Парень в шагающем саркофаге (СИ)
* * *Глоссарий
Органлеггеры — люди, нелегально торгующие органами. Как правило, убивают жертву и разбирают на органы, но некоторые практикуют покупку человеческой жизни у того, кто готов себя продать.
Росс-128 — одна из ближайших к Солнцу звезд, 11 световых лет. Обладает двумя планетами, минимум одна из которых, предположительно, очень похожа на Землю.
Мехасьют ( mecha suit) — общий термин, которым в фантастике обычно обозначают механический «костюм», управляемый пилотом. Пилот зачастую сидит в кабине в кресле. «Надеваемый» мехасьют обычно называют «экзоскелетом». К мехасьютам относятся и ВОТОМы, и бронеходы, и боевые роботы из BattleTech, и Гандам, и много чего еще. «Дредноут» из Вархаммера — это тоже мехасьют, хотя пилот в нем не в кресле сидит, а заключен в саркофаг. При этом собственно словом «мехасьют» чаще всего называют небоевой, «универсальный» аппарат, который не имеет своего собственного слова типа «Дредноут» или «ВОТОМ».
Нейролинк — устройство, напрямую подключающее некий аппарат (будь то кибернетический протез или боевая машина типа дредноута) к мозгу человека. Это позволяет человеку с продвинутым протезом иметь осязание, а пилоту, заключенному в дредноутский доспех — управлять боевой машиной как своим телом.
Прощай, Земля!
— Центр управления — «Прометею». Центр управления — «Прометею».
— «Прометей» на связи, — ответил я.
— Шаттл отстыкован, начинайте процедуру запуска, четырехчасовой отсчет.
— Вас понял. Начинаем процедуру запуска.
Мои ответы — просто актерская игра по наперед написанному сценарию. Шаттл, который якобы привез последних колонистов, на самом деле привез последние грузы. «Колонисты» входили в шаттл под прицелом сотен объективов, махая провожающим и навеки прощаясь с Землей, а затем спускались через люк под стартовую площадку и по тоннелю выходили в специально оборудованное помещение. Актеры.
Я сижу внутри «дредноута» — так я назвал самый большой из моих мехасьютов — и смотрю фильм: мне просто нечего делать. Кораблем управляет искин, все автоматизировано. Я только буду принимать решения, если понадобится.
Мне вполне себе спокойно и уютно — просто потому, что я уже ничего не чувствую. Система жизнеобеспечения не позволяет мне чувствовать боль, зуд и так далее, у меня остались только внешние чувства — зрение, слух, нюх и осязание. Ну и вкус, но если вариант, когда мне придется принюхиваться, еще возможен, то вкус уже ни к чему. Мне просто нечем есть. Зубы заменены на титановые импланты — на Авроре у меня стоматолога не будет — но эти импланты нужны лишь для того, чтобы я не чувствовал себя старым беззубым дедом и мог давать искину четкие команды. Вся пищеварительная система удалена полностью, питание я получаю прямо в кровь.
Согласился я не сразу — пытался найти выход и так, и сяк. Миллион евро — круто, но тут и без комментариев понятно, что это отнюдь не подарок. Если потрачу и не полечу — будет уголовное дело за кражу карточки.
Так-то с миллионом я мог бы устроиться: все тот же нейролинк, только гражданский, и три продвинутых протеза обошлись бы мне тысяч в семьсот. С этими протезами — хотя мне продвинутый только один нужен, рука — я мог бы продолжать играть в «Старкрафт 4» и зарабатывать на жизнь. Вот только протезы нуждаются в обслуживании, а это дорого, оставшиеся триста тысяч кончатся через несколько лет. То есть, перспективы не аховые даже если бы этот миллион я получил в подарок — но это не подарок. Не получится не полететь и остаться с протезами, конфискует суд. Короче, так и так жопа.
Да, как ни крути, полететь на Аврору с самоубийственной миссией может только человек, которому нечего терять, вроде меня.
С другой стороны, кое-что я все-таки получаю: смысл существования и потенциально шанс войти в историю. У меня есть цель, моя миссия играет огромную роль, и без меня дела были бы совсем швах. Ну просто потому, что если ты приходишь просить помощи у калеки — значит, все хуже некуда.
К тому же потенциально моя задача не настолько «кровавая», как я думал вначале: задача стоит «уничтожить колонии», а не «убить всех». Это не совсем одно и то же: при уничтоженных колониях люди могут выжить на Авроре как дикари, и это даже предпочтительнее, потому что хомо сапиенсы как вид получают какую-никакую, а страховочку. Тысячелетия спустя каменный век на Авроре может смениться новой цивилизацией. Маловероятно, но шансы есть.
Даже более того: «уничтожение колонии» тоже не следует понимать супербуквально. Колонии как таковые могут остаться и продолжать жить — важно, чтобы никто не сообщил на Землю о победе.
«Гонка колоний» заключается в том, что победит та колония, которая сумеет отправить на Землю отчет об успехе. Ни на одном корабле нет оборудования для передачи радиосигнала с поверхности планеты на Землю, а сами корабли устроены таким образом, что высадка на планету осуществляется прямо в отсеках корабля. Он распадается на части и каждая садится самостоятельно. Это позволяет минимизировать риски, потому что неудачная посадка одной части — это гибель малого количества людей и потеря малой части имущества. На орбите остается только «скелет» корабля — кабина управления, двигатели и все такое, но даже без источника энергии, потому что реактор корабля понадобится колонистам внизу. А потому — по прилету корабли отправят радиосигнал о том, что они прибыли и начинают колонизацию — а потом все, корабль прекращает существовать как единое целое.
Таким образом, единственный способ отправить сигнал об успехе — построить мощный передатчик с огромной антенной и мощным источником энергии. Это задача очень сложная, а если есть враги — то еще в миллион раз сложнее. Таким образом, если на Землю прилетит сигнал, допустим, «Боже, храни Америку», то это будет значить, что, во-первых, американская колония самая успешная технологически и самая процветающая, и во-вторых, враги не смогли помешать постройке передатчика. То есть, либо враги уничтожены, либо подчинены, и значит, американская колония доминирует на Авроре.
А отсюда следует моя программа-минимум: нанести колониям такой ущерб, который воспрепятствует постройке передатчика. Если колонии выживут, сохранив технологический уровень восемнадцатого-девятнадцатого века — моя задача выполнена, на Земле будут думать, что колонии погибли или пришли в упадок, в то время как люди на Авроре все-таки будут жить и это для человечества хорошая страховка на случай, если на Землю прилетит метеорит или война все же случится.
При этом я не опасаюсь, что с Земли прилетит еще один корабль и увидит, как на самом деле все обстоит: постройка даже беспилотного разведчика, который долетел до звезды Росс-128 и передал назад данные о том, что расчеты оправдались и Бета Росса действительно похожа на Землю процентов на девяносто пять, потребовала многих лет и огромных усилий ведущих стран. Построить еще один такой не получится, потому что строительство колониальных кораблей высосало слишком много ресурсов. Процесс и так сопровождался многочисленными народными протестами практически во всех странах, поскольку многие считали, что ресурсы и деньги стоит тратить на нужны людей на Земле, а не на то, чтобы послать горстку хрен знает куда. Если теперь кто-то заикнется о том, чтобы построить еще один корабль — получит революцию, земляне уже по горло сыты колонизацией, от которой им пользы никакой, одни убытки. Сказка про светлое будущее и экспансию по галактике красива, но работала недолго.
Так что в принципе моя миссия сложна, но шансы есть. Конечно, я себя не обманываю: да, мне придется убить кучу народа. И да, успех моей миссии не гарантирует жизнь Земли, а только повышает шансы. Когда на планете, перенаселенной и нуждающейся во всем, шестнадцать ядерных государств, многие из которых страшно ненавидят друг друга по историческим причинам — ну, это бочка с порохом. Если рванет — толстая полярная лисичка придет за всеми без исключения.