Усмиритель: утонченная жестокость (СИ)

Куртка уже старая и дырявая на локтях, воротник слева оборван. Снизу нападающий надел джинсы, на ногах кроссовки, длинные каштановые волосы метались в стороны, когда он двигался. Фигура длинная и худая. Лицо узкое, как лезвие ножа, с маленькими глазками, злобно посверкивающими в полумраке.
Это еще один из бойцов в банде, помогает Шраму спастись. Между прочим, в руке у него не дубинка, а знакомая алюминиевая бита с посеребренным утолщением и ручкой, окрашенной в белый цвет.
Не иначе, как Шрам передал биту и приказал задержать меня. Сам он в это время что-то говорил другим своим людям в глубине склада, я слышал вдалеке встревоженные голоса.
Худощавый продолжил атаку. Снова поднял дубинку и напал на меня. Хорошо, что здесь узкий коридор, всего четыре фута в ширину. Для того, чтобы работать битой, тут мало места для замаха.
Я махнул девой рукой, чтобы ввести его в заблуждение. Сам сместился влево, одновременно уходя с линии атаки и отводя руку противника с битой в сторону от себя.
Саму биту схватить не пытался, это нереально, зато успел аккуратно перехватить кисть, увел ее вниз и добавил ногой в пах врага. Худощавый согнулся от боли и прекратил атаку. Руку с битой прижал к паху.
Я ударил его ножом в спину, уронил на пол и добавил два удара в грудь. Вторым пронзил сердце и худощавый тут же погиб.
Бита звонко покатилась по полу. Я оттолкнул ее ногой и выпрямился. Поглядел на тощего мертвого бродягу с длинными грязными волосами и ощутил страшную усталость. Мне нужен отпуск, надо поехать в Майами.
Но сначала надо очистить город от мрази.
Я снова заглянул на склад. Надо поторапливаться, Шрам опять может ускользнуть через запасной выход. Я торопливо пошел по стихийному коридорчику, образованному между разобранными стеллажами и картонными коробками для упаковки кухонных шкафов.
За стеллажами я заметил движение. Ко мне шли двое человек, один маленький, в длинном коричневом вельветовом пальто, явно не по размеру, полы почти достигали пола. Второй, наоборот, высокий, в короткой темной коричневой куртке с двумя нагрудными карманами, молниями на рукавах и в синих тренировочных штанах.
Они выглядели вполне прилично, даже не скажешь, что это бродяги. Вот только одежда не по размеру, одному слишком длинная, другому слишком короткая.
А еще в руках они держали ножи. У низенького в пальто складной нож, с коротким лезвием и черной пластмассовой рукояткой, почти полностью скрытой в ладони.
У высокого оружие побольше, японский мини-нож из стали, тоже с коротким хищным лезвием, рукоять тоже сделана из стали с деревянными нащечками и блокиратором клинка в конце. Выглядели ребята зловеще, явно намеревались прикончить меня.
Когда вышли из-за угла, остановились и удивленно уставились на меня. Видимо, не ожидали увидеть такую устрашющую маску, как у меня.
Они стояли в проходе, а сбоку в щели между стеллажами я заметил Шрама, сидящего на диванчике и зажимающего раненое плечо рукой. Чтобы пройти к боссу Бродяг, мне нужно было прорваться через двух бойцов банды.
— Да это же просто маска, — усмехнулся высокий. Голова у него оказалась большая и угловатая, руки и ноги длинные. Голос звучный и металлический, таким хорошо озвучивать фильмы. Он первый двинулся ко мне. — Эй, псих, иди сюда. Хочешь, я тебе рожу подправлю?
Ну что же, вот у нас и ножевой бой. Один из моих любимых.
Мой инструктор по рукопашному бою на военно-морской базе «Норфолк» Атлантического флота ВМС США говорил, что у меня есть талант к этому виду оружия. Потом в прошлой жизни мне довелось на три года переехать на Филиппины, где я дополнительно обучался арнис, искусству борьбы на ножах и палках. Вроде бы достиг неплохих результатов.
— Ну, давай, псих, — высокий вышел на два шага вперед. Низенький остался позади. Проход слишком узкий, чтобы они поместились тут рядом. — Сейчас я порежу твою тупую маску.
Противник держал нож обратным хватом, лезвие направлено вниз от мизинца, но режущей кромкой к себе. Это первая ошибка. Он собирается только колоть ножом, а это режущее оружие. Его сила именно в рассечении тела врага. Поэтому режущую кромку надо всегда держать в направлении от себя.
 
— Давай, иди к папочке, — высокий перехватил нож из руки в руку. Три раза подряд. — Ну, что же ты? Обделался?
Зачем так делать? Это еще одна ошибка. Перехват нельзя делать просто так, только с определенной целью.
Я подошел ближе. До врага осталось пару шагов. Высокий рванулся ко мне, махнул ножом сверху вниз. Я блокировал его удар свободной рукой. Слегка толкнул предплечьем, добавил коленом по голени. Высокий вскрикнул от боли и отскочил назад.
Не теряя времени, я тут же пошел на него. Главное скорость. Их двое, мне нельзя медлить. Надо все время работать против врага, грузить его лавиной атак, заставить потерять баланс и растеряться. Держать высокий темп, чтобы атаковать и обладать инициативой.
И еще я работал по ближайшей, левой руке противника. Обычно неопытные бойцы не ценят конечности. Они стараются укрыть грудь, живот, горло и лицо. Ну, может еще и пах.
При этом забывают о том, что хороший порез по запястьям и локтям может лишить его руки. А это уже почти гарантированный проигрыш.
Двигал я полусогнутыми руками, расположенными перед грудью, проводя быстрые секущие движения в локте и почти не шевеля запястьем. Это отличает ножевой бой от фехтования шпагой, где игра кистью один из основных элементов. Еще в ножевом поединке мало размашистых выпадов.
Я сделал финт левой рукой, отвлекаясь внимания высокого. Он отшатнулся назад. Тогда я тут же атаковал его руку. Эта комбинация ударов. Нельзя наносить одиночный, только несколько.
Я резанул его руку, задев запястье с внутренней стороны, пытаясь добраться до вен и высокий вскрикнул от боли. Он отпрянул от меня, но я уже вошел во вкус.
Не задерживаясь, я снова сделал финт левой рукой, целя ему в глаза и теперь ударил его в шею. Тоже простой боковой порез. Брызнула кровь. Высокий упал на стеллажи, опрокинул с полки коробки и свалился на пол.
В то же мгновение на меня напал низенький. Он зарычал от ярости:
— Ах ты, сукин сын! Сдохни!
Тоже напал на меня, только держа нож прямым хватом, лезвием вперед. Другое дело, что он совсем потерял голову и просто полез вперед, пытаясь уколоть меня кончиком ножа.
Раз так, тогда расправиться с ним еще легче. Я сделал ложный выпад правой рукой с ножом вперед, сделав к нему резкий подшаг. Он встревожился и прекратил атаку.
Тогда я тут же ударил его левой, свободной рукой. Целил в глаза, как и полагается, потому что это финт, ложная атака.
Низенький противник, как и ожидалось, отшатнулся. Я блокировал его руку с ножом свободной рукой. Толкнул его бедром, слегка разворачивая к себе боком и выводя из равновесия.
И уже теперь ударил ножом в грудь. У него как раз распахнулся вельветовый плащ. Потом вытащил лезвие вонзил снова. Низенький споткнулся и упал на пол.
Я пошел дальше. Выбрался почти в центр склада, там, где грузы передавали на отправку, поэтому здесь много свободного пространства.
Шрам сидел на диванчике, все так же зажав ладонью рану на плече. Глядел на меня. Сквозь пальцы вытекла кровь.
— Мистер Усмиритель? — он шутливо наклонил голову. — Не могу сказать, что очень рад встрече. Хотя получилось энергично и весело, как ты считаешь?
Вот как? Он еще может шутить и бахвалиться в такой ситуации? Молодец, крепкий парень.
Значит, очень опасный. Не исключено, что у него есть козырь в рукаве. Как минимум, он где-то спрятал складной нож, которым я ранил его.
— Да, вышло неплохо, — я подошел ближе, стараясь держать фланги в поле зрения. Оттуда в любой момент могла выскочить подмога. — У вас тут уютно и красиво. Вы тут, я смотрю, уже развлекали гостей, когда я пришел? Я не очень помешал вашим планам? Там один гость остался, самый молодой. Он передает тебе привет, Шрам.
Рафик оскалился.
— Я не успел прикончить щенка. Ты помешал. Но ничего, он долго не протянет, — босс «Бродяг с Двадцать третьей улицы» продолжал всматриваться в меня. Прищурился. Лампа на потолке освещала его лицо справа, морщинистая и уродливая сторона со шрамом осталась в тени. — Меня интересует другое. Зачем тебе это все? Может, расскажешь? Хотя подожди, дай угадаю. Бандиты убили твоих родителей, верно? Или любимую девушку. Как в комиксах. С тех пор ты поклялся мстить им.