Мертвый космос. Падение (СИ)

Но то ли сам он промедлил, то ли действие стазиса в этот раз оказалось таким коротким, но он успел лишить монстра только одной руки-лезвия. Некроморф обернулся к Айзеку и издал глухой свирепый рык. Его покалеченная конечность уже регенерировала, постепенно вытягиваясь. Выпад Охотника оказался настолько стремительным, что второе лезвие едва не снесло Кларку голову. К счастью, он успел отшатнуться, но каким же сильным был этот удар! В стене там, куда он пришелся, осталась довольно глубокая вмятина.
Но у Айзека не было времени разглядывать стены. Даже однорукий Охотник оставался серьезной угрозой, к тому же, восстанавливался он буквально на глазах. Кларк отскочил в сторону и направил на монстра стазис-модуль, но не успел его активировать: Охотник всей массой врезался в инженера, сбив его с ног.
Голову, спину и раненое плечо снова прострелило болью от удара об пол. Айзеку еще относительно повезло не потерять сознания и не оказаться дезориентированным. Некроморф, зарычав, опустил лезвие, намериваясь пришпилить Кларка к полу. Может, вот так с маху он и не пробил бы костюм, хотя вмятина на стене наталкивала на не самые радостные выводы. Но так как искалеченная рука-лезвие у Охотника еще не восстановилась до конца, а брюшных конечностей, как у расчленителей, у монстра не было, ему пришлось отпустить Айзека, чтобы нанести удар. Тот не стал считать ворон и, оттолкнувшись, перекатился по полу. Сейчас у инженера появилось преимущество: некроморф не мог мгновенно атаковать его, чтобы не потерять равновесие. Всего две-три секунды, но их хватило. На этот раз Айзек успел вовремя активировать стазис-модуль и, пока Охотник не вернулся к нормальной скорости, метнулся к резаку. В который раз уже противник выбивал у него из рук оружие? Схватив резак, инженер снова активировал стазис-модуль.
Теперь все преимущества оказались у Айзека. Разрубив монстра на части, он продлил действие стазиса и бросился прочь из кают-компании, закрыв за собой двери. Некроморфа, свободно перемещающегося по вентиляции, это надолго не задержит, но поможет выиграть еще немного времени. А лазать по вентиляционным шахтам с той же ловкостью, как расчленители, массивная тварь просто не может.
«Конвертер!» — снова мелькнуло в голове, и Айзек почувствовал, как от этой мысли его словно ударило током. Он крепко приложился спиной, а чертов необходимый прибор болтался у него как раз за спиной. Если он сломался…
Кларк задушил подступающую панику, напомнив себе, что такие приборы, как сингулярный конвертер, не отличаются хрупкостью и способны выдержать куда более серьезное воздействие, чем просто удар об пол. Иначе долго бы они не прослужили. Но проверить сейчас состояние прибора инженер не мог — прямо в этот момент он как раз со всех ног бежал к двери поврежденного спального блока. Не хватало еще отбиваться от Охотника в вакууме.
Айзек всерьез опасался, что, несмотря на снятие блокировки, дверь в пострадавший спальный блок все равно не откроется. Могла же она попросту заклинить — как гравитационные якоря, удерживающие огромную скалу. Но дверь небольшого шлюза, какие находились на входе во все спальные блоки, послушно открылась. Как и во всех шлюзах, здесь находилась установка, с помощью которой можно было наполнить баллоны кислородом. Инженер не преминул ей воспользоваться. Теперь самое главное — чтобы удалось без проблем выбраться отсюда. Воспользовавшись короткой передышкой, Айзек заодно проверил и состояние сингулярного конвертера. Прибор, ради которого была предпринята рискованная вылазка на «Вейлор», в которой погиб Хэммонд, уцелел, и Кларк облегченно выдохнул. И все-таки больше бить его об пол не стоит. Не только потому, что это был драгоценный билет домой, но и чтобы все усилия, приложенные ради того, чтобы достать конвертер, не оказались напрасными.
Привычно дав команду ИКСу проверить состояние костюма, в первую очередь — его герметичность, Айзек покинул шлюз.
Безмолвие вновь окружило его со всех сторон. Спальный блок располагался вплотную к обшивке правого борта, наиболее пострадавшего от астероидов. Корпус здесь оказался пробит, и весь воздух из спального блока вышел в космос. Вместе с ним исчезла и гравитация. В метре от Айзека из разорванной трубы вытекала вода, собираясь в шары и разлетающаяся в таком виде по отсеку. Словно мыльные пузыри, как в далеком детстве… В немалых размеров пробоине были видны многочисленные обломки астероидов.
  
Бегущие цифры на внутреннем экране мерцали постоянным напоминанием о том, что задерживаться не стоило, и Айзек поспешил продолжить путь. Он старался держаться стен, чтобы хоть как-то обезопасить себя: в мертвой тишине зоны вакуума некроморфы слишком легко могли застать его врасплох.
Айзек привык к тому, что в отсеках, где царила невесомость, часто встречались прыгуны и затаившиеся, но здесь инженер наткнулся и на расчленителей, один из которых к тому же притворялся мертвым. Но хватало и плавающих в невесомости достаточно крупных предметов — достаточно для того, чтобы хватать их кинезисом и швырять во врагов. Айзек старался не завязнуть в схватках: воздуха оставалось все меньше с каждой секундой. Он только убеждался в том, что некроморфы хотя бы еще какое-то время не смогут его преследовать. Добравшись до кают-компании — у каждого спального блока была своя, — он заблокировал за собой дверь, чтобы хотя бы на время отрезать путь недобитым монстрам.
«Вот будет весело, если выяснится, что выбраться в другой блок я отсюда не смогу».
Как бы Кларк ни старался не думать о худших вариантах, пораженческие мысли все равно просачивались, и желание все бросить иногда становилось просто неодолимым. Айзек не знал, было ли это действием Обелиска, или в первую очередь причиной тому были физическая и эмоциональная усталость. Вполне возможно, что и то, и другое разом. Приходилось стискивать зубы, сжимать волю в кулак и идти дальше. Спасали мысли о Николь и о том, что избавление было совсем рядом. Но была у этого и обратная сторона: после всего пережитого Айзек особенно боялся разочароваться, уже поверив в близкое спасение.
Один из затаившихся, выбравшийся из открытого технического хода, все-таки застал Айзека врасплох, и хлестнувшие плетьми щупальца с костяными наконечниками только чудом не проделали дыры на левом боку. Айзек выматерился и пинком отбросил некроморфа в сторону. Получившая ускорение в невесомости тварь пролетела через все помещение и врезалась в противоположную стену. Затаившийся широко разевал рот, но вокруг по-прежнему царила тишина. Переключив резак в режим стрельбы, инженер с нескольких попаданий все же прикончил пытавшегося перебраться на потолок некроморфа. Отстреленные щупальца, разбрызгивающие желтовато-коричневую жидкость, напоминали дергающихся гигантских червей.
Айзек пробормотал сквозь зубы короткую нецензурную тираду, потирая пострадавший бок. Похоже, ребра, несмотря на силу удара, не пострадали, но еще один качественный синяк был обеспечен. Хотя затаившему это послужило бы слабым утешением.
Кларк огляделся, но свежая партия монстров не спешила пока рваться в кают-компанию. Инженер подошел к двери шлюза и испытал немалое облегчение, увидев, что тот работал. Оказавшись внутри и убедившись в отсутствии угрозы, он позволил себе прислониться к стене и перевести дух, после чего снова заправил баллоны кислородом.
Следующий спальный блок не был поврежден, и даже еще не зарос заражением. Зато в нем хватало некроморфов, в чем Айзек убедился в первом же помещении. Признаться, больше всего в этот момент инженер опасался, что к прочим тварям присоединиться и Охотник, но его, к счастью, пока что не было видно. Невольно Айзек задумался о том, как Мерсер вообще узнал тогда о приближении твари. Впрочем, этот псих вполне мог попросту вшить в тело подопытного передатчик, с помощью которого отслеживал его местоположение. От мысли о том, что на крючке у ученого оказался даже некроморф, Кларку стало не по себе. Хотя, куда уж сильнее?
Но неприятностей хватало и без Охотника. Самыми проблемными из мертвецкой компании в этом блоке оказались подрывники — хорошо, что Айзеку пока удавалось убивать их на расстоянии выстрелами в светящийся «мешок» на руке. Как оказалось, это был еще и отличный способ расчистить себе дорогу: взрыв разносил на куски не только самого подрывника, но и окружающих его некроморфов. Или хотя бы серьезно снижал их подвижность и боевые качества — Айзеку оставалось их только добивать.