Становление (СИ)

Обозы шли в сердце города. Не то чтобы главе Военторга так сильно хотелось воевать, нет, напротив, он всеми силами хотел избежать любого кровопролития. Цель Военторга — прибыль, а не геройские поступки во благо Отечества. Между тем, Захар Иванович даже не смог предположить, как укрыть на открытой местности имеющимися воинами чуть ли ни тысячу повозок. Ни один холм не станет гарантией того, что удастся сдержать натиск дербентцев, случись такой. А ещё в таком случае неприятель применит артиллерию.
С иной же стороны, держать круговую оборону в центре города вполне возможно, особенно егерями и казаками, которые не заточены на линейные построения, а могут работать малыми группами и в рассыпном строю. Ещё один важнейший фактор, который не позволял развернуться уже вошедшим в город военторговцам, — это то, что их до сих пор никто не атаковал. Так что ощущение опасности может и подвести, оказавшись ложным. Кавказ — вообще дело тонкое. И что понял Ложкарь, так то, что в этих местах нельзя показывать спину ни другу, ни врагу.
Занять те места, которые уже были согласованы ещё неделю назад с дербентцами, без столкновений не удалось. Некоторые проходы были забаррикадированы, и суровые бородатые кавказские мужчины, казалось, готовы сражаться. Прозвучали оскорбления, кто-то бросил в казаков камень. Станичники было дело изготовились изрубить провокаторов, но командиры смогли сдержать казаков, пообещав им увеличение оплаты и разрешение пустить кровь дербентцам при первой же возможности.
Состоялись поединки, на которых настаивали сами дербентцы. Это было такое окно возможностей и кровь пустить русским, и не нарушить пока ещё действующий приказ впустить северных имперцев. Не тут-то было. Казачки в охране Военторга были не из робких, большинство таких вот дуэлей выиграли, но троих станичников их соперники посекли.
Баррикады пригодились позже. Когда все обозы Военторга вошли в город и стали разгружаться, баррикады были укреплены перевёрнутыми телегами. Установилось дежурство из егерей и готовых к бою десятков конных казаков. Большим количеством воевать на узких улочках города просто невозможно.
Так что, при рациональном мышлении, можно прийти к выводу, что дербентцы не имели решительного преимущества. Военторговцы, а также егеря и казаки, могли создавать резервы, вовремя нивелируя численное превосходство неприятеля, сдерживать дербентцев, расстреливая хоть бы и с крыш домов. Ну, а провианта, как и пороха или разного оружия, в Военторге хватало.
*………….*………….*
Шейх Али-хан спешил вернуться в Дербент. Он загонял коней, чтобы оказаться в городе раньше, чем туда войдут русские. Всё изменилось, и нужно срочно готовиться к войне, но именно что с северными людьми, а не с персидским шахом Ага-Мухаммедом.
Шейх Али-хан решил сыграть в хитрую игру. Это было опасно. Дербент находился меж двух огней, и нужно решить, какой огонь греет, а какой обжигает. Правитель Ирана Ага-Мухаммед ещё год назад отказывал Шейх Али-хану в милости. Хан Дербента хотел стать ещё и правителем соседнего Кубинского ханства, взять под свою руку Баку, а персидский шах раздумывал, давать ли такую силу беспринципному хану Дербента.
И вот, как только Шейх Али-хан стал искать поддержки далёкого Санкт-Петербурга, в расположенном ближе Исфахане, столице Ирана, решили дать хану Дербента всё, чего он хочет, но только задержать русских у крепости. И вот Шейх Али-хану поступило предложение. Он только что провёл переговоры с представителем персидского шаха в городе Ардебиле и получил всё, что хотел. Шейх Али-хан становится не только ханом Дербента и Кубинского ханства, ему обещана военная помощь от шаха. Часть этих войск стояла в Ардебиле, наиболее близком к Дербенту исконно персидском городе.
А ещё Шейх Али-хан стал соучастником преступления, если только считать, что война России с персами официально ещё не начата. В Ардебиле были разгромлены и разграблены русские торговые склады, убиты все русские люди, включая дипломатического представителя. Всё, теперь только война, причём жестокая [в РИ события в Ардебиле случились чуть раньше].
 
Ещё одной причиной того, что Шейх Али-хан всё-таки склонился в сторону Ирана, было то, что русские крепости, такие как Моздок, перебивают торговлю Дербента. Тот товарообмен, что был ещё пять лет назад, не идёт ни в какое сравнение с нынешним. Начинают обустраиваться дороги в обход дербентского ханства.
Так что присутствовали многие причины, почему Шейх Али-хан принял сторону персов, он мог бы для себя оправдать этим факт предательства. Мог, но всё равно останется для русских предателем.
— Мустафа, что происходит в городе? — спросил Шейх Али-хан, как только подскакал на своём любимом жеребце к дворцу.
— Господин, ты сам можешь видеть из окон своего дворца, — сказал Мустафа Хадид, командующий войском ханства и близкий соратник Шейх Али-хана. — Но я скажу, господин. Русские вошли в город обозами, большими обозами.
— Русские уже в городе? Но мы должны закрыть ворота! — хан Дербента запаниковал и даже стал думать о том, чтобы грамотно продаться русским и не выдать то, что имеются договорённости с Ага-Мухаммед-ханом.
— Только обозы, господин, ну, и семь сотен воинов, — хитро ухмыляясь, отвечал Мустафа.
Понадобилась минута, чтобы до хана дошёл смысл сложившейся ситуации. Это же насколько нужно быть глупым, чтобы послать свои обозы всего-то с семью сотнями воинами! Хотя…
— Они шли в союзный город, но попали в засаду. Нужно решить этот вопрос. Успел бы я раньше, то сразу перебили и забрали всё войсковое имущество Суворова. А после… Я стал бы тем, кто покрыл себя славой победы над Суворов-пашой, — Шейх Али-хан аж закатил глаза.
— Я закрываю ворота и готовлю город к осаде, в двух днях пути русские авангарды, казаков видели и того ближе, — констатировал Мустафа под одобрительное молчание хана.
*…………*……….*
Первая атака русского укреплённого квартала в Дербенте началась с рассветом следующего дня после того, как Военторг зашёл в город. К этому времени уже закончились разгрузки повозок, заняты склады, оборудованы позиции наблюдения и вероятного ведения огня. Секунд-майор командир батальона егерей Пётр Васильевич Мишуков знал службу хорошо.
Кроме того, были вооружены более половины обозников, многие из которых были ветеранами или из тех крестьян, что занимались охраной поместий Куракиных. Так что, с какой стороны держаться за ружьё, знали. А вооружения хватало уже и трофейного, что было изъято у горских мелких отрядов, ну, и того, что везли с собой военторговцы.
— Ваше высокоблагородие, вестовой прибыл, говорит, что дербентцы готовят сотни для атаки, — доложили секунд-майору.
Мишуков поспешил в соседний дом, где находился Ложкарь. Это было самое высокое здание, да ещё и на взгорке. С крыши дома удобно наблюдать за всем периметром всей обороны.
Через полчаса узкие улочки города заполнились воинами Дербента, и начались атаки. Брянские егеря засели на крышах домов и методично отстреливали командиров или тех воинов, смерть которых наиболее затрудняла проходы на улицах. Создавались завалы из людей, растаскивать которые дербентцы не успевали.
Военторг уже потерял некоторые склады и большую часть обозных коней. Вынужденной мерой было оставить коней и некоторое количество провизии за пределами укреплённого квартала. И так места внутри периметра было крайне мало. Однако, отбившись, появлялась возможность с лихвой восполнить потери.
— Гренады! — закричал Ложкарь, в компании с секунд-майором Мишуковым наблюдавший за боем.
По цепочке, перекрикиванием, приказ дошёл до всех уголков обороны квартала. Через некоторое время послышались взрывы. В основном кидали гренады казаки. Это оружие мало использовали в войсках. Часто офицеры боялись доверять свою жизнь солдатам. Бог его знает, куда закинет необразованный бывший крестьянин гренаду и успеет ли её швырнуть вовсе. Но в Военторге отчего-то посчитали, что такой вид вооружения может вполне использоваться. И сейчас не было лучшего варианта, как закидывать дербентцев гренадами. Получалось эффективно обороняться, кидая гренады в скопления неприятия, и этим рекламировать оружие.