Княжий человек (СИ)
Саня продолжал рассказывать, но многое я либо уже знал, либо это не представляло такого яркого интереса. Сам я решил, что первым же делом наведаюсь в книжную клеть. Ту самую крохотную избушку на отшибе. Интересно, там тоже есть суровый библиотекарь, который шикает на громких посетителей? Вот заодно и посмотрим.
— А мы куда идем? — спросил наконец я, хотя начинал догадываться.
— В кружало, как старики называют, — ответил Печатник. — А по-нашему — кабак. Я же говорю, такое дело обмыть надо.
К слову, появление нашей троицы не прошло незамеченным. Если сначала я удостоился застенчивых взглядов некоторых рубежников, то с каждым пройденным шагом будто сильнее приковывал к себе внимание. Мы не успели пройти и половину Подворья, как большая часть всех рубежников, включая некоторую нечисть, уже шагала следом.
Мне это напомнило старый советский мультик, который мы смотрели вместе с бабушкой. «Ограбление по-итальянски», кажется. Там незадачливый вор Марио шел обносить банк, а за ним следовал весь город.
Кружало-кабак — оказался вполне рядовым. По крайней мере, меня он не удивил. У нас таких, стилизованных под старину заведений в Выборге хватало. Все из дерева, включая табуреты. У стойки толстый усач с рыжим чубом. Будто с открытки какой сошел.
— Василь, дай-ка нам сначала по кружке пива, потом по кружке медовухи, а потом еще по кружке пива. Артур сегодня работает?
— Работает, — отозвался Василь, внимательно глядя на меня.
А я задумался, как может помотать жизнь, чтобы рубежник, пусть и всего с тремя рубцами, стал хозяином кабака? Когда весь мир тебе открыт? Либо я чего-то не понимаю?
— Тогда пусть нам шашлык сделает, — сказал Печатник, садясь за один из столов. И уже стал объяснять мне. — Этого армянина воевода нашел. Мимо проезжал, да мясо им приготовленное попробовал. Так ему понравилось, что приспешником своим сделал. Всю семью Артура сюда перевез. Но все же упросили мы, чтобы и нас баловал. И Артуру опять же веселее, чем без дела сидеть. Еще больше денег заработает.
К концу его рассказа на столе появились огромные деревянные кружки. Будто бы даже литровые.
— Давайте, за нового княжьего человека! Такими людьми если Новгород будет обрастать, то сильнее станем.
Мы ударили кружками и выпили. Пиво пахло как-то кисло, но на вкус оказалось отменным. Я, наверное, половину выдул, прежде, чем поставил его обратно. Во рту остался приятный привкус каких-то пряностей. И в груди стало горячо и приятно. Интересно, рубежники могут пиво зачаровывать?
Не успели мы допить это, как принесли медовуху — сладкую, словно водичка, разбавленная сахаром и медом. Вот только по голове она била отменно. И еще разжигала зверский аппетит.
Поэтому на появившийся на столе шашлык я накинулся, как голодный волк на раненого зайца. И чуть не застонал от наслаждения. Воевода был бы преступником, если бы оставил Артура там, где он готовил раньше. Такого нежного мяса я сроду не ел.
К тому моменту к нам стали подходить рубежники. В первую очередь ратники, а после и все остальные. Я даже сначала пытался запоминать тех, кто представлялся. Вот тот тип с шрамом под глазом — Николай, светленький человек с рябым лицом — Никитка, черноволосый коротышка — Шамиль. А затем даже эти бесплодные попытки перестал делать.
Казалось, будто все Подворье пыталось влезть за наш стол. Он к тому моменту стал значительно больше. Это все остальные столы сдвинули к нашему.
Раньше я думал, что рассказы про «пиво лилось рекой» — это преувеличение. Оказалось, что нет. Довольно скоро и сам стол, и все, что под ним, стало липким от разлитых напитков. Но на такие мелочи никто не обращал на это внимания, заказывая все больше и больше алкоголя.
Лишь один человек не участвовал во всеобщем веселье. Тот самый ратник, который пулей выскочил из зала воеводы и убежал на улицу. Я заметил, что он стоял поодаль, облокотившись на один из домов. А когда обернулся второй раз, его уже не было.
Глава 5
Синька — чмо. Вообще, об этом следует писать на каждом углу. В новостях говорить. Подобное сообщение должно вылезать вместо контекстной рекламы на интернет-сайтах. И обязательно уроки проводить, где будут объяснять, как алкоголь воздействует на организм.
Сказать, что я плохо себя чувствовал — ничего не сказать. Казалось, что моей головой играли в футбол, потом ее разбили, кое-как собрали обратно и вернули на место. Было больно не только шевелиться и думать, но даже существовать. Потому я не особо испугался, увидев рядом на кровати злейшего врага. Бояться тоже было больно.
— Чего, Митя, опять в карты проиграл? — спросил я у голого Вранового.
Тот косил глазом и стыдливо прикрывал причиндалы, будто это действительно его были, а не какого-то рубежника.
— Проиграл, дяденька. Дядя Гриша, можно я пойду⁈
— Еще раз крикнешь, придушу, — простонал я. — Как только смогу.
Митька убежал, сверкая тощим голым задом мужской природы. Зато на смену ему пришел бес.
— Удивляюсь всегда людям. Вот нет же у вас ни способности к питию, ни умения.
— Гриша, пошел в жопу. Я тебе еще шутку про Вранового припомню.
— Честно говоря, даже обидно, — надулся бес. — Я ожидал более яркой реакции. Да и что ты хотел? Пить запретил, нам представляешь как скучно? Митька уже и на крышу к Людмиле лазил, да там котом кричал. И до бухты бегал, русалкам зад показывал. В общем, много всего интересного переделал. Все одно к одному свелось. К тебе.
Мысли ворочались так тяжело, что хотелось отключить мозг за ненадобностью. Однако не думать я не мог. Привычка.
Все-таки с выпивкой я правда погорячился. Во всех смыслах. Она часть экосистемы моей нечисти. Без нее они действительно станут дурью маятся. Хотя, и с ней будут. Может, дело все-таки не в водке, а в нечисти.
А еще, я твердо решил, что больше никогда не буду пить сам. Блин, кого я обманываю? Нет, будь мне лет восемнадцать, я бы даже себе поверил. Хорошо, я не стану вообще пить на этой неделе и перестану нажираться до такого скотского состояния. Я ведь даже не помню, как сюда добрался. Стоило задать этот вопрос, как Гриша пришел на помощь.
— Домой тебя я притащил, — ответил бес. — Там куча рубежников набивалась проводить, да я не дал. Уж лучше, пусть не знают, где ты живешь. Хотя это, конечно, так, перестраховка. Воевода-то теперь тебя все равно может найти. Все ж княжий человек. Но про остальных разговору не было. В общем, машину вызвали, вот мы с тобой и доехали.
Я представил, как этот крохотный мужчина с рогами тащит меня домой. Вот уж кому орден выдать надо.
— Спасибо тебе, Гриша.
— Свои люди, сочтемся. Ладно, готовься, сейчас к жизни тебя возвращать будем.
— Может, я просто полежу?
— Куда полежишь? Тебе днем надо с зазнобой своей свидеться. Запамятовал, что ли? Сам же ей обещал.
Блин, правда ведь! Я уж и забыл про Зою. И что теперь делать? Звонить и говорить, что надо все перенести. Потому что я забухал? Боюсь, даже терпеливая Зойка не поймет.
Вернулся бес с огромным тазиком и графином с темно-фиолетовой воды. Затем убежал опять и появился вновь с трехлитровой банкой рассола.
— Хозяин, ты мне доверяешь? — первым делом вкрадчиво поинтересовался он.
— Ни хрена. А после того, как ты спросил, еще меньше.
— Значит, будешь валяться весь день. Ты же до сих пор пьяненкий.
К слову, он оказался прав. Да и чего удивляться? Когда дело касалось выпивки, Гриша был опытнее всех экспертов, вместе взятых.
— Ладно, чего делать?
— Вот эту фиговину видишь? — он указал на графин. — Вот выпиваешь быстро.
— А потом?
— Потом поглядишь.
Что сказать, умел бес интриговать. Он передал в мои ватные руки графин, и я почувствовал какой-то резкий, химический запах. Даже слегка знакомый.
— Только без всяких раздумий. Пей быстро.
Я и послушался. Правда, сделал всего несколько больших глотков, прежде чем организм ответил единственным способом, на который он был настроен. Еле успел отпихнуть графин в сторону. Его подхватил Григорий, а сам я склонился над тазиком.