Мастер карнавала

— Стоян, ты идешь первым. — Бусленко посмотрел на небо. Луна опустилась совсем низко и уже касалась верхушек деревьев. Он поймал себя на мысли, что по-детски обрадовался облакам, появившимся на западе. — Капитан Сарапенко, надеюсь, учить вас обращаться с «вепрем» нет необходимости? — Он передал ей автомат.
— Уж как-нибудь справлюсь.
Бусленко указал на реку слева от охотничьего домика:
— Как и прежде, используем берег для прикрытия. Двигаемся пригнувшись и держимся вместе. Если они устроили засаду, то наверняка в лесу — там есть где укрыться. А при нападении им придется себя обнаружить. Наибольшую опасность представляют в таких ситуациях фанаты и мины-ловушки. Мы можем столкнуться с этим, если они угадали направление нашего движения. Так что ищите растяжки.
Бусленко жестами начал отсчет. По команде Стоян рванулся из сторожки, перемахнул через дорогу и, согнувшись, бросился к берегу. Бусленко ждал. Никаких выстрелов. Стоян знаком дал понять, что все чисто, и Бусленко дал команду на выход Ольге, а потом Белоцерковскому. По-прежнему все прошло спокойно.
Он терялся в догадках. Более удобного момента для нападения на них нельзя и придумать. Казалось, они бегут от призраков. Неужели Белоцерковский действительно прав и предателем оказался один из них? Но не укладывалось в голове, что кто-то из оставшихся в группе смог так легко разобраться с Воробьевым. И уж конечно, женщина на это не способна.
Бусленко осмотрел опушку леса, прильнув к оптическому прицелу своего автомата, и, решившись, побежал к берегу, с хрустом ломая тонкую корку льда на снежном покрове.
  
9
 
Мария искала «БМВ» около трех часов. Она не сомневалась, что найдет его где-нибудь на обочине с мертвым или потерявшим сознание украинцем за рулем. Мысль о том, как мало ее трогало то, что она только что убила или серьезно ранила другого человека, ей самой показалась шокирующей. Но ведь он сам пытался убить ее, да и вообще эти люди со смертью на ты. Мария вернулась на исходную позицию, рассчитывая найти какую-нибудь не замеченную раньше дорогу, куда он мог свернуть, но никаких других дорог не было. Значит, ему удалось скрыться. Она проверила показатель топлива — его осталось совсем немного, ей же еще надо было неизвестно как выбираться на автостраду и возвращаться в Кёльн. Да и у нее самой силы были на исходе — выброс адреналина, питавшего ее энергией во время погони, прекратился. Наконец она добралась до перекрестка с указателем на Дюссельдорф, Кёльн и автобан номер 57, выехала на автостраду и покатила в город.
  
10
 
Бусленко прикинул, что за последний час они прошли километров пять. Если так, то совсем неплохо, учитывая темноту и характер местности. Никаких растяжек и мин-ловушек не было, и Бусленко уже начал склоняться к тому, что якобы враги, поджидавшие их в засаде, лишь плод больного воображения. Женщина — Ольга Сарапенко — держалась просто молодцом, особенно принимая во внимание то, что она не проходила такой жесткой подготовки, как остальные.
— Привал! — скомандовал он.
— Послушай. — Белоцерковский опустился на землю рядом с Бусленко и прислонился спиной к дереву. — Нет никаких засад. Это точно кто-то из нас.
— Ты куда? — крикнул Бусленко направлявшемуся к берегу Стояну.
— Я тут осмотрюсь, командир. Буду осторожен. И потом, мне надо отлить.
Бусленко кивнул и повернулся к Белоцерковскому.
— Это не мог быть никто из нас. Я думал об этом. Ни у кого такой возможности просто не было. Капитан Сарапенко отсутствовала меньше десяти минут. За это время она могла только добраться до места, где мы нашли Воробьева. Ты, Стоян и я… мы все были в доме.
— Мы не знаем точно, когда убили Воробьева, — возразил Белоцерковский. И тут они вздрогнули от уханья филина, пролетевшего над их головами, громко хлопая крыльями. Оба схватились за автоматы и проводили птицу пристальными взглядами. Однако вскоре они успокоились.
 
— Начинаем нервничать, — с горькой усмешкой заметил Бусленко. — Что касается времени смерти Воробьева, то я примерно его представляю. Его тело было все еще теплым. При таком морозе это означает, что его убили, когда он возвращался после завершения своей смены. И убили его не призраки, так что не будем терять бдительности.
Добравшись до берега, Стоян лег на землю и внимательно осмотрел окрестности. Вдалеке виднелись огни Коростышева, находившегося примерно в часе хода, но небо уже начинало светлеть и последний участок пути мог оказаться самым сложным. Стоян перевел взгляд на опушку. Ближайшие ряды деревьев были еще видны, но за ними лес стоял сплошной темной стеной. В лесу темень сохранится еще несколько часов. Он решил посоветовать Бусленко перейти под прикрытие деревьев. Это замедлит движение, зато будет безопаснее. Он показал Бусленко двумя пальцами себе на глаза, а потом обвел рукой вокруг. Тот кивнул, разрешая провести разведку прилегающей местности.
Стоян быстро пересек узкую полоску открытого пространства между берегом и лесом, прислонился спиной к толстому стволу и вытащил небольшой прибор ночного видения, собираясь рассмотреть лес получше. Но ничего не было видно. Буквально ничего. Даже прибор ночного видения не мог преодолеть мрак ночного леса.
— Стоян!
Он вздрогнул от обращенного к нему призыва и повернул прибор в ту сторону, откуда донесся приглушенный голос.
— Стоян! Сюда!
Он не ответил, по-прежнему пытаясь определить, откуда его звали, чтобы поразить неизвестного автоматной очередью.
— Стоян! Это Тенищев!
Стоян чуть переместился и, пригнувшись как можно ниже, чтобы в него труднее было попасть, направил ствол автомата в сторону голоса.
— Я здесь! — уже близко прозвучал голос, и через мгновение на опушке показался Тенищев. Весь в грязи и без оружия. Темное пятно на щеке было похоже на кровь. — Сюда… но осторожно! Сердючка где-то рядом. Он шел за вами по пятам. Сердючка — предатель. Это он убил Воробьева и пытался убить меня.
Стоян перебежал к кустам, и они оба залегли, укрываясь за ними. Тенищев выглядел испуганным. Его куртка была порвана, и когда Стоян до нее дотронулся, то почувствовал влагу. Он посмотрел на свои пальцы и увидел на них кровь.
— Ты в порядке? — спросил Стоян. Тенищев кивнул, но Стоян отложил автомат и отогнул ему куртку, пропитанную кровью. — Ты сказал, что Сердючка убил Воробьева?
Тенищев снова кивнул. Стоян забеспокоился — крови было очень много, но, странное дело, рана нигде не просматривалась и не прощупывалась.
— Сердючка работал на Витренко?
— Да, — подтвердил Тенищев. — Трудно представить, правда? А знаешь, что представить еще труднее?..
Стоян в ужасе смотрел Тенищеву в глаза. Он чувствовал, что не может дышать, и, опустив взгляд, увидел рукоятку ножа, торчавшего у него в груди.
— Что я тоже, — пояснил Тенищев, глядя в мертвые глаза Стояна.
  
11
 
Бусленко и Белоцерковский уже пятнадцать минут лежали на земле, не сводя глаз с опушки. Небо стало совсем светлым.
— Надо идти… — сказал Бусленко.
— Мы что — бросим Стояна? — возмутился Белоцерковский.
— Стоян убит! — неожиданно решительно вмешалась Ольга Сарапенко. Она находилась чуть пониже под обрывом и следила за противоположным берегом реки. — И нас тоже убьют, если мы не выберемся отсюда как можно скорее. По какой-то причине Витренко решил с нами разобраться здесь… Или просто забавляется, гоняя нас как стадо кабанов. Он, видимо, решил, что в Германии мы создадим ему немало проблем, если сумеем туда добраться.
— Мы никогда не доберемся до Германии, — глухо заметил Белоцерковский.
— Но здесь ему с нами не сладить! — с вызовом воскликнула Ольга. — Я пойду на все, чтобы прикончить этого сукина сына!
Бусленко улыбнулся и повернулся к Белоцерковскому.