Конкурент. Сокрушить нельзя любить (СИ)

– Ты словно прощаешься, – сказал Демид прямо.
Он слишком хорошо читал ее, поняла Софья, чересчур глубоко проник в душу. Улыбнулась неестественно оптимистично, покачала головой. Чернову не обязательно вникать в ее сентиментальные девчачьи заморочки. Ему нужно быть собранным и спокойным, чтобы доставить их домой целыми и невредимыми.
Но Демида было не так легко провести. Повернувшись всем корпусом, он взял Софью за руки:
– Соня, послушай, раз уж сегодня мы доберемся домой. Ты как, сильно устала?
– Ну, не слишком.
На самом деле, после продолжительных занятий любовью с этим энергичным человеком, она настолько расслабилась, что довольно качественно выспалась под мягким пледом на разложенном кожаном кресле машины.
– Вот и славно, – кивнул Чернов. – Там в Гаване есть прекрасный ресторан карибской кухни недалеко от Капитолия. Ты согласишься пойти со мной туда вечером?
Он был так уверен, что план сработает, и они скоро будут дома. Софья улыбнулась:
– Свидание?
– Да, свидание, – Демид в свою очередь был странно серьёзен. – Я куплю тебе розы. Ты наденешь платье. Попробуем смелые вкусовые сочетания. Погуляем по Старой Гаване, послушаем бардов, я сыграю тебе на гитаре. Согласишься?
В горле у Софьи пересохло.
– Соглашусь, – шепнула.
Вот теперь Чернов тоже улыбнулся:
– Я счастлив. Тогда поехали осуществлять запланированное?
Мотиватор в действии. Софья улыбнулась:
– Поехали!
Как и ожидалось, самолёт "людей света" стоял на знакомой взлетно-посадочной полосе, недалеко от сгоревшего авиалайнера. В отличие от Боинга, на котором прилетели Демид с Софьей, это было малогабаритное воздушное судно. Несмотря на то, что ближе к океану Чернов переключился на электродвигатель, который работал тише, еще на границе пляжа они все же остановили машину, забрали из бардачка документы и банковские карты, а потом спрятали джип за большим валуном, набросив на него пальмовые листья.
– Похоже, никого нет, – прошептала Софья.
Осторожно, стараясь не издавать шума, они поднялись вдоль наиболее густорастущий пальмовой рощи вверх к аэродрому. Сгоревший авиалайнер, казалось, с каждым разом разваливался все сильнее. Одно крыло теперь валялось в стороне, двигателей не было, куски обшивки и остатки личных вещей случившаяся накануне буря разбросала во все стороны по асфальту. Высокий вулкан неизменно дымил, словно столетний старец, безмятежно наблюдающий за бессмысленной суетой смертных.
– Похоже, – Демид внимательно осмотрел аэродром. – Сонь, побудь здесь, я пройду вперед. Если все будет хорошо, иди следом, подожду.
– А вдруг тебя поймают?
Она не сказала "застрелят", потому что специально блокировала эту паническую мысль. Хотя, в действительности, Чернов собрался пройти по обдуваемой со всех сторон совершенно открытой взлетно-посадочной полосе. Любой мог его заметить и убить.
– Не должны, – сказал он четко. – Готова?
– Я пойду с тобой.
– Кто переведет мои раны, если вдруг что-то все же случится?
Ящик с мыслью про перестрелку зашатался и заново попытался открыться. Без вариантов , Софья не собиралась отпускать Демида одного:
– Я перевяжу. Чернов, так и будем тут топтаться или пойдем?
Он тяжело вздохнул:
– Пойдем.
И они рванули из тени пальм под палящее солнце в сторону самолёта приезжих. Ноги мягко ступали по асфальту, ветер Пангеи наполнил лёгкие. Теперь Софья, действительно, поверила, что они смогут попасть домой. Ей так хотелось вдохнуть прохладный воздух Родины, насладиться закатом с мансарды своего дома, обнять Натали, включить свой лэптоп, послушать ворчание Петра. Она соскучилась по виртуальной скрам-доске, по интенсивному рабочему ритму, азарту конкурентной борьбы, а больше всего – по интересным, умным, рассудительным людям, с которыми работала в одной команде.
Они появились, когда Софья с Демидом были на полпути к самолёту, – десяток пеших вооруженных людей. Должно быть, охраняли транспорт "людей света" от дикарей и прятались. Теперь они вышли из укрытия и без разговоров принялись палить по цели, представляющей угрозу для ценнейших партнеров. А потом и вовсе бросились в погоню.
 
– Проклятье, – пробормотал Демид.
Добежать до самолета они не успеют, не говоря уже о том, чтобы завести его – местные были гораздо ближе к лайнеру и стреляли на поражение. Единственное спасение – бежать обратно к машине. Но джип находился за валуном под пальмовыми листьями – стартануть с места на большой скорости не получится.
Схватив Софью за руку, он потянул обратно.
Горячий воздух обжигал лёгкие, когда добежали до пальмовой рощи и практически скатились по склону вниз к океану. Ноги увязли в песке, но это был единственный путь к дороге и машине. Преследователи догоняли. Как быстро план полетел под откос.
Совсем рядом шумел прибой. Демид потянул к кромке воды. Песок здесь был влажным и более плотным, отчего бежать стало проще. Морская пена обнимала ноги, водяные брызги залетали за шиворот. Софья уже видела впереди валун с автомобилем. Она не знала, как они успеют выкатить машину – враги уже пересекли пальмовую рощу и приближались с невероятной скоростью.
Тут со стороны моря послышался шум. Нахмурившись, Чернов обернулся. Господи, это, должно быть, видение. В мире, наполненном естественными звуками природы, внезапно раздался рев двигателей. Малогабаритный гидроплан, вынырнул из-за облака, закачался в воздухе, словно пилот был пьян, затем сделал сплит и стремительно двинулся вниз к воде. События происходили, разумеется, очень быстро, но в сознании Демида все было слишком медленным. И самолет, единственная их с Софьей надежда, подарок небес, падающий в море в своем последнем полете, и застывшие в безумном потрясении местные силовики.
Самолет, неестественно круживший в небе, вдруг резко выровнялся и стал стремительно приближаться. Раздался плеск воды, брызги разлетелись во все стороны. Гидроплан завершил посадку и подъехал к Софье с Демидом. Пилот открыл дверь. Рядом засвистели пули. Беглецы пригнулись, бросились к самолету. Пилот, очевидно, собиравшийся выйти и помочь, оценил степень опасности, захлопнул снова дверь и включил двигатели.
Только не это, они не потеряют последний шанс. Чернов прибавил скорость. К счастью, Софья, не отставая, бежала рядом, быстро работая руками. Брызги морской воды летели во все стороны, застилая обзор.
Самолет был уже близко, когда с противоположной стороны пляжа появились дикари, точнее, представители отрицающей цивилизацию части населения Пангеи, которые несколько дней назад увезли в рабство остальной экипаж. Очевидно, у них тоже работает какая-то система оповещения о пришельцах, прибывающих из Ока, поскольку в прошлый раз дикари тоже быстро обнаружили их.
– Твою ж… – снова выругался Чернов.
Добежав до гидроплана, он дернул дверь. Та не поддавалась. Оглядываясь на приближающихся силовиков с одной стороны и дикарей с луками и стрелами с другой, они неистово заколотили ладонями по обшивке. Пилот, очевидно, не был тем, кто может оставить беззащитных людей без помощи, поэтому все же открыл дверь:
– Мы не успеем взлететь, – рявкнул он. – Они вот-вот взорвут двигатель!
– Они не знают, где двигатель, – Демид стал заталкивать Софью внутрь. – Уезжайте, я отвлеку.
– Нет! – она принялась сопротивляться с энтузиазмом дерущейся кошки. – Без тебя не полечу.
– Ещё как полетишь.
Демид настаивал и был гораздо сильнее. Летчик встал на его сторону и тоже принялся затаскивать Софью в салон. Враги стремительно приближались, готовые разорвать их. Пули засвистели совсем рядом. Следом за ними – горящие стрелы. Кошмар. Кошмар! Софья лихорадочно тянула к себе Демида. Убедившись, что она не выпадет из салона, он начал последовательно отрывать от своей рубашки ее пальцы.
– Дим! Дим! – кричала Софья.
Но Чернов молчал, смотрел ей в глаза и продолжал убирать ее руки. Затем вдруг притянул Софью к себе за шею, поцеловал отчаянно, но тут же отпустил и шагнул назад в воду. Софья дернулась, попробовала задержать его ногами, но не достала. Освободившись, Демид развернулся и нырнул в океан. Через мгновение Софья увидела его гораздо дальше, уже у берега. А затем, петляя, Чернов выбежал из воды и рванул вверх, обратно в сторону взлетно-посадочной полосы. Это заставило разнородное войско хаотично замедлиться, сменить направление и броситься вслед за ним.