Невест так много. Дилогия (СИ)

Какая прелесть! Милые, добропорядочные, воспитанные юные девы.
Компаньонка Рамоны слушала перепалку с багровеющим лицом. Как бы даму удар не хватил.
— Довольно! — резко поднялась она из-за стола. — Мы немедленно уезжаем из этого гнезда разврата. Я долго терпела, всё же статус маркиза подразумевает наличие у него фаворитки, в этом нет ничего ужасного. Я даже закрыла глаза на вопиющую распущенность лорда и то, что он во всем потакает своей… Я голодала! Но позволить вам, моей трепетной невинной крошке, упасть в пучину сладострастия… Нет! Не будет этого. Вы обязаны блюсти невинность и пойти к алтарю девственной!
  
Глава 24
 
— Кто тут погряз в пучине сладострастия? — вопросил внезапно вошедший в столовую лорд Риккардо и стремительно прошел к своему месту. — Почему я не в курсе? Я тоже туда хочу.
— К-куда? — оторопела чопорная правильная дама.
— Туда, в гнездо разврата, о котором вы только что говорили. Почему всё самое интересное проходит без меня? — сев, он строго взглянул на меня. — Эрика? В чем дело? Отчего вы не позаботились о том, чтобы я был в самой гуще этого разврата и сладострастия? Подготовьте всё к вечеру, пожалуйста.
Опешившие невесты, открыв рот, смотрели на лорда, не находя слов. Компаньонка Рамоны цветом лица напоминала помидор и задыхалась от негодования.
— Вы… Вы…
— Это возмутительно, — отмерла еще одна дама. — Леди Рози, следуйте за мной. Мы уезжаем. Даже хорошее воспитание не позволит нам и дальше делать вид, будто мы ничего не замечаем.
— О, какая жалость! — воскликнул маркиз ди Кассано и жестом велел слуге положить ему еды. — Леди Рози и леди Рамона не будут участвовать в нашей оргии? Какая печаль. Вместе было бы веселее.
С глухим стуком брякнулась в обморок Рози.
— Убрать! — ткнул ложечкой в ее сторону маркиз, и к девушке поспешил лакей.
Подперев кулаком подбородок, я следила за безобразием, происходящим в столовой.
Лишившуюся чувств леди унесли. Ее компаньонка поспешила следом, сообщив, что они сейчас же уезжают. Леди Рамона и ее спутница тоже покидали нас.
Занятно всё же леди выбывают, пачками.
Невест осталось две: Габриэлла и Консуэла. Две самые тихие и неприметные, которые не лезли вперед, не устраивали скандалов и истерик. А вот поди ж ты, всех пересидели.
Заканчивали трапезу в тишине. Лекс вообще не появился. Уверена, он успел наесться в башне, а потом сбежал по своим мальчишечьим делам.
Отложив приборы, маркиз встал.
— Дамы, — чуть склонил голову перед пришибленными гостьями. — Леди Эрика, вы мне нужны. Я сейчас уезжаю и не появлюсь следующие пару недель.
— Что? — встрепенулась Габриэлла. — Вы уезжаете? А как же мы? А как же свадьба?
— Свадьбы не будет, — позволил себе усмешку лорд. — Меня ждут работа и преступники.
— Но ее величество… — заикнулась Консуэла, обменявшись взглядом с единственной оставшейся конкуренткой.
— Ее величество в своем письме попросила меня провести в вашем обществе несколько дней, чтобы присмотреться к вам и позволить рассмотреть себя. Вы меня рассмотрели?
— Да, — потупилась Габриэлла.
— И как? Я вам настолько понравился, что вы готовы делить меня с леди Эрикой? Учтите, я с ней расставаться не стану. Она будет рядом со мной каждый день и каждую ночь.
В меня воткнулось несколько ненавидящих взглядов. Я вздохнула и продолжила жевать изюм. Конец моей репутации. Хоть девственность осталась, и то счастье.
— Я не только не стану расставаться с ней, но и намерен содержать ее и дальше. Наряды, драгоценности — она будет их получать столько, сколько пожелает и сколько я захочу ей подарить. И это даже не обсуждается.
Мне захотелось сползти под стол и спрятаться под скатертью. Девушки внезапно оглохли, ослепли и поглупели. А еще оголодали. Ничем иным я не могу объяснить внезапно проявившуюся активность в поглощении диетической кашки.
Слабительного им, что ли, опять подлить? Бесят меня все. И невесты эти, которые никак не разъезжаются, а я уже устала придумывать, чем их отпугнуть. И начальник, который за мой счет изводит их. И призрак, который летает по столовой и дышит в затылок и в декольте то одной, то другой даме. Хорошо хоть молчит, но всё равно раздражает и отвлекает.
 
Я зыркнула на Касселя. Тот как раз в этот момент глянул на меня и поймал волну моего негодования.
— Потерпи, дорогуша. Осталось всего две, — ухмыльнулся он.
Воспарил к потолку, превратив свою нижнюю часть в дымчатый хвост, как у кометы, облетел несколько раз вокруг пыльной хрустальной люстры и вдруг начал декламировать:
 
 
Пятнадцать юных леди мешали домочадцам,
 
Две призрака боялись, осталось их тринадцать.
 
Тринадцать юных леди на вилле развлекались,
 
Одна упала в обморок, осталось их двенадцать.
 
Двенадцать юных леди перины взбивали гусиные,
 
Одна ругалась громко, осталось их одиннадцать.
 
Одиннадцать юных леди— их конкурсы жутко бесят.
 
Одна была слишком робкой — и их уже ровно десять.
 
Десять юных леди от голода в жутком гневе.
 
Одна вдруг психанула — осталось их сразу девять.
 
Девять юных леди о новых конкурсах спросят…
 
Прислуга одной разъярилась, и вот уж их ровно восемь.
 
Восемь юных леди любовницу мужа делили.
 
Четыре из них беспринципны — осталось тоже четыре.
 
Четыре юных леди в разврата торжестве
 
Участвовать не стали — и вот их только две.
 
Две стойких юных леди…41
 
 
Кассель покружил, дирижируя себе рукой. Опустился ниже и завис над столом.
— У меня не хватает исходных событий для завершения считалочки. Эрика, драгоценная ты наша. Как будем изгонять последних кур?
Давясь смехом, я пожала плечами.
— Бесстыжая! — прошипел кто-то из четырех оставшихся дам.
Оказывается, пока я внимательно слушала поэтические экспромты фамильного привидения, Риккардо успел уйти. И я осталась в обществе кур, которые видели, что я наглым образом хихикаю, вместо того чтобы стыдливо краснеть или вообще покинуть приличных дам. Поскольку… Ну да, репутации у меня не осталось. Как бы выдержать этот год и сбежать отсюда подальше, обратно к Марике и привычной жизни? Трудной, скромной, бедной, временами голодной, но моей и привычной.
— Не отравитесь собственным ядом, — мило поморгала я.
— Весь свет непременно узнает о… вашем неподобающем поведении, — глянула на меня Консуэла.
— Разумеется, — согласилась я. — И о вашем тоже.
— Мы не сделали ничего плохого, — повела она плечом.
— Ой, бросьте, девушки. Передо мной хоть не надо притворяться. Приехать в дом к холостяку, участвовать в каком-то сомнительном отборе, подглядывать друг за другом по ночам, карауля у спальни лорда… Я уж молчу о том, что вы категорически и по веским причинам не нравитесь сыну этого лорда.
— Он бастард, его мнение никто не собирается учитывать, — поджала губы Габриэлла.
— Это фатальная ошибка той, кто планирует выйти замуж за моего шефа. Бастард Лексинталь или нет, не ваша забота. Но он уже взрослый мальчик, личность. Он маг, умница, красавчик, каких поискать. К тому же, учитывая материнскую кровь, обладает магией эльфов. Вы действительно полагаете, что он смирится и безропотно позволит и дальше шпынять себя? Очнитесь, леди! Ему четырнадцать лет. Именно столько лет он рядом с маркизом. И в противовес — потенциальная супруга, которая нежеланная, ненужная, нелюбимая, навязанная ее величеством. Как считаете, кто из вас будет сидеть в самом дальнем поместье взаперти? Вы или Лексинталь?
 
— Маркиз не посмеет, — как-то неуверенно протянула Габриэлла и переглянулась со своей конкуренткой.