Мертвый космос. Падение (СИ)

— Но мы еще живы, — неожиданно резко для самого себя ответил Айзек. — Уверен, он выбрался.
Кендра не стала спорить, но умом инженер понимал ее правоту. При таком стечении обстоятельств шансы спастись у Хэммонда были минимальными, но Айзек все равно надеялся, что капитан уцелел.
— Я открыла доступ на рудную платформу, — между тем сообщила Кендра. — Системы безопасности были активированы, но — бесполезно, — судя по тону, специалистка была собой довольна. — Смотри, у тебя есть и ключ, и маяк, так что осталось немного. Мне кажется, астероид держат гравитационные якоря. Похоже, что-то пошло не так, вырубить их дистанционно не выходит…
Айзек пожал плечами. Очередной сбой, очередная проблема… Кто бы сомневался.
— Попробую разобраться на месте.
Еще несколько минут ушло на то, чтобы соорудить из найденного мотка тонкого троса подобие переноски для маяка и повесить получившуюся конструкцию за спину на манер рюкзака. После этого Кларк поспешил обратно. Возвращаясь на другой конец зала, он внимательно рассматривал то место, где впервые увидел Николь, но ничего не заметил. Значит, по крайней мере, отсюда она выбралась. Айзек испытывал смешанные чувства. Его сердце пело от радости от того, что он нашел Николь живой и невредимой, но вместе с тем его снедала тревога за подругу. Его снова не было рядом в нужный момент, и от этого хотелось выть от бессилия. Если бы он мог, то немедленно бросился бы следом за ней, но чертова планировка палубы и чертово заражение не позволяли ему этого сделать. Ничего, как только Айзек отправит за борт аварийный маяк, он займется поисками Николь.
Кроме волнения за подругу инженеру не давала покоя судьба капитана. Хэммонд, с каким бы подозрением ни относилась к нему Кендра, показал себя верным товарищем, к тому же, он спас Айзеку жизнь тогда, на мостике. Кларк не хотел думать о том, что офицер мог быть уже мертв на этот момент. На вызовы он по-прежнему не отвечал, что наталкивало на не самые оптимистичные выводы.
К удивлению инженера, на обратном пути на до такой степени загаженной заражением палубе на него почти не нападали некроморфы — только у выхода из гондолы его поджидал один расчленитель, и потом, чуть позже, уже возле подъемника, на него бросился прыгун. Хотя и в самой пораженной этой дрянью части инженерной палубы некроморфов тоже было не сказать, что много, не считая будущих стражей. Вспомнив жуткий хор истошных воплей, Айзек содрогнулся.
Подъемник вновь загудел. Теперь предстояло подняться на палубу выше… Первое, что бросилось в глаза на добывающем уровне — очень много пыли, подсвеченной оранжевыми аварийными лампами. Некроморфы, обитавшие здесь, неплохо научились пользоваться пылевой завесой для нападения. Айзеку вновь пришлось пустить в ход труборез — но самой страшной была не сама схватка, к ним он уже привык, как бы мрачно это ни звучало. Нет, гораздо хуже ему становилось, когда в искаженных, перекошенных, изуродованных смертью и мутациями существах он узнавал тех, с кем когда-то общался, работал на других объектах или так или иначе виделся до всего этого… Для бригады Далласа эта вахта оказалась последней. Стараясь не заострять на этом внимание, Айзек ускорил шаг. Сейчас нужно закончить с делом. Потом можно будет думать обо всем этом. Потом у него будет время оплакать своих знакомых и друзей. Когда маяк отправится в космос. Когда им ответят. Когда Николь и другие выжившие будут в безопасности. Когда Айзек и Кендра смогут достучаться до Хэммонда. Инженер вновь напоминал себе о том, что нужно в первую очередь позаботиться о живых.
Теперь — снова заглянуть в схему. Чтобы добраться до астероида, нужно сначала найти в лифт и в нем спуститься уровнем ниже. Лифт обнаружился быстро — если бы возле него не крутился подрывник, все вообще было бы замечательно. Заметив Айзека, тварь взвизгнула и метнулась к нему. Инженер, дождавшись, пока тварь отбежит подальше от лифта, выстрелил в покрытую оранжевыми образованиями руку и тут же отпрянул за угол. Раздался громкий хлопок. Высунувшись из укрытия, Айзек с неожиданным злорадством увидел, что подрывника разнесло на куски. Не зря народная мудрость советовала не рыть яму другому.
  
Спустившись на второй уровень, инженер свернул в длинный извилистый коридор, не такой пыльный, но еще более темный — в нем не работало даже аварийное освещение. Если бы не прибор ночного видения, пришлось бы воспользоваться фонарем, а это — еще один способ привлечь внимание некроморфов. Поворот, еще один — и Айзек вышел в небольшой квадратный отсек с массивной круглой дверью. Такие обычно стояли в шлюзах, но здесь, судя по схеме, шлюза не было. Проверив показания на дисплее рядом с замком, Айзек убедился, что аварийный маяк все еще при нем, и открыл дверь.
Перед ним раскинулся огромный отсек, грохочущий не хуже машинного отделения. В глаза сразу же бросились две огромных вращающихся турбины гравитационных якорей. Испускаемые ими синие лучи удерживали астероид размером с небольшой дом. Половина этой махины находилась снаружи, за бортом корабля — эту каменную глыбу еще не успели раздробить на куски и отправить в туннель силового луча. Тем не менее, постоянно двигающиеся огромные механические дуги успели неплохо обточить астероид, и сейчас он представлял собой почти идеальный шар. В отсеке не было гравитации, и Айзек видел зависшие в пространстве инструменты. Справа возле еще одной двери в полутора метрах от пола висели два тела в защитных костюмах.
Айзек поспешно перевел взгляд на гравитационные якоря. Два в отсеке, еще два должны находиться снаружи. Кендра сказала, что их не выйдет отключить дистанционно. Значит, нужно будет найти способ отключить их вручную.
«А зачем вообще их отключать, если можно просто сломать? — пришло в голову инженеру. — Кораблю все равно конец, его бы и без того списали в следующем году».
Айзек перевел резак в режим стрельбы и прицелился в светящийся элемент на турбине ближайшего к нему якоря — один из блоков питания. Первым выстрелом Кларк промахнулся, и плазма оставила оплавленный след на металле. Но во второй раз удалось попасть в цель, и блок питания взорвался фонтаном искр. Турбина задымилась, скорость ее вращения упала почти вдвое, что позволило Айзеку с первого раза уничтожить еще один блок. Турбина остановилась. Лучи, удерживающие астероид, погасли.
Минус один — но осталось еще три. Когда Айзек направился к следующему якорю, впереди послышался угрожающий визг, отдаленно похожий на детский плач. Затаившийся, выскочивший из-под опоры турбины, выпустил щупальца. Инженер не стал с ним возиться и просто замедлил стазисом, после чего добить мелкую тварь не составило труда. Не хватало еще, чтобы эти гадины повредили костюм именно сейчас, когда Айзеку предстояло вот-вот выйти в открытый космос…
В этот раз попасть в блок питания удалось с первого раза. Еще один выстрел — и турбина, исходя едким дымом, замерла. Два якоря были выведены из строя, но теперь Айзеку предстояло самое сложное.
Стараясь держать в поле зрения летающие по отсеку объекты, Айзек направился к астероиду. Сразу становилось ясно, что выбраться на внешнюю сторону будет не так просто: обрабатывающие астероид дуги продолжали двигаться — и, учитывая их скорость, могли прикончить Айзека одним ударом. Замедлить их стазис-модулем? Нет, это не выход, нескольких секунд инженеру не хватит — к тому же, дуги могли сбить маяк. Оставалось поступить с механизмом обработки так же, как и с гравитационными якорями: сломать его.
Но для этого нужно было обнаружить питающие кабели, а те, как назло, располагались так, что в глаза не бросались. Нет, найти их и перебить было делом нескольких минут, но Айзек сейчас думал о Николь, которая пряталась где-то здесь, совсем рядом, и о том, что на сигнал маяка кто-нибудь да откликнется. Из-за этого даже такая маленькая задержка вызывала чувство досады.
Подойдя ближе к механизму — чтобы дотронуться до одной и дуг, достаточно было просто протянуть руку, — инженер принялся внимательно изучать его основание. Из-за специфики отсека, в котором всегда могло что-то оторваться и отлететь в сторону, питающие кабели были хорошо защищены, но на металлических пластинах, закрывающих их, стояли пометки. Айзек присел, осторожно поддевая щиток…