Мастер карнавала

— Чем могу помочь? — поинтересовался Нильсен. Эти обычные слова в его устах звучали явно непривычно.
— Мы по поводу одного происшествия, — объяснил Фабель. — В гостинице «Линден». Одна из ваших девушек пожаловалась, что ее укусил клиент. Мы хотели бы с ней поговорить.
— Мы уже с этим все решили, — ответил Нильсен с усталым вздохом. — Мы… она решила не выдвигать никаких обвинений.
— Мы в курсе. — Шольц присел на край письменного стола, уронив на пол настольный прибор для канцелярских принадлежностей и дорогой калькулятор. — Но — как бы это лучше выразиться? — нам на это наплевать! Мне нужно имя этой девушки прямо сейчас, или я вытащу на свет Божий всю вашу картотеку, все платежки, сделанные по кредиткам, и нанесу личный визит каждому клиенту, имевшему счастье общаться с вашими шлюхами.
— Вам вряд ли удастся чего-то добиться угрозами, — презрительно ухмыльнулся Нильсен, явно сохраняя присутствие духа.
— Никто никому не угрожает, — вмешался Фабель и выразительно посмотрел на Шольца. — Нам нужно просто имя девушки. Она может располагать важной информацией, относящейся к расследуемому нами убийству.
Нильсен сделал вид, что просматривает файлы в компьютере.
— Иногда девушки предпочитают не называть своих настоящих имен.
— Надеюсь, к интересующей нас особе это не относится, герр Нильсен, — заметил Фабель, — иначе все может сильно осложниться. Послушайте, нас совершенно не интересуете ни вы лично, ни ваш бизнес. Нас не особенно интересует даже эта девушка. Нам нужен только ее клиент. Но, если хотите, мы можем заняться и проверкой вашей конторы. Пообщаться с некоторыми клиентами…
Нильсен смерил Фабеля недобрым взглядом и, помолчав, сдался:
— Хорошо, она с вами свяжется…
— Нет, — возразил Фабель, — так не пойдет. Нам нужен ее адрес, и мы хотим поговорить с ней прямо сейчас.
Нильсен вздохнул, написал в блокноте несколько слов и, вырвав листок, передал его Фабелю.
— Сейчас она с клиентом. Но когда вы туда приедете, она уже освободится. Я скажу ей, что вы в пути и чтобы она вас дождалась. Вы найдете ее в вестибюле.
— Мне кажется, мы чем-то не понравились герру Нильсену, — ухмыляясь, заметил Шольц, когда они направлялись к машине. — Господи, с каким удовольствием я бы разобрал этот вертеп по кирпичику! Даже трудно представить, сколько в их документах людского горя. Если верить ребятам из отдела по борьбе с оргпреступностью и Федерального ведомства по уголовным делам, «На все вкусы» — один из конечных пунктов по утилизации живого товара, поставляемого синдикатом Витренко.
Фабель подумал о досье на Витренко. В списке организаций, задействованных в его цепочке, агентство «На все вкусы» не значилось. Хотя, с другой стороны, таких фирм было десятки. Источник, поставлявший информацию Федеральному ведомству по уголовным делам, был поистине бесценным. Фабель просил показать ему полное досье, но и из него имя информатора и все ссылки, способные навести на его след, были убраны.
Зазвонил мобильник Шольца.
— Это Тансу, — сообщил Шольц после разговора. — Она проверила нашего друга Нильсена. Примерно десять лет назад он отсидел три года за вооруженное нападение, связанное с наркотиками. С тех пор он чист, но, на мой взгляд, точно связан с оргпреступностью.
— На мой тоже, — согласился Фабель. — При этом он не похож на обычного бойца Витренко. Судя по всему, наш украинский приятель перевел свой бизнес в стадию глобализации. Не исключено, что он предоставляет лицензию на отдельные виды своей деятельности.
— Тансу также сообщила, что не могла связаться с Верой Райнарц, или как она теперь себя называет, но у нее есть и рабочий, и домашний адрес. Тансу спрашивала, не можем ли мы встретиться с ней часа в четыре. Но я считаю, что сначала нам надо нанести визит в интернет-компанию. А гостиница, где нас ждет проститутка, как раз по пути.
Отель оказался одним из самых шикарных на правом берегу Рейна. Как и было условлено, Фабель и Шольц ждали в вестибюле. Стена первого этажа была полностью стеклянной, и Фабель любовался панорамой моста Гогенцоллерн-брюке, Альштадтом на другом берегу и высокой башней собора Святого Мартина. Но центральное место в этом пейзаже по праву принадлежало нависающей громаде Кёльнского собора.
 
— Потрясающий вид! — не удержался Фабель.
— Да уж! — подтвердил Шольц явно из вежливости и оглядел вестибюль. — Похоже, это она.
К ним неуверенно направлялась девушка с встревоженным выражением лица. К удивлению Фабеля, она была одета гораздо консервативнее, чем он ожидал, но потом сообразил, что в такой гостинице ее сфера услуг явно не приветствовалась. Наблюдая за ней, Фабель обратил внимание на то, что она была стройной, но с довольно широкими бедрами. Фигура точь-в-точь как у жертв Карнавального убийцы.
— Вас зовут Людмила Близнюк? — спросил Шольц, с трудом выговорив фамилию.
— Да. Но я никогда не представляюсь полным именем. Обычно меня зовут Мила. Все мои бумаги в порядке.
— И вы работаете под псевдонимом Анастасия?
— Да. Я не сообщаю клиентам, как меня зовут на самом деле. А в чем дело?
— Позвольте мне взглянуть на ваши документы. — Шольц протянул руку.
— Что? Здесь? — Она нервно оглянулась на стойку портье.
Шольц нетерпеливо повторил свой жест, и Мила вытащила из сумочки удостоверение личности и пару иммиграционных бумаг.
— Может, будет лучше присесть где-нибудь в укромном месте… — предложил Фабель, показывая на низкие диванчики у окна.
— Мила, мы хотим поговорить с вами об инциденте с клиентом, произошедшем несколько недель назад. О мужчине, укусившем вас. — Фабель старался говорить не так агрессивно, как Шольц. — Это не имеет ничего общего с тем, чем вы зарабатываете на жизнь. Мы считаем, что мужчина, который вас укусил, опасен.
— Уж кому-кому, а мне-то это известно! — сказала Мила по-прежнему настороженно. — Все считали, что это очень смешно. Что меня укусили за… Не помню, как это называется по-немецки…
— Задницу, — подсказал Шольц.
— Да. Хороша шутка! У меня большая задница, и он меня за нее кусает. Очень смешно! Но он очень плохой человек. Опасный! Мне пришлось наложить швы. Он был как животное, а не человек! Я видела потом его лицо, все перемазанное кровью.
— Давайте начнем по порядку, Мила, — предложил Фабель. — Опишите нам, как он выглядел.
— Лет тридцать, может, тридцать пять, почти под два метра ростом… Фигура обычная, но выглядит подтянутым, будто много времени проводит в спортзале. Темные волосы, голубые глаза. Симпатичный. Не похож на обычных клиентов.
— А что он был за человек? Я имею в виду: богатый или бедный, образованный или нет?
— Он был точно образованный и при деньгах. Это видно по одежде.
— Он расплачивался наличными? — поинтересовался Шольц.
— Да. И дал мне немного чаевых. Я знала, что у него есть особые пристрастия. В агентстве меня предупредили.
— Что он любит кусаться?
— Что ему нравится большой зад. Как у меня.
— И что случилось в номере?
— Мы поднялись в номер, и он попросил меня раздеться. А затем стал трогать мой зад. — Мария рассказывала так, будто описывала какие-то рутинные события, и ничуть не смущалась. — Потом он сам разделся, и я подумала, что мы перейдем к сексу. Самому обычному. А он очень грубо толкнул меня на кровать. Я занервничала, а он продолжал разговаривать очень спокойно и спросил, можно ли укусить меня за зад. Я решила, что он хочет типа поиграть. А он набросился на меня как животное. И укусил очень сильно. Клянусь, он пытался вырвать зубами целый кусок…
Фабель и Шольц обменялись взглядами.
— Продолжайте, Мила, — сказал Фабель.
— Я начала кричать, и он перестал, но только чтобы ударить меня. Я его оттолкнула и начала кричать еще сильнее. Он запер дверь, но я сумела открыть ее и вырвалась в коридор. Потом на помощь прибежала польская девушка и другие. А когда мы вернулись в номер, его там уже не было.
— Почему вы об этом ничего не рассказали полиции, когда ее вызвали? — спросил Фабель.