не поняли. Хотя неудивительно, я же всё-таки был чёрным вороном…
Северус закашлялся, словно скрывая смех.
— И как же ты освободился? — спросил Регулус, покосившись на Снейпа.