Мой влюбленный адмирал

 
Ольга Шерстобитова
 
Мой влюбленный адмирал
  
Глава первая
 
Ева Шторм
Я нажала на камень на лиаре, с надеждой ожидая ответа, но в очередной раз через пару минут гудки оборвались, и тревога тут же затопила сердце.
Тот момент, что родители не выходили на связь уже неделю, еще сутки назад меня ничем не тревожил. Оба они – геологи, влюбленные в свою работу по самое «не хочу», поэтому частенько забывают о времени, сне, еде и отдыхе. Я, собственно, к этому еще в детстве привыкла и в какой-то момент научилась заботиться и о них, и о себе. Куда мне было деваться-то?
  
А когда ситуация повернулась так, что я была вынуждена покинуть планету Энару, где расположена их научная станция, зная, насколько мои родители не приспособлены в быту, наняла для них домработницу. Вроде бы ничего сложного в том, чтобы запустить программы уборки и пусть не приготовить, но хотя бы заказать еду, нет, но мои родители либо просто забывали это делать, либо устраивали такой хаос, что хватайся за голову. Так что, вариант с домработницей показался мне тогда отличной идеей.
Правда, я не учла, что на станции постоянно меняются не только сотрудники, но и обслуживающий персонал, и найти подходящую домработницу будет нелегко. Первые полгода они увольнялись чисто по личным обстоятельствам с такой частотой, что я сбилась со счета, а родители вскоре просто перестали обращать внимание на новые лица. Сложностей добавлял и тот момент, что отправляться в командировки на другие планеты с моими родителями и жить в полевых условиях даже за двойную оплату, вообще, никто не хотел, а я не желала оставлять их там, забывающих порой о еде и сне, без заботы.
Лишь спустя год я нашла нару Лидию – ответственную и исполнительную женщину средних лет, которая оказалась идеальным решением проблемы, согласившись на необходимые для меня и моих отца и матери условия. И второй год она вполне успешно справлялась со своей работой.
И именно ее-то звонок меня сутки назад и заставил изрядно запаниковать. Нара Лидия два месяца назад улетела к своей приболевшей тетушке на далекую планету, оставив вместо себя помощницу, свою двоюродную сестру, которая, как недавно выяснилось, вышла замуж и покинула станцию уже как две недели, никого из нас почему-то не предупредив. И в свете ситуации, когда мои родители не отвечают на звонки, а их быт остался без присмотра, мне было из-за чего изрядно поволноваться. Взрыв, пожар, потоп, отсутствие электричества – могло произойти, что угодно, моя фантазия тут не имела границ.
Сама нара Лидия возвращалась только через десять дней, поэтому, с трудом уломав на работе своего не особо сговорчивого начальника, я полетела на Энару.
И вот, спустя сутки полета с двумя пересадками и семью гиперпрыжками, я, наконец-таки, добралась.
Пассажиров, как и обычно, было мало, и досмотр вместе с получением багажа не занял много времени.
Я вынырнула из здания космопорта, на мгновение замирая и вглядываясь в черное, с небывало красивыми россыпями звезд, небо, раскинувшееся за защитным, едва заметно мерцающим пологом. В отличие от планеты, практически целиком покрытой красновато-бурыми скалами, оно завораживало практически любого, кто его видел. И я не была исключением.
Но мысли о родителях снова напомнили о себе, и, сделав глубокий вдох, я быстрым шагом направилась к расположенной совсем неподалеку, буквально в пяти минутах ходьбы, стоянке флаеров.
По пути вновь щелкнула по одному из камней на лиаре, тонком серебряном браслете, выполняющем самые разные функции, пытаясь связаться с родителями. Мой звонок остался не отвеченным, и тревога внутри усилилась. Заработались или случилось что-то серьезное? Я по-прежнему разрывалась между этими двумя предположениями.
В транспортник я забралась за считанные секунды, запустила знакомый маршрут, закрепила ремни безопасности и несколько раз глубоко вдохнула, унимая колотящееся сердце. Двадцать минут – и буду на месте, в научной станции.
Пока летела, на всякий случай перепроверила полученный расширенный допуск, а следом и рабочую почту. Порадовалась, что хоть с моим экспериментом все идет как надо, можно не волноваться. И еще раз набрала так и не ответивших до сих пор родителей. Да что же там могло с ними произойти-то? Догадки все множились и не добавляли спокойствия.
Когда появились огромные белые купола научной станции, я придвинулась ближе к окну, рассматривая место, где провела большую часть своих лет. Это планеты одна за другой менялись, я и со счета сбилась, сколько их было. Жизнь моих родителей – сплошные экспедиции, они и на Ариате-то последний раз были, когда я родилась, даже там собственного жилья не имели за ненадобностью. И научная станция, родная и знакомая, в отличие от других мест, вызывала у меня теплые чувства. Когда-то она вполне успешно заменяла мне дом. И за последние пару лет, в отличие от моей жизни, ни капли не поменялась.
Я выбралась из флаера, краем глаз отмечая, что он тут же поднимается в воздух, приняв новый вызов, подхватила небольшую сумку с вещами и, осознав, что неизвестность с родителями гонит вперед, перешла на мгновенное перемещение.
У корпуса геологов я оказалась за считанные минуты, протянула на проходной для проверки лиар вылупившемуся на меня новенькому охраннику и старательно не заметила замерших в холле сотрудников, которые до моего появления спокойно шли по своим делам, а теперь вовсю пялились на меня и перешептывались.
Охранник слегка подрагивающими руками ввел нужный код, запуская программу, подтверждающую допуск в корпуса ученых.
– А где нар Ладин? – не удержавшись, уточнила я.
Прошлый охранник знал меня с самого детства, однажды научил парочке простых ударов самообороны и оказался одним из тех немногих, кто не дрожал от страха, когда во мне проснулась сила.
– Уволился он еще полгода назад, нара Ева, и улетел к своим родным, – ответил сотрудник, и я невольно взгрустнула, что нам не удастся повидаться.
Напряженный охранник все еще вчитывался в мои документы, по-прежнему держась от меня на самом приличном расстоянии, которое только было возможно, и старательно не бросая даже косого взгляда.
Это на Ариате, где разработаны и введены в действие уже обязательные с недавних пор адаптационные программы при работе и общении с одаренными с третьим уровнем способностей, и многие из нас, выполняя самые разные задания, то и дело мелькают в новостях, отношение существенно изменилось. Там ариаты и привыкли, и стали, наконец-таки, осознавать, сколько всего для своей планеты делают одаренные. Большинство уже не падают в обморок при встрече, не дрожат и не сползают по стеночке, хотя и относятся с опаской и по-прежнему стараются держаться подальше.
А здесь, на далекой исследовательской станции, окружающие реагируют на проявление способностей одаренных третьего уровня по-прежнему. Я уже отвыкла от такого за последние-то два года.
Все-таки, может, стоило перемещаться на гравитационной платформе, не устраивая переполох? Только разве это спасло бы меня от повышенного внимания? Особый статус одаренного высвечивается в документах сразу же при любой проверке, и о том, что я прибыла на станцию, в ближайшую четверть часа будет известно всей научной станции. Новости здесь распространяются моментально. Так что… я бы лишь время потеряла, да нервы еще больше потрепала, пытаясь вести себя, как совсем обычная девушка.
– Все в порядке, проходите, – наконец, выдал изрядно побледневший секьюрити.
  
Хоть бы в обморок не упал от страха!
Впрочем, еще неясно, как бы, будь ариаткой без способностей, отреагировала бы я, зная, что в трех шагах стоит с виду хрупкая, с собранными длинными русыми волосами в высокий хвост девушка, одетая в простой космический комбинезон, которая может своей силой разнести все вокруг. И пространная формулировка «изобретатель», поясняющая особенности моего дара, спокойствия тут не добавит.