Невест так много. Дилогия (СИ)

У меня глаза стали круглыми. Что он собрался подарить мне такого ужасного, что мнется и никак не может подобрать слов? Мне уже страшно.
— Пожалуйста, примите от нас обоих, — выдохнул мой начальник и жених и вытащил из кармана бархатную плоскую коробку для украшений. После этого снова опустился передо мной на корточки и открыл ее, чтобы я увидела содержимое.
— Уф-ф, — выдохнула я и улыбнулась.
Вот честно, испугалась, что там обручальный фамильный браслет или кольцо, баснословно дорогие старинные бриллианты или еще что-то такое, что я совершенно точно не смогу принять. А еще очень обрадовалась, что маркиз не был банален и не стал подбирать цвет камней под мои глаза. Окажись тут украшения с изумрудами, я бы расстроилась.
— Примете? Мне показалось, что вам подойдет именно розовая шпинель.
— Приму! И мне очень нравится. Спасибо!
В коробке на белой подложке обнаружился изящный комплект украшений из розового золота с розовой же прозрачной шпинелью46. Сережки, кулон на короткой цепочке, аккуратный браслет с несколькими камушками и перстенёк.
— Позволите? Они зачарованы от кражи и потери, нужно, чтобы я надел, и они признают вас хозяйкой. Так сказали в ювелирной лавке, — почему-то попытался оправдаться лорд.
Хотя об этом и так все знали: тот, кто покупает украшения в подарок, должен сам надеть их на получателя. Родители — детям, мужчина — женщине, брат — сестре… Я не знаю почему, но так работают заклинания.
Не дожидаясь ответа, маркиз вытащил сережки и вдел мне в мочку сначала одну, а потом и вторую. А я боялась дышать, моргать и шевелиться. Потом на моем запястье застегнулся замочек браслета. С кольцом вышла небольшая заминка. Маркиз надел мне его на безымянный палец, но оказалось велико. Хмыкнув, примерил на средний, но и на этот было большевато.
— Извините, Эри, я не подумал, что у вас такие тонкие изящные пальчики. Если пожелаете, мы отдадим его ювелиру и подгоним по размеру.
Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться, и подставила правый указательный палец. Вот туда колечко подошло идеально. Риккардо глянул на меня лучащимися смехом глазами. И вынув последнее украшение из комплекта, расстегнул цепочку и замешкался, пытаясь сообразить, как надеть мне его на шею. Пришлось помочь: сесть ровно, приподнять растрепавшиеся во время активных игр с Лексом волосы и повернуться вполоборота. Камушек скользнул мне в ямочку между ключиц, а горячие пальцы одарившего меня мужчины помедлили на моей шее сзади и осторожно пригладили волоски, отчего у меня прыснули мурашки по спине.
Пришлось быстро обернуться.
  
Глава 26
 
Нужно поблагодарить его сиятельство и Лексинталя. Больше чем уверена, именно он через слуг поведал отцу о сегодняшнем нашем разговоре после кондитерской. К тому же я оценила деликатность маркиза в выборе подарка.
Такие драгоценности относятся к дневным, которые юные леди могут носить спокойно, не опасаясь выглядеть вульгарно. Но при этом огранка, чистота и прозрачность бледно-розовой шпинели были безупречны, так же как и тонкость ювелирной работы самих украшений. А вензель на крышке коробочки и клеймо на золоте принадлежат весьма известному ювелирному дому. Даже в нашей глуши, в Приграничье, есть их салон.
Далеко не каждый мог позволить себе такие украшения, поэтому я не обманывалась их внешней скромностью и изяществом. Человек знающий, а аристократы именно таковы, не ошибется. Эти украшения подходят обеспеченной даме из приличной семьи.
Меня таковой назвать сложно, но, отдавая дань нашему титулу, нас в приюте всё же научили разбираться в этом. Все понимали, что вряд ли нам это пригодится — нищим сиротам, но, при множестве недостатков и жадности до еды, настоятельница была неимоверно строга и щепетильна в вопросах приличий и строгого следования программе обучения. А для дворян умение разбираться в драгоценностях, в генеалогии и в гербах так же важно, как и умение танцевать, правильно кланяться, делать реверанс и… носить чулки.
 
— Спасибо, — тихо произнесла я, а к глазам вдруг подкатились слезы. Не ожидала, что так растрогаюсь, но вот… — Спасибо, лорд Риккардо. Лекс, и тебе, — перевела я влажные глаза на притихшего в сторонке мальчишку, который всё это время переминался рядом, внимательно наблюдая за мной и отцом.
— Не стоит, Эрика, — смутился маркиз.
— Еще как стои-и-ит, — шмыгнула я вдруг носом и позорно разревелась.
— О боги! — застонал он, прижав мою голову к своему плечу.
А я рыдала, захлебываясь чувствами. Мне никто никогда не дарил таких подарков. Может, если только в детстве, но я этого не помнила.
— Эри, ну что вы как маленькая? Ну не плачьте, — не выдержал в неудобной позе его сиятельство, встал и меня увлек, чтобы поднялась. Приобнял за плечи и принялся гладить по голове.
— Па-а-ап, — услышала я сквозь рыдания голос Лексинталя. — Ей не понравилось? Но мы же хотели порадовать… Чего она?
— Эри, слышите? Мы хотели вас порадовать.
— Я ра-а-ада-а-а, — всхлипывая, провыла я, крепко держась за талию мужчины и вздрагивая от переполнявших чувств.
— Ужас какой… Я теперь буду бояться делать ей подарки, — пробормотал мой ушастый юный друг.
— Дурачо-о-ок! — всхлипнула я и, отцепив одну руку от пояса маркиза, протянула в его сторону. — Иди сюда, я тебя тоже обниму.
Лорд Риккардо вздохнул, хмыкнул, убрал левую руку с моей головы и приоткрыл объятия, чтобы к нам присоединился его сын.
— Вот только всяких сопливых девчонок я не обнимал, — ворчливо бубнил Лекс, стоя рядом и придерживая одной рукой меня, а второй отца. — Кошмар какой-то. Их кормишь пирожными, развлекаешь изо всех сил, делаешь подарки, а они ревут и сопли распускают. Чтобы я еще хоть раз?.. Не-е-ет!
Я успокоилась и уже тихо всхлипывала. Причем не пойму даже: еще от слез или уже от смеха. Было очень хорошо, надежно и уютно стоять вот так. От Лекса пахло шоколадом и немного потом, потому что мы набесились за вечер. От его сиятельства — пылью, чернилами, казенные такие запахи, а еще усталостью мужчины, проведшего весь день на работе.
Хихикнув, я оторвала лицо от промокшей на груди рубашки лорда Риккардо и повернулась к парнишке.
— Всё? — тут же отреагировал он. — Уже не плачешь? — Я покачала головой. — И больше не будешь? — Я снова отрицательно качнула. — Ну всё тогда, хватит этих телячьих нежностей.
Он попытался отойти, но я аккуратно потянула его к себе за ухо, заставляя наклониться, и чмокнула в щеку.
— Спасибо, дружочек, — шепнула ему и шмыгнула носом.
В Лексе явно боролись между собой два чувства. Он был тронут, но в то же время смущен. Поэтому фыркнул и всё же отошел.
— А меня? Вообще-то я тоже принимал участие, когда мне передали о ситуации. И старался выбрать такие украшения, чтобы они вам подошли и не обидели и чтобы вы не отказались.
Я снова хихикнула, подняла заплаканное лицо к маркизу, рассматривавшему меня с какой-то удивительной теплотой, которой я совсем не ожидала.
— И вам спасибо. Наклонитесь, пожалуйста.
Он склонился, я потянулась, чтобы поцеловать его в щеку, но в этот момент Лексинталь, стоящий рядом, оступился и толкнул меня. Поэтому я промазала и ткнулась поцелуем в губы лорда, да так и застыла, испуганно распахнув глаза. Потом до меня дошло, и я быстро отстранилась.
Боги, как неловко!
— Эрика, идем кушать пирожные! — громко заявил Лекс, разгоняя смущение. — Я из-за твоей истерики так разнервничался, что мне нужно срочно поесть.
— Ой! — дошло до меня. — Ваше сият…
— Риккардо. Мы же договорились, что когда все свои, вы зовете меня по имени.
 
— Лорд Риккардо, ступайте ужинать. А я сейчас умоюсь и тоже приду. И еще раз спасибо за подарок. Мне очень нравится. Я буду его носить.
— Вот и славно. Лекс, идем. Составишь мне компанию и расскажешь, как прошел день. Я-то сегодня просидел над бумагами.
За поздним ужином ел лишь оголодавший за день маркиз. Я с некоторым любопытством следила за тем, как он сметает с тарелок одно блюдо за другим. Занятно. Нет, он и на вилле не жаловался на отсутствие аппетита. Но не в таких же объемах! Подумалось, что сегодня мужчина только завтракал.