40k способов подохнуть. Том 3 (СИ)

Развернется разлом, вырвутся бессчётные орды демонов и падение Кадия покажется мелочью на фоне этой катастрофы. А уж удастся ли душе Повелителя Человечества пройти цикл перерождения, сохранив всю былую мощь… это тоже было важным вопросом, ведь тот же Тзинч после падения с вершины Бесконечных Гор собирался себя по кусочкам тысячи лет.
А у Человечества не было этих тысяч лет, как и имелись многие другие причины, о которых знал лишь сам Император, ставший когда-то невольным узником Золотого Трона, но в последствии решивший ничего не менять, что доказывала и его диалог с Робаутом Жиллиманом.
И этот барьер вдруг начал наступать прямо на меня, расширяя свои границы. Бог-Император не мог отодвинуть Тёмных Богов от Терры полностью, но выбрал участки, где начал первую активную борьбу после десяти тысяч лет затишья. Пока враг думал что Империум загнивал и развалился, он на самом деле укреплял хребет, вокруг которого уже начала наращиваться масса.
Боль обиды ударила меня копьём и пронзила оба лёгких, войдя под плечо и заставив хрипеть. Боль потерь молотом обрушилась на спину, заставляя в миг пасть ниц, ведь удар этот был непосильно тяжким для меня. Боль предательства отравленными иглами начала входить под ногти и в глаза… боль была всем и имела столько граней, сколько невозможно вообразить.
Это чувство было мимолётным, ведь являлось лишь отражением истинных чувств Повелителя Человечества, восседающего на Золотом Троне и чувствовавшего каждого своего последователя. Все страдания Империума и личный безмолвный крик самого Императора объединились воедино. Никто кроме Него мог вынести подобного, но он и требовал от своих слуг столь великой жертвы, неся ношу в одиночестве.
Он смотрел на меня и изучал, а я не мог поднять взгляда. Потому что не хотел увидеть то, что познаю скоро и я. Тот чёрный день, когда все мои стремления и надежды будут обращены прахом по воле Тёмных Богов. Это было неизбежностью, которую постиг Он и которую постигали все, кто служил Хаосу или противился ему. Борьба не играла роли, ведь судьба никогда не была справедливой. И можно было только молиться о быстрой смерти… или же просто надеяться на саму возможность когда-нибудь умереть.
Он знал, что я полностью повязан с Тзинчем. Его заинтересовала не совсем подконтрольная мне сила, он хотел переиграть Тзинча, а Тзинч хотел переиграть его. Я понимал, что во мне видели лишь инструмент. В этом плане Повелитель Человечества ничем не отличался от Тёмных Богов. И из-за этого я разочарованно отвёл взгляд.
Признаться, в глубине души я надеялся, что Бог-Император окажется хоть в какой-то мере тем, про кого говорили проповедники, хотя если так подумать… он наверное им и являлся. Спасителем Человечества, который использует своих слуг точно также как и Тёмные Боги. Цели разные, подход один, а ты лишь разменная монета в чужой игре, правил которых не знаешь.
Осознание это было крайне болезненным и слабость накатила на меня. Я не хотел быть чьим-то инструментом и не хотел быть слугой, но никому до этого не было дела. Всю пьесу мне уже расписали.
— Тебе плевать на них, — произнёс я, затрагивая единственную тему которая меня интересовала. — Их имена тебя не интересуют и никакого прощения ты даровать не можешь, ведь вину им внушили искусственно. И ни до кого из них тебе нет дела…
Император молчал, а свет его стал слепить ещё сильнее, а затем раздался Его голос, что заменил собой саму реальность.
 Благодарность 
За широким дубовым столом не сидела, а буквально лежала спящая девушка, всё ещё сжимая своё перо. Из-за обилия свитков и стопок листов её даже можно было не заметить. Рядом с ней по обе стороны располагались ещё десятки таких же столов, за которыми без устали работали клерки Адептус Администратума. Это была очень престижная и крайне важная профессия, куда пробиться было крайне сложно.
Однако девушке, имя которой было Кристина судя по табличке на её столе, повезло куда больше. Заработав седину в свои двадцать семь, она с отличием закончила обучение и заработала много хронических заболеваний, убив здоровье, но всё же смогла стать одной из десяти миллиардов адептов, что обеспечивали функционирование Золотого Дворца.
 
Жаль только на похороны к своей матушке Кристина не успела. Слишком много работы было, но она бы наверняка поняла, ведь именно родители и оплатили обучение своей единственной дочери. Правда через уже несколько лет Кристина очень сильно разочаровалась… разочаровалась во всём, начиная от самой системы и заканчивая безразличием коллег.
— Кристина, ты опять уснула⁈ Ты же опоздаешь! — раздался крик её единственной подруги.
— А⁈ Что⁈ — тут же воскликнула Кристина. — Что случилось⁈
— У тебя приём через час! Я думала, что ты уже там!
— Ох, Золотой Трон, — устал и разбито произнесла Кристина, чем заслужила несколько осудительных взглядов своих коллег.
— Поспеши, а то не успеешь.
— Да-да, я…
Кристина посмотрела на время и поняла, что его осталось совсем немного. Из-за этого её настроение ухудшилось ещё сильнее. Но убрав седые волосы за спину, растерев лицо с жуткими синяками под глазами, она выпрямилась по струнке и быстро погрузила все свои стопки бумаг в сумку и с трудом закинув её на плечо, быстро побежала по узким коридорам Имения Империум, подразделения, что зачастую называлось просто миллионнорукая служба записей Администратума.
Сам Администратум всё же включал в себя не только вот этот бюрократический ад, но в него входили ещё множество отделений. Так например Официо Медика была частью Администратума, но следила за здравоохранением, а Логис Стратегос тоже входил, но уже занимался стратегическим анализом. Отделений было много, а Имение Империум было лишь одним из них.
И хоть Кристина не была слишком важной шишкой, как и к стратегосам отношения не имела, но всё же занималась очень важными вопросами. Один из них достался ей от её дедушки, который за свой век так и не смог довести его до конца. Теперь пробиться сквозь бюрократический ад пыталась уже сама Кристина, раз за разом заполняя от руки многочисленные стопки документов и ежегодно обходя всё выше стоящее начальство.
Сама Кристина была просто писарем, отвечала за записи, особой власти не имела. Зато её имел куратор, который в целом был на стороне Кристины в этом деле, но… он не мог просто взять и сразу всё порешать, хоть и хранил древние записи Империума. Однако он ставил нужные подписи и после Кристина выгрызала минуту времени у своего почётного ординатора, который давал уже бумажку на посещение заместителя второго помощника магистра.
Там начиналась проверка и через пару месяцев Кристина получала отказ из-за какой-нибудь одной ошибки. Законы в Империуме менялись быстро, а вопрос был крайне деликатный и к тому же очень важный. Но деликатность никакого не волновала, а важность… все в администратуме были похожи на когитаторы, что следовали простым правилам и ничего их не волновало.
Будь ты хоть вольный торговец, хоть адмирал или даже инквизитор… Администратум и его бюрократия ломала всех, за исключением одного. Того, на кого и уповала теперь Кристина, бегущая на встречу с первым заместителем магистра нового отдела. Встречу эту удалось выгрызть всего за три года. Никак сам Бог-Император решил ей помочь.
Конечно всякую надежду Кристина уже давно оставила и просто исполняла свой долг, таская с собой бумаги, что были оставлены ещё её дедом. Но подразделение Исторической Истины действительно могло помочь, тем более её ходатайство уже одобрили.
Подразделение это основал вернувший сын, что восстал из тьмы и вёл Неистовый Крестовый Поход против врагов Империума. И он лично следил за тем, чтобы в этом подразделении не было места религиозным суевериям и политическим предрассудкам. Правда занималось оно не совсем тем, что могло помочь, но в теории… Кристина использовала все возможности, пытаясь завершить дело.
Изрядно вспотев, но успев добраться до нужного зала, что был в одном здании, но находился в десятках километрах от рабочего места Кристины, она выстояла шестнадцать часов в очереди и смогла попасть на столь желанную встречу.