Плач по мечте
— Так… — первым пришел в себя Артем, — во-первых, нам нужно закрыть двери. Тут, конечно, все свои, но, думаю, слышать про это никому не стоит, — Давид кивнул и закрыл дверь. — Во-вторых, мама Роза, я тебя понимаю. Я сам бы любому по морде двинул, если бы мне пару месяцев назад сказали, что у меня будет роман с парнем.
— Ты просто запудрил моему мальчику голову своими рассказами о будусчем. Зачем ты ему врал? — спросила Роза.
— Мама, он не врал. Это правда! — топнул ногой Давид. — И прекратите во всем винить Артема!
— Ты веришь, что он пришел из будусчего, де знал твоего отца? — приподняла брови Роза.
Артем встал, подошел к Розе, снял с шеи веревку с шекелем и протянул ей.
— Вот… Это осталось мне на память от Иосифа. Он хранил эту монетку всю жизнь. И еще фотографию. Я по этой фотографии тебя с Давидом и узнал, — женщина удивленно смотрела то на монету, то на Артема. — И еще… Мама… так случилось, что мы влюбились. Мы никому не можем довериться. Я не прошу нас понимать, мам, но кто, как не ты, можешь принять нас такими?
Роза только тяжело вздохнула и, взяв в руку шекель, тихо заплакала.
========== Глава 21 ==========
Завтракали в полной тишине. Роза поставила перед ребятами миску с вареными яйцами и хлебом. Ее глаза были красными и припухшими. Артему с Давидом тоже не удалось уснуть. Оставшуюся часть ночи и утра Давид ворочался и вздыхал, а Артем лежал на спине и смотрел в потолок.
— Мальчики, — прервала молчание Роза, — я всю ночь думала, — она на секунду замолчала и внимательно посмотрела на ребят. — Если ви уверены, что это… это настоящее чувство, то я… Я хочу, чтобы ви били счастливы, — выдохнула она. — Не скажу, шо это решение мне далось легко, и не скажу, что я таки это одобряю. Я даже не понимаю, как такое может быть, но… Я вас обоих очень люблю. Главное, шобы про это никто больше не узнал. Поэтому, Темочка, ты там в лавке у себя найди щеколду какую. Неровен час, кто к вам заглянет. Зойка, например. Она любительница за вас от отца прятаться.
— Мама, — Артем накрыл рукой руку женщины, — знаешь, старик… Иосиф много мне о тебе рассказывал. И сейчас я понимаю, почему он тебя так любил.
— Расскажи ей, что мне рассказывал, — поддержал его Давид.
— Я не вру, мам. Я правда его знал. Он говорил, что, когда вы познакомились, ты рукой ловила капельки дождя с зонта и на тебе было платье в синих цветах и голубая кофта. Еще вспоминал, как вы за грибами ходили и заблудились. И как ты в болоте сапог потопила, а он тебя потом до самого дома на руках нес. Рассказывал, как вам шкаф принесли и вы поссорились, споря, куда его поставить, а потом сидели на кухне и смеялись, что из-за такой ерунды поругались. Еще рассказывал, как ты любила есть сметану с солью, когда Давидом была беременная.
— Ох, — Роза слушала, прижав руку к груди, — Ёся был таким романтиком. Знаешь, Темочка, я верю, шо ты знал моего мужа. Только пусть мой Додик верит в сказки про прекрасное будусчее. Мне достаточно знать, что ты его знал, и я буду счастлива, если ты иногда будешь рассказывать об Иосифе.
— Спасибо, мама, — ответил Артем.
— За что, сынок? — Роза удивленно подняла брови.
— За то, что ты есть, — ответил Артем.
— Темка! — встрепенулся Давид. — Давай, бежим! Мы опаздываем уже!
После обеда Артем почувствовал недомогание. Его знобило, и ломило суставы. Дядя Саша посмотрел на красные щеки парня и отпустил его пораньше домой.
Артем вышел из лавки и, посмотрев на часы, решил дождаться Давида. Зайдя в аптеку, он купил аспирина и запил таблетку из фонтанчика в сквере. Артем сел на лавку так, чтобы ему было хорошо виден выход из консерватории. Таблетка подействовала, и озноб потихоньку стих, только голова осталась тяжелой и пустой.
— Эй, Псих! — окликнул его знакомый голос. — Здорово! — возле скамейки стоял Пыса с потухшей папироской в зубах. — Мне тут птичка на хвосте принесла, что ты с шаломщиками снюхался.