Пока мы не исчезнем (ЛП)

«Да, ожидая проверки голосов. Я все еще думаю, что они сжульничали», — прорычала Бриджет.
Марк печально покачал головой. «Хотел бы я, чтобы это было так, но я думаю, что это законно, Бриджет. Это уже третья их победа подряд. В общем, они не теряли времени даром. Они баллотировались на платформе сокращения технологий и возвращения к основам, что бы это ни значило. Так что никаких летающих городов, жесткое ограничение мэнни, никакой посмертной репликации, никакого клонированного мяса…»
  
«Серьезно?» — сказал я, нахмурившись.
«Не естественно, не создано Богом, или что-то в этом роде». Марк пожал плечами. «Однако от принтеров они не отказываются».
«Конечно, нет». Я вздохнул. «Я отправлю сообщение Уиллу, на всякий случай. Ему действительно нужно активизировать усилия, чтобы вывезти оттуда наших родственников».
«Полагаю, дипломатия между Вулканом и Ромулом достигает рекордно низкого уровня», — задумчиво произнесла Бриджет.
Марк вздохнул и кивнул. «Мы не то чтобы ожидаем войны или чего-то в этом роде, но границы могут закрыться — или, по крайней мере, ужесточиться». Он взглянул на меня. «Тебе лучше сделать это сообщение высокоприоритетным».
Мы вернулись в лабораторию и обнаружили, что обстановка значительно более напряженная, чем когда мы уходили. Техники перешептывались друг с другом и сравнивали что-то на своих планшетах, пока хьюи расхаживал взад-вперед, выглядя обеспокоенным — или настолько обеспокоенным, насколько может выглядеть безволосый, бледный андроид.
«В чем дело?» — спросил Марк.
«Не могу выйти», — ответил хьюи отрывистым тоном Терри. — «Я хочу использовать кодовую фразу, но команда пытается отладить».
Я взглянул на Терри, все еще лежащую на каталке, и почувствовал сочувствие. Технология активировала ту же область мозга, которая предотвращает движения во время сна, чтобы позволить пользователю выполнять произвольные движения через хьюи, не двигая собственным телом. Но это означало, что пользователь был парализован, пока устройство было активно. Инновация в дизайне на самом деле была основана непосредственно на предложении, сделанном Тотом в ходе переговоров с Прыгунами.
Процесс деактивации хьюи должен был быть простым, но в качестве резервной копии мы встроили настраиваемую пользователем «кодовую фразу», произнесение которой также переключало выключатель.
Один из техников взглянул на нас, затем сказал: «Можете попробовать, Терри. Нам придется просмотреть логи, чтобы выяснить, что происходит. Это займет некоторое время».
Хьюи перестал расхаживать и пропел: «Я маленький чайник, короток и толст». Он на мгновение застыл в ожидающей позе, затем воскликнул: «О, черт! Это тоже не сработало. Выдерните чертов штекер!»
Техник подбежал, нажал кнопку, затем осторожно снял колпак с Терри, когда она села. Хьюи, следуя стандартной программе мэнни для автономных ситуаций, поместил себя в капсулу и выключился.
«Не нравится», — сказала Терри, свирепо глядя на Марка. — «Совершенно не нравится. Лучше бы вам исправить этот глюк как можно скорее. Если застрявший пользователь впадет в панику, кто-нибудь засудит всех подряд».
Марк кивнул Терри, затем ухмыльнулся мне. «Пока не стройте планов на этот дивидендный чек. Похоже, мы еще не совсем готовы к прайм-тайму».
«Продолжайте работать. Нам нужно это быстро, но это должно быть сделано правильно. Нельзя рисковать, давая ВЕРЕ какие-либо боеприпасы».
«Или Луддитам», — добавила Бриджет, имея в виду группы активистов против мэнни и репликантов.
Я вздохнул и повернулся, чтобы уйти. «Увидимся через неделю, Марк».
  
Глава Двадцать Четвертая: Арахнофобия
 
Икар
Август 2321
Сеть кротовых нор
Еще один день, еще одно исследование. Трудно было не воспринимать этот процесс как утомительный, несмотря на совершенно захватывающее великолепие всего происходящего. Казалось, что каждый день — Рождество, но и в хорошем, и в плохом смысле. Каждая новая кротовая нора приносила новые планеты, новые виды — не всегда сюрпризы, но, безусловно, зрелища. Это было похоже на один из тех европейских круизов, где каждый день посещаешь новую страну.
Но недостатком было то, что постоянное возбуждение со временем могло притупить чувства. Увидеть планету, покрытую парящими куполообразными городами, и пробормотать «м-да» — это был верный тревожный знак. Признаюсь, я хотя бы немного иронизировал над собой, но мысль о том, что я начну отмахиваться от каждого нового опыта, глубоко разочаровывала меня в себе.
К этому моменту мы видели цивилизации, принадлежащие, должно быть, десяткам различных видов. Их градостроительные философии охватывали весь спектр: от небоскребов до разрастающихся пригородов и подземных сетей, похожих на муравейники. И хотя большинство из них были в хорошем состоянии, некоторые — в менее хорошем, варьируясь от надвигающегося упадка до полного коллапса. Дэй заметил, что последняя группа, вероятно, отключила системы жизнеобеспечения, что могло означать, что они не планировали возвращаться. Или не ожидали.
«Заметил, что все обитаемо?» — сказал Дэй в тишине.
«Что?» Я оторвался от видеоокна, которое показывало вид спереди с дрона, совершающего облет текущей планеты.
«Каждая система, которую мы исследовали, была более или менее похожа на Солнечную. Никаких систем TRAPPIST, никаких систем с горячими юпитерами, никаких сверхгигантских солнц, никакой настоящей планетарной странности. Ничего из того, что постоянно обнаруживали ранние поиски экзопланет».
«Э-э…» Я остановился, на мгновение потеряв дар речи. Затем: «Ну, это может быть ошибка отбора. Кротовые норы создаются в системах с планетами, которые либо обитаемы, либо пригодны для жизни. У них может быть несколько соединений со странными системами, или у них даже может быть совершенно отдельная сеть для них, доступная только для исследовательских целей. Я имею в виду, кто знает? Но я бы поставил на то, что это не случайное упущение».
«Возможно, ты прав», — ответил он. — «В любом случае, я почти закончил. Как только у тебя будет достаточно видеоматериалов, мы можем перейти к следующему».
Еще один день, еще одно исследование.
Потребовалось два дня, чтобы добраться до единственной обитаемой планеты, и мы немедленно выпустили обычный набор дронов для облета. Мы давно перестали беспокоиться о скрытности или безопасности и были бы вне себя от радости, если бы один из наших дронов сбили с неба, просто чтобы было с кем поговорить.
Затем начали поступать изображения.
«Ла-а-адно, это немного другое», — пробормотал я. Дэй сделал жест, и я повернул видеоокно, которое рассматривал. «Город», если это можно было так назвать, казалось, состоял из гигантских кабелей, натянутых между склонами гор. Не было видно никакой организации; они не были расположены квадратами или чем-то в этом роде. Большие узлы, похожие на кокосы, свисали с кабелей в случайных местах, их диаметр варьировался от двадцати футов или около того до сотен футов.
Каким-то образом, несмотря на кажущийся хаос, создавалось также впечатление организации, как будто размещение объектов на самом деле не было случайным.
«Это какое-то местное животное?» — сказал Дэй.
«Эм…» Я отправил приказ дронам, и они выполнили ближнее сканирование СУДДАР. «Интересно. Кабели в основном органические, что-то вроде шелка. Но есть базовая структура из кабелей на основе углеродных нанотрубок, намеренно спроектированных так, чтобы выглядеть как натуральный материал, вплетенных во все это». Я сделал паузу, внимательнее изучая скан. «И в этих узлах много металла. Обработанного металла, формованного. Артефакты. Думаю, это город».
  
«Значит, доминирующий вид — пауки?»
«Или что-то в этом роде. Я веду себя шовинистически, но я вроде как рад, что эта конкретная цивилизация больше не существует».