Пока мы не исчезнем (ЛП)

«Возможно, в эволюционной биологии есть какая-то неясная причина», — ответил я. — «Как вопрос о том, почему практически каждый вид использует левосторонние аминокислоты. Мы просто не знаем, в чем она заключается».
Тем не менее, новая цивилизация всегда представляла собой великолепное зрелище из космоса, а планета фиолетового оттенка была особенно поразительной. Мы сделали много фотографий для нашего блога — если предположить, что мы когда-нибудь снова свяжемся с Бобнетом.
  
Местные жители, как и большинство видов, колонизировали большую часть скал в своей системе, а также построили пару мегаструктур. И, как и все другие цивилизации, которые мы посещали, все было заброшено. Никаких тепловых сигнатур, никакого радиообмена, никакого движения, ничего.
Я пинганул Гюнтера. «Это было заброшено, когда ты впервые прибыл сюда?»
«Да».
Разговорчивый, как всегда. В очередной раз я решил перестать задавать вопросы, на которые можно ответить «да» или «нет». «Почему твоя цивилизация отправила тебя сюда первым? Они обнаружили радиосигналы? Тепловые сигнатуры?»
«Аномальные микроволновые источники», — ответил Гюнтер.
Конечно. Микроволны от червоточины. Подождите, источники? Я быстро просканировал. И точно, была еще одна червоточина под углом минус девяносто градусов. «Другая червоточина — ты ее исследовал?»
«Нет».
Я закатил глаза от досады, в основном на самого себя. Но на самом деле, Гюнтер оказался в ситуации подбрасывания монеты и сделал выбор, который открыл путь в империю.
«Стоит ли это проверять?» — спросил я Дэя.
«Давай хотя бы отправим дрон».
Мы посоветовались с Гюнтером, и он был готов подождать лишнюю неделю.
Несколько дней спустя мы оказались возле второй червоточины. Еще одна, подумал я. Затем я поймал себя на этой мысли и мысленно ущипнул себя. Мне действительно становилось скучно от червоточин.
Дэй подготовил дрон и отправил его через червоточину с обычными мерами предосторожности. Дрон провел стандартное звездное обследование и вернулся.
«Хмф», — проворчал я, когда мы закончили анализ. — «Я наполовину надеялся, что это может привести нас в систему, которая немного ближе к дому Гюнтера, но не повезло. Пятнадцать световых лет в неправильном направлении. Признаки планет, но никаких других червоточин и никаких следов активной цивилизации».
«Икки, это действительно выходит за рамки странного и переходит в жуткое. Я начинаю беспокоиться, что мы никогда не узнаем, что случилось».
«Я знаю, Дэй. Эти быстрые обследования из космоса действительно не приближают нас к разгадке. Возможно, нам придется стиснуть зубы и провести полное археологическое глубокое погружение на одной из заброшенных планет».
«Это будет следующим шагом. А пока давай посетим систему Гюнтера. Там, вероятно, больше шансов встретить кого-нибудь».
«Но у них тоже не будет ответа».
«Все по порядку. Поехали».
  
Глава Сорок Четвертая: Расследование
 
Говард
Январь 2344
Бармаглот
Бриджет хотела исследовать планету дальше, но меня настолько беспокоило это дело с Александром, что я хотел провести дальнейшее расследование. После некоторого обсуждения мы пришли к компромиссу.
Мы начали наш день с поиска большого восходящего потока рядом с Охотником, который мы пока считали нашим домашним летуном и базой операций. Поднявшись на восходящем потоке, мы смогли набрать высоту почти в пять километров. Настоящий дракон на такой высоте задыхался бы, но все еще мог бы действовать. Мы могли бы подняться и выше, но это привлекло бы внимание.
С этой высоты горизонт находился почти в двухстах пятидесяти километрах, хотя, конечно, объекты исчезали в дымке гораздо раньше.
«Много дымки», — прокомментировала Бриджет. — «Вероятно, вулканическая. Я насчитала… — она ​​помолчала, поворачивая голову, — сорок две отдельные горячие точки. Это большая активность».
«Удивлен, что здесь так много сложной жизни, как мы видим», — ответил я.
«Сибирские траппы вызвали пермское вымирание двести пятьдесят миллионов лет назад на Земле», — сказала Бриджет, взглянув на меня. — «Это было гораздо хуже, а сложная жизнь уже существовала». Она помолчала. «Это было относительно внезапное событие. Похоже, здесь происходит нечто подобное, но гораздо медленнее. Это объяснило бы, почему так много форм жизни поднялись в воздух. Это единственная причина, по которой я могу придумать, чтобы вид рискнул водородной флотацией».
Я ухмыльнулся. «Держу пари, отборочное давление какое-то время было настоящей сукой».
Бриджет рассмеялась и снова сделала круг. «Я вижу двенадцать летунов, случайным образом распределенных, и похоже на компактную группу вон в том направлении. Дюжина или больше летунов, я думаю». Она указала, чтобы проиллюстрировать. «Хочешь поспорить, что это «нация» Александра?»
Я проследил за ее указывающим пальцем взглядом и нахмурился. «Это более-менее то место, где мы спускались во время нашей первой вылазки. Это могли быть разведчики Александра, которые нас преследовали».
«Или разведчики с ближайшего летуна, думающие, что мы разведчики Александра. В любом случае, это объяснение».
Я помолчал и постарался сохранить невозмутимое выражение лица. «Так как ты называешь скопление летунов?»
Бриджет закатила глаза. «Полагаю, у тебя есть предложение».
«Флотилия?»
Вздох был ее единственным ответом. Я счел это победой.
«Так что нам делать?» — сказала она, меняя тему. — «Просто подлететь и представиться?»
Я начал отвечать, затем остановился и прищурился. Что-то двигалось вдали. Я активировал телескопическое зрение и увеличил масштаб.
«Кажется, решение принимается за нас», — сказал я, указывая. Она проследила за моим взглядом, прищурилась и замолчала. Через несколько мгновений она повернулась ко мне. «Похоже, эти «сочувствующие» были скорее разведчиками. Это рейдерский отряд».
И действительно, то, что выглядело как пара сотен драконов, летело низко над землей по маршруту, который, казалось, был нацелен на Охотника. Полагаю, могло быть и более невинное объяснение, но это казалось маловероятным. «Нам стоит вернуться?» — спросил я. — «Помочь защищаться?»
«Я не хочу никого убивать», — ответила Бриджет. — «Давай подождем и посмотрим. Мы всегда можем вмешаться потом. У нас есть законная причина там быть, так что худшее, что они могут сделать, это вышвырнуть нас». Она колебалась. «Надеюсь».
В течение нескольких минут рейдерский отряд был замечен, судя по внезапному увеличению активности на летуне. Но к тому времени было уже слишком поздно. Нападавшие хлынули снизу массивного плавучего острова, используя его для защиты и прикрытия. В последний момент они взмыли над краем и приземлились, с копьями в руках, там, где защитники выстраивались с чем-то более похожим на пики.
Как человек, выросший в Америке двадцатого века, я не привык видеть такой уровень прямого насилия — по крайней мере, не по телевизору или в кинотеатрах. Даже на расстоянии бой был жестоким и беспощадным. Много драконов погибло. Гораздо больше остались бы калеками на всю жизнь, если бы не умерли от инфекций. Медицинские знания драконов были примерно на том же уровне, что и у любой цивилизации железного века — множество импровизированных процедур, большинство из которых с равной вероятностью могли быть вредными или полезными, или просто совершенно неверными.
  
Бой длился, возможно, десять минут. Нападавшие одновременно атаковали все три деревни, и их расчет времени был безупречен. Несколько драконов бежали, многие вообще не сражались, и александрийцы, похоже, не интересовались этими особями. Слава вселенной, они, похоже, не собирались устраивать какой-то погром против жителей.
Как только все улеглось, мы подлетели и приземлились в нашей деревне. Пара александрийцев, легко узнаваемых по ярко-синим с белым нарукавным повязкам, подошли, чтобы перехватить нас. Мы оказались перед полудюжиной или около того наконечников копий. «Какое у вас дело?» — сказал один из них.