Плач по мечте
— Что? — девушка удивленно посмотрела на Артема большими голубыми глазами.
— Говорю, мне нужно узнать, куда человека одного переселили, — уточнил Артем.
— А-а-а… — кивнула девушка, — тетя Клава! — крикнула она куда-то вперед. — Тут до тебя клиент. Пройдите в третье окно, — сказала она Артему, кокетливо улыбнувшись, и поправила ручкой и без того идеальную прическу.
Артем нырнул головой в третье окно, все так же приветливо улыбаясь. Тетя Клава оказалась огромной женщиной с красными волосами, завернутыми на затылке в неаккуратный кукиш. На ней была белая блуза с тонкой лентой под воротничком и блестящей брошью. Женщина недобро зыркнула в сторону приветливой морды Артема и, отвернувшись от окна, уткнулась носом в бумаги.
— Чего надо? — спросила она, не глядя на Артема.
— Мне нужно узнать, куда переселили жильца. Песчаная сорок семь. Квартира двадцать шесть. Роза Линдерман.
— Это в который бомба вдарила в сорок втором? — спросила тетя Клава. — Я тут все дома знаю, товарищ. Линдерман вам кем приходится? — она надела на толстый рыхлый нос очки и с подозрением посмотрела на Артема.
— Тетка моя, — ответил Артем. — Вот, — он сунул в окно свидетельство о рождении, — мамки моей сестра. Я с Ростова приехал, а их дома нет.
Тетя Клава внимательно рассмотрела бумажку и отдала ее Артему. Она нехотя встала, прошлась по небольшой комнатке до шкафа, достала оттуда огромную книгу в синем переплете, вернулась за стол и стала молча ее листать.
— Квартира двадцать шесть, говоришь? Нет там никаких Линдерманов, — повернулась она к Артему. — Оттуда съехали С. А. и Б. Г. Кутько. Уехали в Харьков после бомбежки.
— Как Кутько? — удивился Артем. — Это же не их квартира.
— Может, и не их, но после того взрыва из нее выехали они. А сама квартира оформлена на Д. И. Лившиц, — тетя Клава захлопнула книгу и демонстративно отвернулась.
— Как же так? — Артем рассеяно мял в руках кепку. — Где мне тетку-то найти?
— Домой езжай, — бросила ему тетя Клава, — неча сюда ехать было. Думаешь, если столица, то и живем мы тут хорошо? Нам самим тут жрать нечего, а еще вас, иждивенцев, кормить!
— Тетя Клава, не начинайте, — пискнула из своего окна девушка, — я тоже работаю и карточки приношу.
— Молчи уже, — махнула рукой тетя Клава, — жила бы в своем Смоленске. Нет, в Москву понесло. В кино сниматься решила. И чем твое кино закончилось, забыла? Вертихвостка!
Артем не стал дослушивать спор женщин. Он вышел из конторы, надел на голову кепку и, решив, что на сегодня с него хватит впечатлений, направился в обратном направлении.
Он прошел по скверу, свернул на знакомую улицу, остановился возле парадного подъезда, на всякий случай оглянулся по сторонам и юркнул внутрь.
Часы показывали ровно половину двенадцатого. Прошло полчаса с того момента, как Артем вошел в дверь шкафа. Первым делом он кинулся к коробке с деньгами и пересчитал их.
— М-да… — вздохнул он, — негусто. Пятьсот шестьдесят рублей. Надо бы прикупить деньжат и подумать про ксиву нормальную.
Оказалось все не так просто. Он без труда нашел в интернете купюры, которые были в ходу в сорок шестом, но по расценкам выходило, что тамошний рубль стоил сто рублей современных.
— Если посчитать, то я съел булку за два косоря, — почесал затылок Артем.
Он еще немного посидел в интернете и выяснил, что помимо денег в сорок шестом в ходу были продовольственные карточки. Сами карточки оказались не такими дорогими, как рубли. Связавшись с продавцом, Артем перевел ему нужную сумму и оказался счастливым обладателем десяти листков с карточками на усиленное питание.