Маршируя в ад (СИ)

Наташа проводила экскурсию по подземному городу-крепости. Здесь трудились лучшие из лучших, сильнейшие специалисты своих областей. Были созданы первоклассные производственные комплексы, нацеленные на самую современную экипировку и вооружение. С помощью дока мы планировали доставлять её партиями по всему миру.
— Эдарианцы не видят наши реальные производственные мощности. И не увидят. Оружие, боеприпасы и самое главное… — мы остановились рядом с огромными стальными воротами, и Наташа с улыбкой посмотрела на гостей, — производство оружия массового уничтожения!
  
— Что именно здесь производят? — поинтересовался Жирард, и Наташа кровожадно улыбнулась, начиная одну из своих излюбленных тем.
— Так как мы не знаем, насколько будет эффективно то или иное оружие, мы делаем всё! К сожалению, сам терминал не слишком щедрый и предлагает на данный момент лишь самое привычное и классическое термоядерное оружие.
— Может, ядерное? Водородная бомба — это не совсем классическое оружие массового поражения.
— Ох, нет, ядерного здесь нет. К сожалению, у нас также нет возможности разрабатывать биологическое и бактериальное оружие против инопланетян. Образцов не имеется для тестов. Также мы планируем разработать и доставить на вражеский корабль полноценное ЭМИ-оружие. Вариантов существует два, и мы используем оба, когда придёт время. Если успеем их создать и доставить на борт.
Экскурсия продолжалась, и специалисты принялись рассказывать о принципах действия создаваемого и накапливаемого глубоко под землёй вооружения. Мы уже готовились отправиться наверх, к строительной площадке космодрома, когда ко мне пришло неожиданное сообщение.
«Михаил Листопадов! Срочно отправляйтесь к ближайшему терминалу!» — призывная надпись требовала явиться. И я не стал откладывать. Ведь речь шла о Ллош Ззоке — нашем информаторе и нашей надежде.
  
Глава 28
 
Как удивить инопланетянина? Прийти к нему на встречу через неизвестный терминал.
— Ничего не понимаю… Он не показывает твоё местоположение… — с сомнением ковырялся в настройках Ллош, пока я довольно улыбался. — Как ты это провернул?
— Как мы и договаривались — скрыв свою базу с глаз эдарианцев.
— Ты ещё к фракции не приписал, что ли? — удивился он.
— Ну да, а что такое? — не понял я его растерянного взгляда. Или не растерянного. Не очень-то я разбираюсь в физиономике инопланетных существ.
— Но как же ты тогда… построишь всё то, о чём мы говорили?
— Пользуясь умом и сообразительностью. Не переживайте, Ллош Ззок. Ваша вендетта состоится. Мы уже на финишной прямой и готовы начать постройку космодрома в любой момент. Я, откровенно говоря, думал, что именно в связи с этим вы меня позвали.
Безносый долго смотрел прямо в мои глаза, сопел, пыхтел, усиленно размышляя.
— Понятия не имею, как ты это провернул, но по всем официальным источникам лишь четыре фракции построили Цитадель, и две могут построить терминал. Сейчас вы и китайцы должны копить на Крепость и начать её строительство в любой момент…
— Значит, они совсем не знают истинное положение дел?
— Как я тебе уже говорил — только базовые данные. Число фракций, численность фракций, сколько терминалов под их контролем. Даже месторасположение терминалов не показывается.
— Хм, значит, я перестраховался и зря напрягался? Можно было просто захватить его общими силами?
— Можно, но твой вариант, если ты действительно можешь развить базу до нужного уровня и не включать её в список фракций — даже лучше. Так ты случайно не отправишь туда легко отслеживаемые торговые коптеры.
— А подскажи, как ты вообще меня находишь? Как именно мне отправляешь своё тайное послание и организуешь связь?
Ллош криво ухмыльнулся и деловито развернулся к информационной панели.
— Потому что никогда нельзя недооценивать последнего жреца технобогини. Терминал подобен живому существу, живущему по лишь ему понятным законам. Когда я обнаружил свою нерушимую связь, он сам помог мне, предоставив доступ к оборудованию. Эксклюзивному. Ну а я, используя базовые вещи, что были мне доступны, воспользовался подаренным шансом и облетел всю вашу планету в поисках кандидатов на стандартном дроне, после чего своим эксклюзивом отметил всех выбранных кандидатов. Вы получили связь с кораблём, с её учебными капсулами, и каждую ночь активировался протокол обучения. Когда же настал ваш судный день — эта функция выключилась, но не исчезли мои отметки. Те из вас, кто попал к терминалу, появились в массиве данных моего артефакта, и я получил ваши кодовые обозначения, по которым терминал ведёт учёт ваших очков достижений. Эти номера и данные — то, что эдарианцы могут и не мечтать получить в свои руки. Они никогда даже не знали об этой части кодировки массива данных. Так что я знаю, как дела у вас, видя ваши данные из терминала, и вижу, когда вы входите в терминал.
Информация была исчерпывающей, и я лишь ещё раз уточнил, что именно знают о нас эдарианцы и каким образом они могут отслеживать передвижения на планете.
Я оказался полностью прав: захватчики используют исключительно два метода контроля ситуации на планете — орбитальную спутниковую съёмку, которая не пользуется особым спросом, и непосредственно дроны разведки, устраивающие съёмки телешоу под названием «Война» и постоянно маневрирующие над самыми активными и интересными местами. У дронов есть свои операторы, и чем сочнее картинка, которую они снимают, чем больше эдарианских кочевников смотрит за войной, тем больше они получают своих аналогов очков достижений. Так что если где-то заварушка — они это видят с орбиты и слетаются туда как рой. Пустынные и безлюдные места такие дроны практически не посещают. Это пустая трата времени и потеря рейтингов.
— У меня ещё есть несколько очень важных вопросов касательно кораблей, их систем вооружения, защиты, допуска наземных транспортных ботов…
— Подожди! Не всё сразу, шустрый ты такой… О своих достижениях, выполнении плана и договорах, а вернее тех деталях, что не смогли записать дроны и я не мог увидеть, обо всём том, что происходило за закрытыми дверями вашей Ассамблеи — ты расскажешь через пару минут. И тогда уже задашь свои вопросы.
— Хорошо. — Я не видел смысла спорить и просто согласился с ним. Пусть делает как ему удобно, лишь бы ответил на вопросы.
— Мне тоже есть что тебе рассказать, вообще-то. Кое-что очень важное. Дата начала вторжения тебя интересует?
— Что? Уже определились? Почему так быстро? Мы и половину планеты не очистили… В лучшем случае процентов сорок! У нас даже цитаделей и крепостей нет! Сколько у нас времени? — новость выбила меня из колеи, и я поддался панике.
Безносый тут же принялся меня успокаивать, демонстрируя странный жест из смыкающихся раз за разом ладоней.
— В этот раз дату определили не из-за вас и ваших успехов, а по политическим соображениям.
— Подробнее сможешь объяснить? — пытался я успокоить своё сердце и не паниковать раньше времени.
— Конечно. Для этого я и пришёл. Через триста сорок два дня по календарю вашего мира на самой главной и великой космической станции эдарианцев в их центральной системе произойдёт сразу два громких события. Во-первых, пройдут ритуальные бои за звание новой первосамки роя. Это что-то вроде ваших президентских выборов. И перед ними публику было бы хорошо с одной стороны разогреть, а с другой — отвлечь от проблем и поддержать таким образом нынешнюю первосамку в её борьбе за семнадцатый титул правительницы.
— Действительно, политика…
— Не перебивай. А второе — это годовщина Исхода этой ветви цивилизации в космос и начало их бесконечного странствия. Годовщина произойдёт через триста одиннадцать дней. Вот в эту годовщину и запустят, в честь большого праздника, новое уничтожение мира, и палачи будут соревноваться за звание самых удачливых, смелых и эффективных уничтожителей мерзких «захватчиков». — последняя фраза была сказана с явным сарказмом, и я даже слегка удивился тому, что сумел распознать его в голосе безносого.