На дальних берегах (СИ)

— Упадок манер у современной молодёжи огорчает меня всё больше и больше — тем временем опять раздался скрипучий голос неоткуда — Мало было неуважения к хозяевам дома и просто старшим по возрасту, теперь ещё и попытки подглядывания? Может вы ещё начнёте гадить по углам? Я слышала для вас, дикарей, это норма.
— Гнусные слухи, распространяемые нашими недругами — отозвался я, пытаясь понять, что случилось с сянькой. Та была без сознания, ранена, но кажется всё таки не помирала… Ну насколько подобные категории применимы к духу уже мёртвой девки — Хочу заметить, про ваш народ тоже рассказывают много нехорошего.
Иви рядом едва заметно фыркнула, а потом взглядом дала мне понять, что с врагом лучше бы не разговаривать, особенно если речь идёт о бабе, пусть и дохлой. Но меня по прежнему снедало любопытство, так что я не видел смысла молчать, скорее наоборот. Нежить же ответила на мою реплику следующее:
— Что могут говорить про величайший народ этого мира жалкие завистники? В любом случаи их слова продиктованы их же жаждой нашего долгожительства, внешнего совершенства, мудрости разумов и благородства душ.
— Мда, померли вы явно не от скромности — хохотнул я, а потом еле успел убрать голову, уворачиваясь от метательного ножа, кинутого одним из умертвий, который проскрежетал по касательной по шлему. Кажется мне намекнули на то, что нужно думать что говоришь, а не говорить, что думаешь. Но если бы я понимал подобные советы, Хоук в своё время не грыз бы щит, пока меня учит — Про благородство-то что за рассказы? Или вы с Домом Холодного Рассвета были не союзники?
— Союз был разорван по их инициативе и они закономерно за это поплатились — ответили стены башни всё тем же голосом, а нежить стала поактивнее, видимо личиха её лично скипидарила своим настроем.
— И что же привело к этому печальному событию? — поинтересовался я.
— Их недальновидность — донёсся ответ — Не всем дано понять, что от врагов мало отгораживаться стенами. Их надо уничтожать или подчинять.
— Вы что же, поход к демонам задумали? — подозрительно спросил я.
— А он разве не произошёл и не был предметов зависти низших рас? — спросили у меня в ответ.
— Ммм, боюсь я принёс плохие новости — пришлось мне неловко произнести.
— Говори! — раздался голос, который не просто приказывал, а буквально повелевал.
— Что ты вообще помнишь с тех пор, как город был покинут? — осторожно спросил я вместо ответа. Седалищный нерв буквально вопил, что кто-то тут свернул не туда.
— Что сидела в этой комнате и ждала мародёров или возвращения хозяев в неактивном состоянии. Вы пришли первыми — кажется меня не назвали в конце идиотом только из врождённой эльфийской вежливости.
Правда при этом приказов умертвиям никто не отменял и очередной эльф в длинном выпаде изогнутым клинком достал плечо Асмунда из-за спины своего товарища. Это я, между заклятиями имел возможность трепаться, парни продолжали рубиться изо всех сил. Однако раз диалог начался, его следовало продолжать.
— К сожалению хозяева уже не придут. Мы не просто кучка марадёров, что решили зайти сюда под шумок и погреть руки. Твоё неактивное состояние продлилось более восьми сотен лет, примерно столько же не существует Снежной Империи. Последние потомки вашего народа находятся в фактическом рабстве у лесных сородичей, собственно мою мать как раз и продали на рынке дикому северянину, ставшему моим отцом — проговорил я.
Ответа… Не последовало. Нежить всё так же ломилась наверх, я отправлял вместе с остальными вирдманами в неё специализированные заклятия, которые дохляков хоть и не укладывали, но хотя бы замедляли, парни кололи и рубили врага в ближнем бою, создав уже небольшую баррикаду из мёртвой плоти и доспехов на ней. Если бы не последнее, я бы наверно велел кому-нибудь из магов начать таскать из под ног бойцов павших телекинезом и сжигать их у окон, но однако тут были честные трофеи из мифрилового сплава, видимо придётся усложнять дело, выковыривая их них мертвичину. Однако ход моих мыслей прервала Иви, проговорив:
  
— Ты кажется её сломал.
— Да вроде бы не должен был — проворчал я — Во всех книгах писали, что личи свободны от большинства эмоций.
— Видимо не всех — ответила на это моя невеста.
Сказать я ей на это ничего не успел. С лестницы прилетела эльфийская стрела, проскочившая между щитов вирдманов, проигнорировавшая мой собственный магический щит, поднятый после приснопамятного метательного ножа и пробившая мою щёку. Попадание в голову прошло по касательной, важные органы оказались не задеты, но наконечник крайне неприятно проскрежетал по костям моего лица, заставив сказать не «Ай-яй-яй, какая досада», а гаркнуть:
— С@ка! Бей флаконами!
Стрелы тем временем полетели не только в меня и щиты с доспехами спасли от них не всех. Однако Иви и наши «святые» сдёрнули с поясов склянки с боевыми зельями. Предназначались те в первую очередь против демонов, но и против нежити годились, да и обычных противников не оставили бы равнодушными. Телекинез девушек забросил «магические гранаты» вниз по лестнице, где они благополучно разбились, вступили в реакцию с воздухом и взорвались, разбрызгивая вокруг Жидкое Пламя Света. По крайней мере звалось это зелье именно так.
И нежити оно не понравилось. Наши бойцы через несколько рядов тел не пострадали, их лишь чуть качнула ударной волной, ближайшие к ним эльфы-латники тоже не шибко огорчились, но вот ниже бушевал пожар из мёртвых тел. Однако наш первый ряд оказался почти поголовно ранен стрелами, так что мне пришлось крикнуть:
— Смена на отдых!
В сражениях подобное практикуют лишь самые слаженные хирды, но всё таки ничего невозможного в таком манёвре нет. Не смотря на прану людям всё таки свойственно уставать и получать ранения, а потому первые ряды неплохо бы менять на свежих бойцов. Просто делать это надо слаженно, без сутолоки и не неся потерь. У нас, после кучи тренировок, в бою получилось неплохо, лишь у двоих бойцов добавились лёгкие ранения, которыми занялись Астра и Шанти, пока я обламывал наконечник и тащил стрелу из щеки. Должен заметить — дело было довольно мерзкое, мне не понравилось.
Зато у нежити проблем было ещё больше. Когда парни наконец уложили стражей в тяжёлой броне, им на смену пришли лучники, вооружённые длинными кинжалами. Уж не знаю из чего и как у снежных эльфов делали тетивы, что они протянули такую бездну времени, но огонь им пережить не удалось. Короткие же клинки, напоминающие сяньские танто формой, но с развитыми гардами, были так себе аргументом против копий и топоров, тем более сама нежить тоже того, подгорела. У одно из немёртвых лучников прямо на моих глазах отвалилась голова и он упал на ступени вслед за ней. Всё таки нарушение целостности черепа или позвоночника — это бич ходячих жмуриков, которые сохраняют прижизненные навыки.
Но как бы там ни было, не прошло и десяти минут, как наступающая по лестнице нежить наконец закончилась и Асмунд констатировал:
— Вроде всё.