Плач по мечте
— Ого! Неплохие котлы, — кивнул на часы Шнобель.
— Да по случаю достались, — пожал плечами Артем, думая, как от него отделаться. Но Шнобель сам, оказывается, торопился.
— Слушай, мне идти надо. Меня тут недалеко краля моя дожидается. Если чо, знаешь, где нас найти, — он снова сунул руку в кулек с семечками и быстро побежал вниз по улице.
Идя в сторону консерватории, Артем пытался понять, почему ему так неприятны это мелкие хулиганы. Он никогда никого не боялся. В своем времени он спокойно ходил по ночам и не раз попадал с дружками в разборки. Когда же он встречал компашку Пысы, в его душе начинала шевелиться скользкая и холодная змея страха.
— Артем! — прервал его размышления Давида. — Ну де ты ходишь? — Давид бежал к нему по ступенькам консерватории, размахивая на ходу футляром со скрипкой. — Я тут уже три раза вниз-вверх поднялся.
— Да знакомого встретил, вот и заболтались, — Артем достал из кармана леденец на палочке, завернутый в тонкую прозрачную пленку. — На, вот… — он смущенно сунул «Петушка» в руку Давида. Когда Артем увидел это простое лакомство у бабки с семечками, то, не задумываясь, купил. Причем в тот момент он точно знал, что конфета для Давида.
— Ой, — глаза Давида вспыхнули неподдельной детской радостью. Он развернул конфету и тут же засунул ее целиком в рот. — Шпашиба, — прошамкал он и потянул Артема в сторону главной дороги. — Представляешь, сегодня мне дали такую сложную партию. Я ее разбирал с преподавателем три часа, а потом мы с Женечкой пробовали играть дуэт, — Давид лизнул конфету и протянул ее Артему, — хошь?
— Не, сам жуй, Паганини, — ухмыльнулся Артем, оттолкнув его руку.
— Как хошь, — пожал плечами Давид и лизнул конфету, — ты Паганини знаешь?
— Знаю, — кивнул Артем, — мама мне много кого играла. Правда, она была пианисткой. Я тоже учился музыке, но на гитаре. Самое нелюбимое в музыке знаешь что?
— Сольфеджио, — хором сказали оба и засмеялись.
Выйдя за пределы города, Артем сделал шаг в сторону оврага, где стоял барак, но Давид притормозил его за рукав футболки.
— Пойдем скупнемся? Жара страшная. Я таки все занятия об этом мечтал, — улыбался Давид.
— И не думай! — хмыкнул Артем. — Мне твоя мать приказала быть твоим охранником и следить за тобой. Так что дуем до дому.
— Ну Темочка! — Давид сдвинул брови домиком. — Ну пожалуйста! Мы по-скорому. Один раз купнемся и домой. Мама даже не заметит, шо мы задержались.
— Ну только если быстро, — кивнул Артем. Он тоже устал от жары и был не прочь ополоснуться.
В его времени эта речка ушла под землю. На том месте, где она текла, построили парк с бетонными ямами прудов. А в прошлом на этом месте был самый настоящий лес. Он шел широкой полосой вдоль дороги и заканчивался где-то за деревушкой.
Ребята прошли по лесу и, свернув с тропинки, оказались на берегу реки. Река в ширину была в несколько метров, а ее берега были покрыты мягкой молодой травой. Давид снял легкую серую ветровку, положил ее на траву и на нее же аккуратно опустил футляр со скрипкой.
Его тело оказалось не худым, а скорее жилистым. На руках, плечах и животе под белой полупрозрачной кожей перекатывались небольшие бугорки мышц. Ноги были длинными и стройными. Из-за копны черных вьющихся волос голова казалось слишком большой. Фигуру портили только длинные свободные семейные трусы.
— Чего расселся? — спросил Давид. — Скидавай одежу! Пошли купаться!
Давид кинулся в воду, а Артем так и остался лежать на траве. Не то чтобы он стеснялся Давида. Просто он боялся вопросов о его странном для того времени нижнем белье в виде трусов боксеров «Кельвин Кляйн» и носков «Адидас».