Легенда о Горном Льве (СИ)
— О каком уважении ты говоришь, девочка, когда пришла захватывать мой дом⁈ — зашипела хозяйка.
— Мне твой дом не нужен! — заявила я. — Не хочешь быть радушной, и не надо! Я уеду обратно в степь!..
Мой голос звенел, отражаясь от каменных стен. Роксана покраснела от злости. Она хмурилась. Брови у неё были почернены углём, тонкие. Красивое строгое лицо прорезали морщины.
— Проходи, княгиня, и будь моей гостьей, — выплюнула она. Наверное, муж снимет ей голову, если со мной что-то случится…
Я поманила девочек, и мы пошли за хозяйкой и её прислугой в дом. Йорген и его псы ушли, оставив нас на попечение королевы. Нас вели каменными коридорами. Мы миновали галерею с колоннами, тянущуюся через сад. Я увидела удивительный водоём, прекрасно отделанный белокаменными изваяниями людей. Мне очень здесь понравилось. Так красиво! Взглянула в спину Роксане.
Только хозяйка вредная тётка!
Но её можно понять. Вряд ли она хотела принимать в доме каких-то грязных девиц, прибывших с войском захватчиков. Наверное, ей было страшно. Она совсем нас не знает, вдруг ограбим или ещё что-похуже выкинем?
— Я хотела извиниться за грубость, — первой решила помириться я. Мы остановились в коридоре около двери. Роксана удивлённо повела бровью. — Мы очень устали с дороги, сама не ведаю, зачем была такой резкой. Прости за неудобства.
Роксана недоверчиво смотрела на меня. Держалась гордо и прямо, сцепив морщинистые ладони у живота. Украшения из золота горели пламенем на её груди в свете факелов в коридоре.
— Я прощаю тебя, хорошо. И ты меня прости. Я не люблю чужих в доме, но теперь меня мало спрашивают.
Она вздохнула, отворила дверь и указала рукой. Мы прошли в покои. Я охнула, увидев человеческую кровать с прекрасными подушками, расшитыми дорогими тканями и цветными нитями. Окна украшали резные ставни, вели в сад. Под окном находился стол и стулья.
— Вещи можешь положить сюда, — распорядилась Роксана, показав ящик, что находился под сиденьем скамьи у кровати. — Тут очаг. Распали, если холодно. Здесь купальня.
Хозяйка провела меня в соседнее помещение, выложенное плиткой. Вдоль стены стояла деревянная лавка, напротив я увидела необычную бадью из керамики, высокую, прямоугольную, словно причудливая посудина, и изумлённо вскинула бровки.
— Ох, девочка, не пугай меня! — закатила глаза Роксана. — Это ванна. Ты что, никогда не купалась?
— Купалась, конечно! Я… я очень чистоплотная, просто в степи не до того было. Никогда не видела подобную… «ванну», — призналась я. Роксана усмехнулась. Она подозвала девушек-служанок в серых платьях. У них были длинные, распущенные волосы.
— Помогите княгине выкупаться и принесите полотенца, — распорядилась она. Взглянула на меня с жалостью. — И личико всё обгорелое. Принесите сметану!
Меня стали раздевать и усаживать в «ванну». Я вздохнула, когда горячая вода коснулась кожи. С меня будто чешуя слезала, а не грязь. Ох, представляю, какой жуткой я показалась Роксане. Ничего удивительно, что она назвала меня «варваркой». Она распорядилась насчёт моих вещей. Их вскоре принесли в комнату двое слуг. Мне и моим подругам дали поесть и как следует выкупаться.
Я ощутила себя живой и счастливой. Меня закутали в нежные белые полотна, замотали мокрые волосы полотенцами и натёрли щёки сметаной. Я и правда умудрилась обгореть за то время, что провела в степи.
— Если что-то понадобиться, обращайся ко мне, — разрешила хозяйка.
— Хорошо. Огромное спасибо, госпожа Роксана! — раскланялась я. Нет, правда, после ванны я была готова целовать её.
Роксана улыбнулась и вышла из покоев, оставив меня с девочками. Я рухнула на постель и застонала. Боги, человеческая постель! Как мягко и тепло! Мне было странно лежать не на шкурах, а на простынях и тканях. Беатрис в полотенцах раскладывала мои вещи по покоям. Лейла высунулась в окно.
— Поскорее был Зиг пришёл, — посетовала я. Легла на бок и погладила одеяла. — Я так соскучилась по нему.
— Все мы соскучились, — вздохнула Беатрис. Она сворачивала моё платье. — А она добрая, хозяйка.
— Жалко её. Наверное, ей угрожали.
— Наверное… я так краем уха слышала, что у неё дочери. Наверное, страшно им. Вчера осада, а сегодня куча чужаков в их доме. Йорген сказал, что тут не только мы, но и северяне, и господин Бернар.
— Представляю, в каком они ужасе, — протянула я и села. Вытянула голые ноги, покрытые укусами комаров. — Уверена, им ничего не угрожает. Зиг не позволит кому бы то ни было обидеть дочерей хозяйки. Или её саму!
Остаток дня мы провели в покоях, обустраиваясь. Потом пришла служанка госпожи Роксаны и позвала в зал на ужин. Мы оделись. Девочки нарядили меня в платье из алого полотна и с узорной вышивкой по краю подола и рукавов. Заплели мои волосы в косу. Я вдела в уши серьги, украсила грудь ожерельем, а руки — браслетами. Хотела показаться равной королеве Роксане, чтобы не глядела на меня, как на нищенку.
Каблуки туфель стучали по плиткам пола, пока я шла в сопровождении служанки. Коридоры освещались свечами. Богато тут живут, у нас в Бергсланде свечи стоили дорого, я старалась беречь их. В зале горел камин и пылали факелы. Колонны украшали помещение. В середине стоял прямоугольный стол. Вокруг были стулья, а не лавки, как я привыкла. У камина стояла скамья с резными ножками в виде львиных лап. Там я увидела мужа около седого господина и кинулась к нему.
— Зиг! — пискнула я. Он сидел на скамье и пил вино с хозяином. Я подлетела и упала на него, обхватив за шею.
— Китти, моя весна, — Зиг поцеловал меня в макушку и погладил по спине. Я заплакала. Сколько страхов натерпелась из-за него!.. — Ну ты чего, не плачь. Всё хорошо.
Я выпрямилась и закивала. Зиг привычно посадил меня на колено. Я вытирала слёзы, вспомнив, что мы тут не одни. На меня глядел седой господин с пушистой бородкой, одетый в богато украшенный доспех. Он улыбался.
— Моя жена, Катерина, — ухмыльнулся Зиг и погладил меня по бедру. — Король Аларих, господин земли оттов.
— Здравствуй, — смущённо буркнула я. Ох, и чего я так себя веду? Позорница.
— Как госпоже Катерине мой дом? Нравится? — спросил меня старик.
— Очень! Спасибо за прекрасные покои, — я была искренней и хотела показать, что нам можно верить. Старый король хмыкнул.
— Я рад. Что ж, приступим к трапезе?
Все уселись за столом. Северяне, мой отец, Зиг, хозяйка Роксана и я. Нахмурила бровки, увидев пустые стулья.
— А ваши дочери не хотят поужинать с нами? — ляпнула я прежде, чем успела подумать. Повисла тяжёлая тишина. Князь Орм вытер седые усы и усмехнулся.
— Дочери? Какие ещё дочери? — спросил он, и мне не понравился его интерес к дочерям хозяев.
Роксана бросила на меня испепеляющий взгляд. Я поняла, что подвергла её дочерей опасности, рассказав о них. В доме полно врагов. Никому нельзя верить.
— Им нездоровится, — проговорил король Аларих и пригубил вино из кубка. Он нахмурился и почернел. Стал совсем старым.
— А жаль, я хотел бы с ними познакомиться, — заметил северный князь.
Роксана шумно поднялась. Её кубок упал на пол, вино разлилось. Прислуга упала на колени и стала вытирать. Королева выругалась и быстро ушла прочь. Меня трясло. Я поняла, что милость хозяйки я потеряла навсегда. Есть расхотелось. Я сжала кулачки под столом и бросила взгляд на Зига. Я сидела с той стороны, где был его раненый глаз. Мой муж хмурился.
— Мы союзники, — проговорил он спокойно. Я поняла, что этим он заверяет хозяина в безопасности и обещает защиту. — И мы здесь ненадолго. Императору уже наверняка доложили, и он будет встречать нас на границе. Выпьем за грядущую войну!
Зиг поднял кубок. Орм и другие тоже подняли. Все выпили, даже я сделала маленький глоточек. Но мне было очень страшно. Я не хотела, чтобы из-за нас терпели неудобства эти добрые люди. Мне было противно, что я пришла вместе с захватчиками. Так вот, как чувствуют себя враги? Боги, в тот миг, сидя за столом, я мечтала вернуться в шатёр и жить, словно кочевница!