Конкурент. Сокрушить нельзя любить (СИ)

Демида с Софьей проводили за импровизированную деревянную перегородку, имитирующую крупную ромбовидную сетку. За столом оказалась ещё одна пара – ухоженная молодая брюнетка в блестящем платье, с прической в стиле "Великого Гэтсби" и невысокий мужчина в смокинге с идеально зачесанными назад светлыми волосами. Когда Софья появилась из-за плеча Чернова, глаза незнакомца ликующе сверкнули. Не скрываясь, он прошелся взглядом по всей ее фигуре и, видимо, остался чрезвычайно доволен. Софья в свою очередь неприязненно уставилась на женщину, которая тщательно, хоть и не так явно, рассматривала Демида. Широкий удовлетворенный румянец появился на щеках незнакомки и быстро распространился на шею.
Рядом с парой восседал генерал Ролланж, в парадной форме, невероятно довольный. Увидев пришедших, он разулыбался:
– А вот и наши гости! Проходите!
Блондин встал, обошел стол, отодвинул перед Софьей стул. Бросив на Демида вопросительный взгляд, она села. Чернов внимательно проследил за тем, как мужчина вернулся к своему месту, и только затем расположился рядом с Софьей. Перед ней не было папки с меню, поэтому Демид протянул свою. Заинтересованно открыла, пролистала. Блюда были странными, имели незнакомые названия.
– Знакомьтесь, господа, – генерал, пребывающий в отличном расположении духа, указал на мужчину и женщину, – Адам и Пенелопа Кросс. Адам, это Демид и Софья Черновы.
Адам привстал, протянул руку. Демид несколько секунд враждебно смотрел на нее, затем все же поднялся и пожал.
– Разделим сегодняшний изысканный ужин, – сказал Рослланж, – и обсудим насущные вопросы. Посмотрите меню, тут чудесно готовят.
Из-за ширмы появился одетый с иголочки официант:
– Добрый день. Что угодно заказать?
– Для леди, – генерал указал на Софью, – Рике со сливочным соусом и ягодный пунш. Миссис Кросс – также Рике, но соус томатный и банановый коктейль. Мне, пожалуйста, бифштекс. И принесите бутылку вина “Капризон”.
Софья нахмурилась. Похоже, никто даже не собирался спрашивать ее предпочтения. Учитывая, как улыбалась миссис Кросс, сидящая за столом, видимо, это здесь в порядке вещей.
– Благодарю вас за совет, генерал Ролланж, – дипломатично сказала она, – но я не хочу Рике, чем бы это ни являлось. Принесите мне, пожалуйста, тоже бифштекс.
На Софью никто не обратил внимания. Она удивленно моргнула.
– Что закажете вы? – как ни в чем не бывало обратился официант к Адаму.
– Фламинго в кисло-сладком соусе, пожалуйста, – также спокойно ответил тот. – Лимон не нужно.
Парень сосредоточенно записал заказ и обернулся к Чернову:
– А вам что угодно?
– Мне угодно, чтобы жену услышали и принесли только то, что попросила она.
Официант замер, прочистил горло:
– Дело в том, что женщины… не могут сами…
– Немедленно, – с угрозой добавил Демид.
Парень скосил вопросительный взгляд на Ролланжа. Тот вздохнул так, будто на его плечах лежала тяжесть всего мира, но все же кивнул. Официант неодобрительно нахмурился, зафиксировал:
– Ваш заказ записан. Что-то еще?
Чернов подавил порыв потереть лицо. Дурдом какой-то. Он любил хорошие рестораны, изысканную еду и люксовое обслуживание, но тут все было вывернуто наизнанку.
– Мне стакан воды.
– Хорошо.
– Попробуйте печеного фламинго, Демид Евгеньевич, – вмешался Ролланж. – Он невероятно нежный.
– Нет, благодарю.
Официант поклонился и снова скрылся за ширмой. За столом воцарилось напряженное, давящее молчание. Музыкант за роялем сменил мелодию – заиграл вальс.
– Зря вы отказались от фламинго, Демид Евгеньевич, – сообщил генерал, придвигаясь ближе к столу. – Здесь его готовят восхитительно.
– Я не ем розовых птиц.
– Похвально-похвально. Ну что ж, господа. Сегодня долгожданный день для многих. Я думаю, пришло время обсудить дела. Семья Кросс заждалась своей очереди. Вас, – уточнил он, как будто от этого стало понятнее.
Адам Кросс при этом взял Пенелопу за руку и прижал ее пальцы к сердцу, словно это, действительно, был лучший день в их жизни. Софья тоже улыбнулась. Они так органично смотрелись вместе, совершенно очевидно любили другу друга и были счастливой семьей.
 
– И пожертвовала, действительно, существенными ресурсами, временем, чтобы улучшить кровь, поэтому…
– Мистер Кросс не желает пригласить на танец миссис Чернову? – перебил вдруг Демид. – Играет чудесный вальс. Можно познакомиться лучше. А то сидим, как чужие.
Улыбка Софьи увяла. Вечер принимал странный оборот. Поведение Чернова не поддавалось никакой логике. Это, правда, как раз было совсем не удивительно.
– С большим удовольствием, – Адам сразу встал со стула.
Демид молча проследил за тем, как мужчина обошел стол и предложил Софье руку. Она попробовала встретиться взглядом, но Чернов стал совершенно закрытым и сосредоточенным. Не понимая его игру и при этом не желая все разрушить неосторожным поступком, Софья вложила пальцы в ладонь блондина, с наигранной улыбкой встала и, одернув платье, пошла за партнером на танцевальную площадку.
Демид продолжал следить за ними до тех пор, пока Адам не остановился, не положил руки на женскую талию и не привлек ее к себе ближе. Слишком близко. Чернов сощурился и, наконец, перевел взгляд на генерала Ролланжа:
– Вы подонок, – сказал он без предисловий и объяснений.
Если миссис Кросс это и удивило, то вида она совсем не подала. Откинувшись на стуле, она расслабленно слушала музыку и рассматривала Демида. Очевидно, женщины этого города, действительно, были весьма строго вымуштрованны и не открывали рот без разрешения. Чернову было все равно. Его тошнило от Пангеи, Деи, секторов и безвольных людей.
– Ну вот, – генерал разочарованно покачал головой. – А я так старался организовать процедуру по высшему классу.
– Отмените все, – снова безапелляционно сказал Демид. – Я не давал согласия. Это насилие.
Ролланж устало вздохнул, подался вперёд, чтобы смотреть собеседнику прямо в глаза:
– Мистер Чернов, вы, кажется, забыли, что не являлись гражданами Деи ещё несколько дней назад. Что за вами охотятся дикари. Вы не родились здесь и не подлежите нашей юрисдикции. Пангея встретила вас, приняла, накормила и дала кров. Потому что вы можете послужить ей.
– И служба эта состоит в том, чтобы переспать с половиной страны и разнообразить геном. Причем не имея возможности отказаться.
– Как грубо вы выражаетесь, Демид Евгеньевич, – генерал покачал головой. – Кровь есть кровь, семя есть семя. Природа так устроена, что неразбавленная кровь порождает слабое племя. Вы знаете, что нас мало, но дикари не могут победить, потому что слабее. Наша сила – в вас. Дайте семя и расплатитесь с Деей за гостеприимство.
Демид положил руки на стол и, облокотясь, тоже наклонился вперед к генералу:
– Разве люди света не доставляют вам свежую кровь в обмен на товар?
Генерал поднял брови. Он явно не рассчитывал, что Демид знает о пришельцах с Земли и бартерные отношения с ними.
– Доставляют, – угрожающе сказал он. – Но крайне мало. Семьям и одиноким мужчинам приходится годами ждать очереди.
– А что же женский сектор? – привел другой аргумент Демид. – Я был там и видел огромное количество незамужних женщин, только и мечтающих о семье.
Ролланж с сожалением покачал головой:
– Они все не годятся, Демид Евгеньевич. Слишком близкие родственники. Там поголовно сестры, матери и тетки.
Чернов нахмурился. Они отбраковали вот так разом столько девушек? Просто отселили их и поместили в военные, точнее, тюремные условия жизни.
– Да не может быть, – выдохнул он.
– Вы сомневаетесь в наших научных данных?
Демид потер переносицу:
– Проклятье, да, сомневаюсь. Сомневаюсь! Как, уважаемый генерал, вы представляете себе мою семейную жизнь с женщиной, беременной ребенком другого?
– Прекрасно представляю. Она будет такой же, как у остальных людей света – полной социальных гарантий и почестей. Адам Кросс – прекрасный представитель населения Деи, здоровый и сильный мужчина. Софья проживет жизнь в лучших социальных условиях. Мы уважаем тех, кто выполняет долг, и всячески помогаем им. А кто не выполняет, – многозначительно добавил Ролланж, – очень недолго живут на Пангее. Предатели никому не нужны.