40k способов подохнуть. Том 3 (СИ)

Георг же со злостью наблюдал за происходящим. Он сам собрал этих людей для проведения мессы, и поэтому хорошо знал, что будет дальше. Великие победы требовали великих жертв, но лучше пусть весь мир сгорит в огне и не останется ни одной живой души, чем ещё одна планета будет отдана во власть Губительных Сил.
 Глава 79 
В неистовый хор сливались голоса десятков тысяч людей, ведомые священнослужителем, что смог вывести их из тьмы навстречу прибывшим спасителям. Однако враг оказался куда коварнее и сильнее, чем мог кто-либо подумать. «Ярость Махария» должна была разобраться с этой системой меньше чем за два месяца, но война в общей сложности длилась уже более ста дней по терранскому календарю.
А после обращения инквизитора Георга стало предельно понятно, что всё катится к поражению, сокрушительному и позорному. Хаос наступал со всех сторон, на границе системы появились корабли предателей, но хуже всего появление невообразимой силы демона. И хоть лично Георг не разделял мнения того, что он действительно являлся демон-принцем, однако Кхорн поделился с ним огромной силой.
И поэтому люди молились, взывая к Богу-Императора, последней надежде. Одним за другим люди падали на колени, чувствуя как нечто великое смотрит на них и злится. Бешенство и гнев ощущали праведники, ведь Архиврагу не нравилось происходящее, этот хор приносил боль в варп и всеми силами Хаос пытался прервать молитву.
Одним за другим начинали кричать люди, начиная до крови царапать собственные лица и вырывать волосы. Чужая воля стремилась убить каждого, но стоило одному молящемуся упасть как его место занимали пятеро других, что нескончаемым потоком шли к святому кругу. Суровым взглядом Георг провожал сияющие души и поражался тому, какой силой обладали эти… простые люди, не имеющие никакой психической чувствительности.
В какой-то момент инквизитору даже показалось, что он увидел странное свечение над святыми в центральном круге. Будто бы сам Бог-Император коснулся их и защитил души от мгновенного пожирания Губительными Силами. И на самом деле Георг был недалёк от правды, ведь Великий Разлом не только стал причиной усиление психического проявления у многих рас, а также даровал больше сил всем колдунам и разумеется богам. В том числе и Императору, чьи псайкерские способности были и без того невероятными.
Подобное происходило на многих мирах и будет происходить в будущем. Ведь уничтожение Кадии и разделение Империума на две части, возвращение Жиллимана и попытка ввергнуть Человечество в бездну отчаяния привели к тому, что могло легко выйти из-под контроля Тёмных Богов. Вернее, уже начало выходить, ведь впервые за сотни веков Бог-Император получил возможность не просто защищать своё детище, но и атаковать Архиврага в ответ.
И праведники были пищей для этих атак, своей верой и жертвой они отгоняли варп, не давая тому набрать критическую силу за слишком краткий период. Но этого было мало и смотря на тающие силы праведников Георг понимал, что никто из них не выживет. Они погибнут вместе со своим миром в последней попытке остановить врага здесь.
* * *
Я гнал свою лошадь вперёд, но очень быстро обнаружил то, что мой приказ был невыполним в данной момент и при данном раскладе. А значит надо было найти способ изменить расклада, как это в своё время сделал полковник Юртен. И хоть ядерного арсенала у меня не было, но зато была неиссякаемая уверенность в собственных силах. Лучше умереть пытаясь изменить свою судьбу, чем жить в вечном страхе перед смертью и молить Тёмных Богов о продлении никчёмного существования.
Вскоре случилась ещё одна яростная вспышка в небесах, будто бы Кхорна что-то взбесило и он попытался раздавить угрозу. Из-за этого связь накрылась и полагаться приходилось лишь на собственный вокс, радиус которого теперь было в лучшем случае метров четыреста, а может и того меньше из-за чудовищных помех.
Слегка свернув в сторону и начав двигать вдоль линии фронта я искал других гвардейцев, чтобы вместе с ними исполнить приказ. Но к сожаленью я нашёл совсем не то, что искал. Три бойца из целого взвода, вот и все выжившие из четырёх взводов, что наступали по этому направлению, прикрывая наш левый фланг.
 
— Проклятье, и это всё? — спросил я, оглядывая вымотанных бойцов. — Двигайтесь на запад, я проведу разведку. Надеюсь другим повезло больше.
По одиночке мы не представляли никакой угрозы для врага, как и в случае атаки мы не сможем защитить этих позиций. А значит оставаться на месте было бессмысленно, надо было искать других и объединятся, в идеале примкнуть к штурмовой бригаде. Но подкреплений всё не было и не было, что рождало самые худшие мысли. А что если враг уже уничтожал тыл? Что если война уже проиграна?
Не зная ответов и не стремясь их на ответ, я делал лишь то, что было в моих силах. И постепенно нас становилось всё больше. Когда количество солдат достигло шестидесяти, мной были замечены уже и враги, также потерявшие всякую организацию. Сошедшие с ума культисты собирали трофеи, демоны жрали трупов и по одиночке рыскали по поле брани среди трупов.
С ними мы расправлялись жестоко и беспощадно, используя на полную все свои преимущества, главными из которых были боевой дух и дисциплина. Даже потеряв командиров и лишившись в отдельных случаев более девяносто пяти процентов личного состава подразделений, мы быстро оправились, собрались с силами и объединились. Сержанты родились прямо здесь и сейчас, не отлынивания от своего долга и не оправдываясь чем-то вроде: «Ну я не знаю как командовать, у нас нет связи, ну я не уверен, я не знаю».
Командование сказало, что надо, значит надо! И никаких обсуждений и сомнений, берёшь в свои руки отделение и ответственность за их жизни, как подобает настоящему солдату, а уже через час также заменят тебя. Вот что значит быть гвардейцем — делать то, что надо, даже когда по лицу стекает пылающий прометий, а ноги лежат в соседней воронки.
И полки Крига это делали, служа примером бесконечного потенциала человека. Вопрос был лишь в том, насколько далеко ты готов зайти и чем пожертвуешь ради этой силы, что способна сокрушить даже Архиврага.
— ЛЕБЁДКУ, СКОРЕЕ!!! ТАЩИТЕ ЕЁ К ТРАНШЕЕ!!! — командовал я, как по воксу, так и своим голосом, координируя работу всех бойцов. — ПУСТЬ ОНА НЕ ЕЗДИТ, ТО СТРЕЛЯТЬ ЕЩЁ МОЖЕТ, А ЗНАЧИТ И НЕСТИ СМЕРТЬ ВРАГУ!!!
Даже лишение снабжения не было оправданием для слабости. Все трупы были обобраны, инженеры пытались вернуть в строй технику или на крайний случай отвинтить вторичные калибры вроде тех же стабберов на «Горгонах». Откровенное и бессчётное мародёрство недостойное солдата скажут тыловые крысы. Вступайте в Имперской Гвардию и покажите как надо, отвечу я.
Во многом нам помогали и опытные квартирмейстеры, штат которых был небольшим, но после резни их, в процентном соотношении, выжило больше. Поэтому помимо того, что я им всучил оружие и сделал дополнительными боевыми единицами в пехотных отделениях, они также были загружены и привычной для себя работой. Также найден был и Тихий, который чудом вышел на связь, найдя труп связиста с вокс-ранцем. Однако даже усилитель сигнала не позволял снова выйти на связь с командованием, что было очередным тревожным звоночком… нет, не звоночком, а яростным звоном колоколов, что отбивали ритм по нашей погибели уже сейчас.
Но вскоре относительное затишье после пирровой победы начало подходить к концу. Каким-то чудом мне удалось собрать по меньшей мере семь сотен солдат. Всех сосчитать я не мог, как и значимая часть из них была ранена, порой довольно тяжело, вплоть до потери конечностей. Но сегодня не добивался никто, ведь даже без ног боец мог стрелять, если оставался в сознании. И тем кто был без рук тоже находилось применение, куда более жестокое, чем можно было представить.
Ведь разбрасываться живой, пусть и покалеченной, силой я не имел права. И поэтому когда мы столкнулись с первыми разведывательными отрядами противника, то встреча оказалась более чем радушной. Застрочили в небо зенитные орудия, разрывая крылья самолётов, трясущихся от сошедших с ума ветров. Загрохотали гранатомёты, выбивая гусеницы и отрывая колёса от техники противника, заставляя того в пешем строю отступать из-за внезапно слишком серьёзного отпора.