Княжий человек (СИ)

— … ядство, — скрежетнула зубами наша спутница. — Чего встали, давайте шустрее! Все веселье пропустим!
— Едва ли убийство живых существ можно назвать весельем, — подумал я почему-то вслух.
— Поговори еще, бегом, бегом, не отставайте.
Нам со Следопытом оставалось лишь подчиниться. Хотя интересовало меня совершенно другое. Почему я произнес это вслух? Ведь точно знал, что пацифизм в острой форме Ася не оценит. И еще… почему я продолжаю на ходу проговаривать все это?
— Я читал, что часто люди озвучивают мысли, чтобы разобраться в себе, — пыхтел рядом Витя. — У зубного сидел, а там журналы лежали. Хрень всякая, но я запомнил.
— Мне кажется, ненормально, что мы разговариваем сейчас об этом обо всем.
— Разве есть понятие нормальности? Тем более для нас, для рубежников? — усмехнулся Следопыт.
Вот правильно мне говорили на физкультуре, что нельзя бегать и разговаривать. Дыхание сбилось за несколько минут. Не помогла даже та хваленая медовуха. Или дело в том, что Ася пыталась выжать из нас спринтеров примерно за одно занятие. С большим успехом я мог бы принять участие в гоночных соревнованиях на своей «Ласточке». Все это я думал, само собой, вслух.
— Интересно, где сейчас «Ласточка»? Надо заехать к Валере. Да мне много куда надо заехать. К тому же лешему. Я не приезжаю к нему, потому что чувствую, наверное, свою вину. Ведь он ослаб из-за меня.
— Чувство вины всегда разрушает человека, — поддакнул Следопыт. — Помню, когда был маленьким…
Наверное, мы могли до бесконечности бежать, перекидываясь странными мыслями, которые приходили в голову. Однако Асе явно надоел наш инвалидский отряд. Поэтому она не просто остановилась, а бегом вернулась назад.
— Короче, братцы-кролики, двигайтесь на шум боя. Я помогать нашим.
— Мне кажется это не очень хорошая идея, — заметил я. — В фильмах ужасов всех начинают убивать, как только они разделяются.
— Хватит трындеть. Идите на звук боя, все!
И помчалась так быстро, что пятки засверкали.
— Ведуны, мать их, — заметил я. — Когда-нибудь и я таким стану.
— А что, если нам не торопиться на помощь остальным? Тогда мы можем переждать бой и остаться в живых.
— Это очень разумно, но в корне неправильно. Что, если кому-то там нужна наша помощь? Бэккахесты стадные животные. Вот и нам нужно держаться вместе. Часть команды — часть корабля. Ты смотрел «Пиратов карибского моря»?
— Нет, только «Пиратов двадцатого века» с Еременко. Четыре раза в кинотеатр на него ходил. Хотя тогда ничего другого и не показывали.
Мы продолжили наше болтливое путешествие. Пусть и не так быстро, как прежде. Теперь нас никто не подгонял и не нужно было выжимать максимум из своих обессиленных тел.
Но вместе с тем мы действительно слышали звук боя. Лязг железа, глухие удары, треск деревьев. И не преминули обсудить это. Пока Следопыт вдруг не перестал отвечать мне.
Я к тому моменту вырвался немного вперед. Поэтому шел, положив руку на нож, готовый к любым неожиданностям. Ну, и заодно рассказывал Вите, что положил руку на нож и теперь готов к любым неожиданностям.
А когда закончил, понял, что никакой философской фигни или истории из детства не последовало. Обернулся и своим рубежным зрением увидел, что Следопыт лежит на земле. И явно не с целью оправдать свое прозвище. Мой последний из могикан будто бы рассматривал небо. Разве что через веки, потому что глаза были закрыты.
— Витя, ты чего? Нашел время умирать. Я же тебе сказал, что вроде придумал, как Лихо одолеть. Только не говорил, что это Лихо. Короче, не вздумай умирать!
Я подбежал и приподнял Следопыта за голову. И пальцы вляпались в нечто липкое, теплое. Я не сразу понял, что это кровь.
— Дышит, слава тебе Господи. Это как тебя угораздило так свалиться? Хотя погоди, если бы ты приложился головой при падении, то я бы услышал, как ты заваливаешься. Ты бы и сам заорал. Чего, получается, тебя кто-то ударил? Блин, да почему я это все говорю?
— Потому что ты выпил одно забавное зелье из моей коллекции, — послышался будто бы знакомый голос. Только теперь говорил человек так вкрадчиво, что интонации полностью изменились.
 
— Какое зелье? Какой коллекции? Кто ты?
— Сколько вопросов. Зелье называется «Болтушка». А про его действие, надеюсь, ты понял. Что до главного вопроса… Я позволю себе не отвечать на него.
Я наконец определил, где стоит говоривший — за толстенным деревом. А еще почувствовал рубцы — явно много больше моих. Какой-то ведун напоил меня зельем, чтобы я болтал. Ну, не совсем меня, еще и Следопыта. Единственное, что я мог сделать сейчас — говорить шепотом. Так и поступил.
— Лебечерус… Вроде сработало, сейчас я тихонечко достану защитное кольцо.
Видимо, мой обидчик не собирался ждать, пока я надену его. Я услышал тяжелую поступь шагов и моего вниманию предстало… странное существо.
— Ты что за хрень? — спросил я.
— В смысле? — не понял он. И только запоздало посмотрел на свои руки. — Что? Как ты это сделал?
— Я не знаю. Хотя погоди. Блин, я случайно вытащил не то кольцо. Хотел защитное. А это нейтрализует всю природную магию нечисти.
— Ублюдок, — с ненавистью произнесло существо.
Походило оно на несколько сшитых между собой мешков дерьма. Нет, я ничего не имею против толстых людей. Но вот нечто передо мной когда-то очень давно, явно еще до изобретения фастфуда, запустило себя. Тут и искривившеся внутрь под тяжестью веса ноги, и большая, какая-то бабская задница, и свисающие куски сала вместо боков.
— Это же сколько из тебя мыла можно сделать? Ой, извини, я не хотел обидеть. И сколько вообще это зелье будет действовать?
— Недолго. К тому же, выпил ты мало. Поэтому давай не будем оттягивать. Ты ответишь на несколько вопросов, а затем все закончится.
— Что значит — все закончится? Мы разойдемся? Или ты попытаешься убить меня? Когда я думаю — попытаешься, это значит, что буду сопротивляться. Хотя рубцов у тебя, конечно больше. Погоди, что за фигня? Я сначала чувствовал, что ты рубежник, а теперь понимаю, что нечисть?
— Хватит болтать! То есть, болтай, но на нужную мне тему.
— Так я вроде ничего не знаю. Это как в том анекдоте с медведем, который гнался за мужиком. Знаешь его? Медведь говорит: «Мужик, погоди, че спрошу». Ну ты понял, короче. Мне кажется, что тебе не нравится то, что я говорю.
— Тебе не кажется. Ладно, зачем ты нужен Шуйскому?
— Шуйскому? Ты тоже его знаешь? Забавно, что я только сегодня услышал эту фамилию. Он вроде из Созвездия. И пытается убить меня из-за какого-то артефакта. Какого — я не в курсе. Но вроде как я могу найти этот артефакт. А Шуйский не хочет. Хотя не совсем я могу найти, а мой хист. Там вообще сложная схема.
— Расскажи, — неприятно улыбнулся своим разожратым лицом нечисть.
Блин, а ведь он так походил на человека с ожирением. В смысле, тут главное, что на человека, а не на нечисть. Все это я посчитал нужным озвучить. Ну, а уже затем, после очередной просьбы-угрозы этого существа, стал рассказывать про встречу с Врановым, тетрадь, смерть Спешницы и связь промысла с артефактом.
Мой собеседник слушал все это напряженно. Будто бы о чем-то размышляя.
— Кинь мне кольцо, — приказал он.
Я подчинился. Потому что в этот момент почувствовал угрозу и решил не обострять наши сложные отношения.
— Как оно выключается?
— Если я скажу, что надо нажать на камень, то мне нечем будет козырять. Блин, я это произнес. Что за тупость?
— Спасибо, — улыбнулась нечисть и неожиданно превратилась в Илию. В смысле, воеводу. — Мне очень жаль, что ты не знаешь ничего про артефакт. Столько времени впустую.
— Мне тоже. С другой стороны, многие знания — многие печали.
— Заткнись! — рассердился воевода. — Смысл в том, что ты знаешь кто я.
— Если честно, то вообще ни малейшего понятия.
— Значит, узнаешь. Пойдешь в книжную клеть или расспросишь у других…
— А это классная идея, спасибо, — от всей души поблагодарил я.