Усмиритель: утонченная жестокость (СИ)

А вот Шерри Кэп и Санта Клаус так не могли. Нет, они тоже не пушистые безобидные коалы, которые висят на ветках и жрут эвкалипты, но для нападения на человека нужен хоть какой-то повод.
Или, хотя бы, находиться под воздействием дури. Желательно крэка, к которому Кэп в последнее время очень сильно привык.
Если выкурить «хард», то Кэп мог бы и не такое совершить. Тогда этот ублюдок с дробовиком ничего не смог бы им сделать. Кэп бы просто ему не позволил. Он бы ему этот дробовик в задницу засунул. И заставил бы плясать.
В прошлом ему уже доводилось действовать самым отчаянным образом в таких случаях. Наркотики всегда срывали Кэпу крышу. Может быть, именно поэтому к двадцати восьми годам за Кэпом числились пять вооруженных ограблений, избиение до полусмерти и попытка изнасилования.
Сейчас Шерри Кэп совсем не отказался бы принять дозу. Выкурить трубку мира. Он сидел в закусочной рядом с бульваром Гринлиф, в двух кварталах от их штаб-квартиры, и проклинал чертового психа, сломавшего ему нос.
Весь день по заданию Клептомана Вива он вместе с Санта Клаусом обыскивал город и искал коричневый «Форд Пинто». Зверски устал, осмотрел с десяток машин, но так ничего и не нашел. Санта Клаус в итоге так и заснул в машине, а Кэп зашел перекусить.
Но еда не облегчила страдания, а наоборот. Усугубила.
Помимо того, что Кэп не мог чихать, он еще и с трудом принимал пищу. Нос дико болел.
— Черт бы тебя побрал, мерзкий кусок дерьма, — пробормотал Кэп, раздраженно бросив вилку в тарелку с недоеденным бифштексом. — Как же ты меня подставил. Если бы сейчас появился здесь, я бы сам сломал тебе нос.
Он имел ввиду, конечно же, того самого психа, которого он искал. Кто-то уселся перед ним за стол, напротив, на красное кожаное сиденье и Кэп удивленно поднял голову. Он думал, что это кто-то из их банды и поразился, увидев перед собой того самого придурка, которого искал весь день.
Псих ухмылялся своей гадливой улыбочкой.
— Ну, здравствуй, дружище, — дружелюбно сказал он.
Сердце Кэпа упало в пятки и покатилось по полу. Сначала он подумал, что это ему показалось и оглянулся по сторонам.
Но нет, все осталось как прежде, длинный ряд сидений и столиков, в центре стойка бара, где хозяйка закусочной принимала заказы. Сейчас она протирала вымытую кружку полотенцем.
— Что же ты молчишь, дружище? — участливо спросил псих. — Или ты не рад меня видеть? Помнишь, что я говорил вам в нашу последнюю встречу? Я просил организовать беседу с вашим боссом. Но теперь это уже не надо. Я уже понял, что с ним бесполезно разговаривать. Поэтому, лучше скажи мне, сколько у вас народу сейчас в вашем логове? Оно ведь находится на Гленко стрит, номер четыреста пятнадцать?
Пока он говорил, Шерри Кэп немного пришел в себя. Самое главное, это то, что в руках у безумца нет помпового ружья, так что он не сможет опять угрожать. Зато у самого Кэпа за пазухой тяжело сидит «Беретта 92F» калибра девять миллиметров, поэтому он чувствовал себя гораздо лучше, чем во восемь прошлой встречи.
— Я тебе так скажу, урод, — Кэп заставил себя ухмыльнуться и откинулся назад, на спинку сиденья. — Если ты сейчас поцелуешь меня в зад, то я, может быть, пощажу тебя. Но нос я тебе все равно сломаю.
Он улыбнулся и оскалил зубы. И совсем не успел отреагировать, когда псих быстро наклонился к нему и ударил в нос. Вспышка боли пронзила голову Кэпа, он потерял сознание и свалился на пол.
  
Глава 9
 
Разборки на бульваре
 
Этот придурок со сломанным носом почему-то осмелился дерзить мне. У него чрезвычайно быстрая смена настроения.
Только что сидел, испуганно хлопая глазами, а потом вдруг расхрабрился. Видимо, он подумал, что я без оружия. Что я забыл свой дробовик дома. И что пришел беседовать с ним без пушки.
Он что, серьезно считал, что я такой же тупой баран, как и он? Нет, конечно. Я не настолько глуп, чтобы явиться к нему без оружия. Уж чего-чего, а этого добра у меня навалом.
Я сидел напротив этого идиота, а за поясом у меня «Кольт М1911», в карманах одиннадцать снаряженных обойм к нему, а на заднем сиденье машины, припаркованной в квартале от закусочной, лежал и ждал своего часа тот самый пистолет-автомат с патриотичным названием «Американ 180». Поэтому я имел полное право наклонился и врезать этому строптивому бандюгану по многострадальному носу.
 
Надо же, кажется, я чуток переборщил с ударом. Я не ожидал, что он вскрикнет и свалится под стол, потеряв сознание.
Какие мы нежные. Не притворяется ли он, пытаясь ввести меня в заблуждение? А потом, когда я наклонюсь, ударит в грудь ножом?
Я осторожно огляделся. Женщина за стойкой удивленно смотрела на нас. Я улыбнулся и помахал ей.
— Все в порядке! Это он просто так. Сейчас встанет.
Я наклонился, соблюдая осторожность и пихнул ногой своего собеседника.
— Эй, вставай, придурок. Не буду тебя бить.
Если он притворяется, то может наброситься на меня. Если нет, мы сейчас это выясним.
Так и есть. Видимо, болевой шок. Лежит полностью расслабленный, тихо дышит. Оказывается, и вправду отрубился.
Я потрепал его по щекам. И одновременно обыскал.
— Подъем, дружище. Мы с тобой не договорили. Ты хотел рассказать, что там у вас на базе творится, но чего-то заснул. Ого, что это? «Беретта»? Солидная игрушка, уважаю. Можно, я заберу, попользуюсь. Ты сам поигрался, теперь дай другому.
Он захлопал ресницами, открыл глаза, увидел, как я забираю пистолет, горестно скривился. Вот почему, оказывается, почувствовал себя таким смелым.
Нельзя же так. Храбрость человека не должна зависеть от оружия. А то он получается тогда просто жалким приложением и придатком к оружию. Без ствола ни на что не способен.
А куда это годится? Вот как раз сейчас такой случай. Оставшись без пушки, наш герой сразу сдулся. Сморщился, как воздушный шар, из которого выпустили воздух. Сел и захныкал:
— Я же никого не трогал. Зачем опять ломать мне нос?
Я усадил его на сиденье, чтобы тетка за стойкой перестала на нас коситься. Похлопал по плечу.
— Ну ладно, признаюсь, слегка переборщил. Не буду тебя больше бить. И даже убивать не буду. Но только если ты мне сейчас все чистосердечно расскажешь и пообещаешь больше не попадаться на глаза. Ну, говори.
Вот теперь он окончательно сдался. Рассказал все, что знал. Про базу, где сейчас находилась почти вся банда в составе одиннадцати человек во главе с Клептоманом Вивом. И про то, что это именно он избил недавно до смерти человека на улице, за то, что тот пытался предотвратить кражу из магазина.
А потом опять захныкал, не замечая, что я окаменел от гнева:
— Послушай, дружище, зачем тебе это надо? Кто ты такой? Начитался комиксов, как я понимаю? Ты понимаешь вообще, что происходит? Зачем ты это делаешь?
Я поднял руку и придурок сразу заткнулся.
— Этот человек, которого избил ваш босс, был моим товарищем. Другом и коллегой по работе. Так что не спрашивай меня, что делать. У вас есть охрана перед дверью?
Он замотал головой и я усмехнулся.
— Я так и думал. На самом деле, это вы тупые мудаки, которые полезли, куда не надо и решили играть в опасные игры. Ладно, оставайся тут. Не вздумай лезть в вашу берлогу. Если увижу тебя там, сразу прикончу. Это последнее предупреждение. Выбор за тобой.
Я поднялся и вышел из кафе, оставив придурка с кровоточащим носом. Не сомневаюсь, что сейчас он побежит к телефону, чтобы предупредить сообщников о моем приближении, но это уже не важно.
На улице я вдохнул воздух полной грудью и прогулялся до машины. Рядом с закусочной стоял знакомый голубой «Форд Ранчеро», на заднем сиденье которого лежал и сладко спал напарник этого шута, я его тоже видел недавно, когда заблокировал в тупике.
На минутку я колебался, не зная, прикончить его или нет. Ладно, не буду пока прерывать его мирный сон. Он никуда не денется, все равно прибежит на базу, там я его и прикончу. Поэтому пусть пока наслаждается сладкими снами, он еще их не скоро увидит, если все пойдет так, как я задумал.