Невест так много. Дилогия (СИ)

Мы с ним накануне составили обширный список вопросов. Что‑то сами вспомнили, о чем‑то у слуг поспрашивали. Всё же не в лесу живем, прислуга огромного господского особняка общается не только с такими же, как они сами, наемными работниками, но и с горожанами. Лавочниками, курьерами. Они много слышат и видят, могут дать дельный совет. И его сиятельство, конечно же, привлекли. С собой его брать Лекс наотрез отказался, сказал, что справится сам. А для того, с чем не справится, у него есть я. Маркиз если и обиделся, то виду не подал. Но тем, на что следует обратить внимание, поделился.
Так что мы долго и обстоятельно мучили представителей лицея вопросами и экскурсией по территории. Всё вежливо, культурно, но очень подробно. Моя задача была помочь Лексу самому выстроить свой будущий жизненный путь. Так что я мило моргала, улыбалась, держала его под руку и только в нужные моменты подталкивала или шепотом подсказывала.
В общем, нас всё устроило. Так что я от имени отца будущего лицеиста подписала все бумаги и внесла оплату за обучение. Заверила, что мы непременно подготовим всё необходимое и прибудем в срок. И да, конечно же, обеспечим юношу всем, что требуется для занятий.
И дата начала этих занятий неумолимо приближалась. У нас было всё готово и приобретено. Лекс нервничал в преддверии начала самостоятельной жизни вне дома. Я его поддерживала, но тоже нервничала. Маркиз поддерживал нас обоих, но и он немного нервничал.
И именно в этот нервный период нелегкая принесла на крыльцо особняка маркизу Эстеба́ну. Мне‑то всё равно, я посторонний человек. Но вот Лекс и лорд Риккардо не обрадовались.
Я услышала громкий женский голос в холле и спустилась. Маркиз еще только собирался на работу, мы даже позавтракать не успели.
– Леди Эрика, там ее сиятельство приехала, – отловила меня по дороге моя горничная. – Не ходите.
– Всё в порядке, Мона, – улыбнулась я девушке. – Спасибо за предупреждение.
И я наоборот поспешила, потому что услышала знакомые интонации: презрение и высокомерие.
– Риккардо, почему это существо всё еще здесь? – процедила леди. – Немедленно отошли его. Я собираюсь пожить в столичном особняке.
И тут я выступила из‑за угла.
[1] Кафта́н – верхняя, преимущественно мужская одежда. Представлял собой распашную одежду свободного покроя или приталенную, застёгивавшуюся на пуговицы или завязывавшуюся на тесёмки. Часто отделан канителью, позументами, вышивкой.
  
Глава 13
 
Мне понадобилась секунда, чтобы понять. «Это существо» – Лексинталь.
– Ой! Какие люди! – расплылась я в улыбке, не дав никому вставить и слова. – Лорд Риккардо, что же вы меня не предупредили, что приедет пожилая леди? Мы бы приготовили спальню на первом этаже. В ее возрасте ведь тяжело ходить по лестнице.
– Что? – опешила дама, позабывшая об ужасной мне и о нашей прошлой, не слишком‑то благовоспитанной беседе.
А меня несло:
– Эми́ль! – окликнула я дворецкого. – Срочно передайте на кухню, чтобы к завтраку подали перетертый суп и жидкую кашку. Старикам тяжело жевать твердую пищу.
– О чем эта наглая особа говорит? – ледяным тоном вопросила маркиза.
Ее сын сложил руки на груди, поднял одну бровь и уставился на меня. А я продолжала:
– Лексинталь, дорогой мой, будь добр, проконтролируй слуг. Твоей престарелой бабушке нужно приготовить мягкую перину. Лучше две. Сам понимаешь, в ее возрасте косточки ноют.
– Риккардо! – взвизгнула она.
– Не понимаю, чем вы недовольны, леди, – невозмутимо ответил ей сын. – Мой ассистент к вам со всем почтением. Заботится о вашем здоровье. Отдает распоряжения, чтобы вас с комфортом устроить.
– Да как она смеет? – обращалась леди не ко мне, а взывая к сыновьей любви
Только вот не было ее, этой сыновьей любви. И быть не могло после всего, что у них происходило в прошлом.
– Леди Эстебана, проходите же! – с сияющей улыбкой повернулась я к гостье. – Что вам подать к завтраку, кроме кашки и супа‑пюре?
 
– Яду!!! Себе подсыпь! Риккардо, выгони ее! И ублюдка своего! Что подумают о нас и нашем семействе приличные люди, увидев его уши? Как вы посмели всем продемонстрировать это уродство?
– Ой, ну что вы такое говорите? – играла я полную дуру, проигнорировав оскорбления в адрес Лекса, словно не услышала. – У нас нет яду в особняке. И я вам совершенно точно заявляю, в ближайшую неделю никто не умрет.
Мне достался гневный взгляд, который должен был бы меня испепелить. Но бессовестная я никак не испепелялась. Лорд Риккардо и Лексинталь тоже и не думали как‑то реагировать. Хотя еще совсем недавно Лекс чуть ли не в слезах уходил.
– Мама, что вы хотели? – устало спросил маркиз. – У вас опять закончились деньги? Вы проиграли свой месячный доход от имения? Зачем пожаловали?
– Я не обязана перед тобой отчитываться, – поправила она прическу. – Долговые расписки я привезла. Оплатишь. А мне нужно платье на бал.
– Долговые расписки я переправлю его величеству. Он любезно выкупил все прошлые и сказал, что выкупит все последующие.
– Что?! – растерялась леди Эстебана. – Зачем? Для чего королю мои долговые расписки?
– Потому что я отказался и дальше оплачивать ваши проигрыши в карты, если вы запамятовали, матушка. Все ваши прочие задолженности поставщикам в имение я погасил. Налоги в казну оплатил. Но если вы позабыли нашу беседу пару месяцев назад, то напомню. А хотя нет, леди Эрика, вы ведь мой ассистент. Будьте добры, скажите, что я пообещал леди Эстебане на этом самом месте?
– О! Ваше сиятельство, вы были столь добры, что пообещали выдать старушку замуж за какого‑нибудь такого же немолодого, но обеспеченного господина.
– Именно, хотя и не такими словами, – дрогнули уголки губ маркиза. – И его величество был столь любезен, что пошел навстречу моей беде с матерью. Все ваши задолженности, матушка, ныне лишь перед ним. Либо вы их гасите, либо выходите замуж за того, кого вам укажет король. И уже ваш супруг рассчитается по вашим долгам.
– Ты не посмеешь‑ш‑ш! – прошипела она, и в ее руке начал разгораться огненный шарик.
– Уже посмел, матушка, – ничуть не проникся ее яростью сын, шевельнул пальцами, и сгусток энергии в руке леди Эстебаны угас. – Исключительно ради вашего блага стараюсь. Я в курсе всего, что происходит у вас. Знаю, что вы проиграли не только все драгоценности, которые отошли вам после смерти супруга как вдовья доля, но уже часть мебели из имения. Что больше нет кареты и двух лошадей из четверки. Знаю, что вы год не платили поставщикам и уволили половину слуг, так как им нечем платить. И задержали выплаты за три месяца оставшейся прислуге. Я и эти суммы погасил за вас. Ах да, те фамильные драгоценности рода ди Кассано, что украшали вас при жизни отца и которые вы увезли и проиграли, уже вернулись ко мне. Вы не знали, что они все зачарованы и их нельзя украсть, продать или проиграть?
У вдовой маркизы забегали глаза, она явно не ожидала, что ее сыну всё известно. Но она быстро взяла себя в руки, надменно вскинула голову и вопросила:
– Ты смеешь попрекать меня деньгами? Да кто ты такой?
Мы с Лексом тихонечко сдвинулись в сторонку, чтобы не мешать милой семейной беседе.
– Я могу вмешаться в ваше сознание, – потяжелел голос лорда. – И напомнить, кто я такой. Я – маркиз Риккардо ди Кассано. Глава отдела ментальных расследований. Сильнейший маг‑менталист.
– Ах, прекрати угрожать матери! – отмахнулась она.
 
– А вот это очень легко исправить, леди. Вы перестали быть матерью, отказавшись от своей роли в моей жизни много лет назад. И я не намерен и далее терпеть ваши выходки. Либо вы соглашаетесь на ментальное вмешательство под моим личным контролем. После этого вы никогда более не сможете играть в азартные игры и в прочие... – Тут маркиз покосился на нас с Лексом и завуалированно продолжил: – И не сможете дальше совершать все свои противозаконные действия. Либо выходите замуж за того, кого выберет король, а я лично проконтролирую. Либо я потребую от короны и Храма, чтобы вас отлучили от рода ди Кассано. Хватит позорить наше имя.