Ты никогда не станешь моим (СИ)

– Да, все наши, – отвечает Лис. – И ещё плюс один человек.
В этот момент, кажется, мои щеки вспыхивают, а лоб покрывается испариной. Меня бросает в жар от простой фразы моего друга, потому что я сразу понимаю, что именно она значит.
– Кто она? – вопрос вырывается непроизвольно. Разумеется, речь идет девушке.
– Кира Рахмеева, – руки Кости медленно опускаются в карманы джинсов, а выражение лица продолжает оставаться непроницаемым.
– Ты и Кира? Серьезно? – я едва могу сдерживаться. Пару недель назад Лис говорил об отношениях со мной. Хотя чему я удивляюсь, это ведь Костя Лисянский.
– Да, почему бы и нет. Мы оба свободные люди, – пожимает плечами парень. 
– Она же с Красновым встречается, – я опускаю взгляд на свои руки, чувствуя, как потеют ладошки.
– Уже нет, – усмехается он. Аргумент теряет свою силу. – Ты ревнуешь?
– Нет, Кость, с чего ты взял? Просто, на мой взгляд, это не та девица, которая подходит для серьезных отношений, – раздраженно произношу я. Едва сдерживаю эмоции, потому что эта новость становится для меня полной неожиданностью. Надо сказать, не самой приятной.
– А с чего ты решила, что мне нужно что-то серьезное? – Костя многозначительно играет бровями, после чего продолжает серьезным тоном. – Так что, возьмёшь организацию праздника на себя?
– Конечно, – я озадаченно поджимаю губы в то время, когда парень направляется к двери.
– Спасибо, – небрежно бросает он, после чего выходит из комнаты, напоследок крикнув. – Идем веселиться, Катюш.
Я оседаю на кровать и закрываю лицо руками. Ощущение какой-то пустоты или даже потери разливается внутри меня тягучей лавиной. Второй раз в моей жизни сердце буквально рвется на куски от осознания ненужности другому человеку. Моя мать стала точкой отсчета. И сейчас после разговора с Лисом я чувствую почти то же самое. Наши отношения с Костей безнадежно испорчены и восстановлению, к сожалению, уже не подлежат.
– Всем привет! – с придыханием произношу я, совершая один оборот вокруг своей оси, чтобы продемонстрировать свой наряд. Стараюсь вести себя как обычно, не выдавая волнение и истинные чувства, которые бушуют внутри меня.
– Ты шикарна, детка! – Миша приобнимает меня, и я одариваю парня ослепительной улыбкой.
– Идем, Кать! Дело к тебе есть на миллион, – резко произносит Лис, тем самым вызывая недоумение на лицах присутствующих.
Костя хватает меня за руку и ведет на второй этаж особняка. Но больше всего меня поражает его настроение. Он зол. И за три года я впервые вижу подобные эмоции. Даже со своими родителями на моих "смотринах" в первый же день знакомства он выглядел более добродушным.
Мы стремительно преодолеваем двадцать ступеней и оказываемся в первой попавшейся комнате. Парень плотно притворяет дверь, после чего поворачивается ко мне, сохраняя все то же выражение лица.
– Костя, что случилось? – я складываю руки перед собой. 
– Ты меня злишь, Соболева! – после нескольких минут молчания и разглядывания моего наряда, наконец, произносит Лисянский.
– Что это значит? Не узнаю тебя, Лис, – растерянно говорю я, чувствуя себя в обществе Кости не в своей тарелке. Пожалуй, впервые за три года.
– Решила кого-то подцепить в таком наряде? – вопрос ошарашивает меня до такой степени, что я просто ахаю. – Тебе надо переодеться.
– Что? – я качаю головой, понимая, что мне вовсе не послышалось.
Лис в два шага преодолевает образовавшееся расстояние между нами, и я ощущаю его дыхание, которое моментально опаляет мою кожу. Всегда рассудительный и спокойным Лис остается на первом этаже, а сейчас передо мной другой человек.
– Платье, говорю, открытое, – парень чуть сбавляет обороты.
Он кладет руку мне на талию совсем как тогда, когда мы были в море, после чего наклоняется к моим губам. В этот момент я едва контролирую себя, ощущая, как к щекам приливает жар. Меня неоспоримо тянет к нему, а эмоции оказываются сильнее здравого смысла. Я сама тянусь к горячим губам, утопая в водовороте чувств, которые растут с невероятной силой к этому человеку.
 
Все детали празднования дня рождения я продумываю тщательно. Несмотря на холод в наших отношениях не могу подвести близкого мне человека. Стараюсь не думать и даже игнорировать его отношения с Рахмеевой, хотя, судя по всему, развиваются они стремительно. 
Иногда меня посещают мысли, что отношения моего лучшего друга с Кирой – это не больше, чем фарс, будто он таким образом хочет сделать мне назло, отомстить за то, что я ему отказала, ведь Лисянский не привык к отказам. 
– С днем рождения, мой дорогой друг! – я приезжаю одной из первых и, увидев Костю, бросаюсь к нему в объятия. – Подарок вручу чуть позже.
Я бросаю взгляд за спину парня и замечаю недовольную Киру, которая, скрестив руки перед собой, вероятно, ждет, когда я отлипну от Лиса. По правде сказать, мне наплевать, что она думает. Тем более, я считаюсь привилегированным гостем на этой вечеринке, ведь всей организацией занимаюсь я.
– Надо организовать стол, Кость. Думаю, мы можем расположиться и на улице. Сегодня отличный денек, – говорю я, не обращая внимания на Рахмееву, которая молчит, будто в рот воды набрала. – Кира, давай организуем, пока остальные ещё едут.
Девушка закатывает глаза, после чего идёт разбирать пакеты, брезгливо доставая из них содержимое.
– Кира, это всего лишь продукты! Не отрава! – усмехаюсь, ловя ее негодующий взгляд. У меня нет цели задеть ее или унизить. Меня просто раздражает то, что она ведёт себя не как девушка виновника торжества, которая должна бегать и суетиться, хотя бы организовывая стол, а как столичная моделька, по-королевски сидящая на троне, и не делая ровным счетом ничего.
Спустя некоторое время у нас все же случается конфликт из-за того, что она начинает указывать мне, куда поставить ту или иную тарелку. И, получив не самый приятный ответ, девушка не выдерживает и кидает в меня первым попавшимся предметом. Начинается драка, вернее, ее жалкое подобие. Я никогда не ввязываюсь в подобные мероприятия, но сейчас не могу упустить такую прекрасную возможность, и, что называется, выпустить пар. Поэтому спустя несколько секунд окружающие уже растаскивают нас.
Лис берёт Киру за руку и заводит в дом, куда следом топаю я. Меня трясет от переизбытка эмоций, но я не жалею о том, что выдрала этой мерзавке несколько прядей волос.
– Кто-то решил испортить мне праздник? – Лис лениво разваливается на диване, рассматривая нас обеих. Его забавит сама ситуация, но я чувствую себя неуютно, будто прохожу какой-то непростой отбор, в котором фавориткой вовсе не являюсь.
– Нет, Кость, никто не собирался портить тебе день рождения, – отвечаю я, нагло разглядывая своего оппонента.
– Думаю, лучше будет, если одна из нас уедет отсюда, Костюш, – Рахмеева подходит к дивану, присаживается рядом с парнем и повисает на руке Кости, жеманно улыбаясь. – Я бы не хотела, чтобы ты слушал выяснение отношений в свой праздник двух неотёсанных девиц. Именно так со стороны мы и выглядели.
– Что думаешь, Кать? – спрашивает парень, приобнимая Киру за талию. Я чувствую себя не в своей тарелке. В настоящий момент я лишняя, и сладкая парочка ясно даёт мне это понять.
Я ничего не отвечаю. Нет никакого смысла что-то доказывать и портить настроение имениннику. Именно поэтому, из большого уважения к Лисянскому, я просто хватаю свою сумку и выбегаю из дома. 
Я моментально принимаю решение ехать домой и ни в коем случае не возвращаться обратно, даже если Костя будет настаивать, в чем, кстати говоря, я нисколько не сомневаюсь. Выезжаю с парковки, ожидая звонка от Лиса, но получаю сообщение только от Есении. Она просит сообщить ей, когда доберусь домой.
Когда спустя пять минут, полчаса и даже спустя час от Лиса нет ничего: ни звоночка, ни сообщения, слезы выступают одна за другой, хаотично падая мне на колени. Я сижу в машине около дома уже несколько минут и не выхожу. А через мгновение уже рыдаю так, что прохожие заглядывают в машину, жестами предлагая свою помощь. Но мне не нужно ничего. Теперь мне остается только мириться с осознанием того, что в какой-то момент я перестаю быть значимым для него человеком. И мне так больно и горько от того, что он выбирает не меня именно тогда, когда я так отчаянно в этом нуждаюсь.