Ворон (СИ)

Тут же в небе появились десятки костюмов Железной Леди, которые направились в сторону валькирий.
Не желая отставать, сама Гвен тоже нырнула в битву. В скоре к ним присоединились и остальные «мстители». Сражение все разгоралось и теперь каждой из сторон приходилось сражаться на два фронта.
Хелл
Дворец был в ужасном состоянии. Еще одно доказательство того, что мирный курс матери был ошибочным. Казалось, асы совершенно разучились сражаться. В эпоху, когда они с Один завоевывали миры ни одна армия не смогла бы даже приблизиться ко дворцу, не говоря уже о том, чтобы превратить значительную его часть в руины.
— Хелл, ты еще можешь поступить правильно, — продолжал увещевать Фадир, — Да, наказание твоей матери было суровым, и я виноват, что не вступился за тебя, но…
Отец был подобно назойливой мухе, которую стоило бы прихлопнуть, но он решил воздержаться от этого. Фадир всегда был слишком мягкотелым, его почитали за мудрость, а не военные навыки. В прочем, и первое было под большим вопросом.
— Ты так говоришь словно это обычная семейная ссора, — Хелл оборвал отца, твердо посмотрел ему в глаза, — Если бы дело касалось только меня и Один, то всё можно было бы решить миром, но речь идёт обо всём Асгарде. Посмотри, во что вас превратил «мир», о котором так мечтала моя мать? Мы ослабли настолько, что враги осмеливаются прийти сюда в наш дом, разрушить наш дворец, если это, то будущее, о котором вы мне твердили, то я ни за что не позволю этому продолжаться.
— Сын… — начал было Фадир.
— Хватит, — оборвал его Хелл, — Ты должен быть благодарен за то, что я сохраню тебе жизнь, матери я такой милости не окажу.
Фадир имел множество трюков в рукаве и мог быть настоящим хитрым лисом, когда сам этого желал, поймать его не убивая было настоящим испытанием, но Хеллу всё же удалось запереть его в Асгардской темнице.
— Сначала я разберусь с теми, кто напал нас и моей матерью, а потом решу твою судьбу, — сказав это он повернулся и пошел прочь.
Его глаза без какого-либо интереса скользили по рядам заключенных, пока не остановились на кое ком интересном. Мало кому удавалось прилечь его внимание, но что-то в женщине, сидящей в камере, заставило его остановиться.
— Ты кто такая? — прямо спросил он, желая удовлетворить секундное любопытство.
— Полагаю, твоя сестра, — улыбнулась женщина, показывая, что слышала их с отцом разговор, — Я Локи, дочь Один.
— Дочь Один? Сестра? — бровь Хелла поползла вверх, наглядно демонстрируя его скепсис, — Ты из ледяных великанов, я виду это.
Его слова заставили Локи поморщиться. Она явно не оценила напоминание о своем истинном происхождении, но все же предпочла промолчать, явно понимая, что она не в том положении чтобы показывать зубы.
— Приемная дочь Один, — поправилась женщина.
Его мать удочерила ледяную великаншу? Это было последнее чего он ожидал, кажется, Один под конец жизни совсем обезумела. И всё же он не почувствовал лжи в словах собеседницы, а роскошная обстановка в камере наглядно демонстрировала что перед ним как минимум очень важная заключенная. Кто-то явно приложил усилия, чтобы Локи чувствовала себя настолько комфортно, насколько это вообще возможно в заточении.
— И за какие грехи дочь Один оказалась в темнице? — поинтересовался Хелл.
— Попыталась захватить Землю, — с луковой улыбкой развела руками Локи.
— Землю? Мидгард? — секунда ушла у Хелла на то, чтобы осознать сказанное, после чего он рассмеялся, — У нас с тобой много общего… сестра.
Сэм
Наступил решающий момент. Танос бессильно опустила руки, пока Мантис удерживал его с помощью своих способностей. Один немедленно нацелила свое копье ей в голову, пока мы с Владом пытались снять с нее перчатку.
— Поторопитесь, — прошипел Мантис сквозь стиснутые от напряжения зубы, — Он безумно силён.
Перчатка сидела на его руке просто безумно крепко. Сдернуть ее не представлялось возможным, по крайней мере достаточно быстро. Однако мне в голову закралась идея. Вспомнив как сыночек Таноса лишился руки в фильме, я решил повторить этот трюк.
  
Открыв портал с помощью кольца, мы с Владом протолкнули раненую руку Танос в него, после чего дыра в пространстве тут же была закрыта. Оставив грозную противницу и без перчатки с камнями, и без конечности.
— Отойди, — Один предупредила Мантис, который до сих пор сидел на плечах у Танос.
Бывшая царица явно приготовила особенно мощную атаку призванную прикончить даже такую крепкую как Танос. Гунгнир звенел от накопленной мощи, которая только и ждала возможности вырваться наружу.
Манстис послушно отпрыгнул, и вся мощь, на которую была способна Один обрушилась на голову Танос. Удар был такой силы, что заставил нас всех пошатнуться, цель — это атаки и вовсе отлетела на добрый десяток метров и замерла без движения.
— Она мертва? — с непонятными эмоциями спросила Звездная Леди.
— Лучше проверить, — я перенес себя и Влада поближе к неподвижному телу.
Некоторое время казалось, что Один действительно удалось ее прикончить. Однако нам удалось заметить, что Танос дышит. Ее дыхание было едва заметным, рваным. Невероятно, но она была жива. Лицо было превращено в сплошное месиво, отсутствовали оба глаза, вряд ли она могла представлять сейчас хоть какую-то угрозу.
— Отойдите, — к нам подошла Квилл, — Я сама ее добью.
Кажется, магия Мантис спала с нее и теперь она снова превратилась в обезумевшую от горя женщину. Вряд ли ее бластеры могли бы хоть что-то сделать Танос, даже когда она была в таком состоянии, но ни она, ни я не успели что-либо предпринять.
Появившиеся из ниоткуда мечи утыкали едва живое тело последней из титанов так, что она стала походить на ёжика.
  
Глава 236
 
Беннер
Поединок с огромным волком был не тем, чего она ожидала от сегодняшнего вечера, но стоило ли удивляться? Коронация Норы, которая должна была стать веселым праздником, превратилась в полномасштабную войну, к которой внезапно присоединилась траться сторона, сделав происходящее окончательно сумбурным.
— Боюсь представить, чем закончиться их с Сэмом свадьба, — проворчала себе под нос Беатрис, обрушивая свой массивный кулак на волчью морду.
Удар, способный проломить череп огромного левиафана, не нанес зверю совершенно никакого время. Лишь отбросил назад на добрый десяток метров, заставив злобно зарычать.
Так продолжалось уже некоторое время. Ситуация в ее противостоянии с волком была откровенно патовой. Ей просто не удавалось нанести ему хоть сколько-нибудь существенный урон. Даже взрывы от ее новой силы не могли даже опалить шерсть зверя.
Она скосила взгляд на собственную левую руку, на которой отсутствовал существенный кусок мяса. Став беспечной из-за своей крепкой кожи, она пропустила удар, позволив волку впиться в свою руку. До этого никакое оружие не могло нанести ей вреда. Выстрели из танков, мечи и бластеры тёмных эльфов, всё отскакивало от ее кожи, не оставив даже царапины, но зубы зверя прогрызли ее с такой легкостью будто это был кусок почти растаявшего масла.
Более того, даже ее новые способности к регенерации не могли справиться с этим. Рана затягивалась крайне медленно. Словно ее плоть напрочь отказывалась заживать.
Это заставило ее быть намного более осторожной. Ей не хотелось проверять что случиться если волк вцепиться ей в шею и это завело битву в тупик. Волку больше не удавалось попасть по ней клыками или когтями, а ее удары попросту не наносили урона. По крайней мере видимого.
Фенрир, а она предполагала, что это был именно он. Быстра оправился от удара и поднялся на ноги. Невредимый и еще более злобный, зверь с низким рычанием начал кружить вокруг нее. Высматривая подходящий момент для атаки.
Она тоже воспользовалась передышкой, чтобы прикинуть возможные варианты. Пока что не было очевидного способа победить и позвать на помощь тоже не было вариантом. Если клыки с такой легкостью прорвали ее толстою кожу, для остальных поединок с этим зверем должен означать смертный приговор.