Ад и Рай Евы (СИ)

— Да иди ты! — на этом моё самообладание иссякло. И даже завтрак из любимого фастфуда меня не радовал. Зато Макс решил задобрить меня свежесваренным кофе, потому что покупной уже остыл.
— Можешь мне не верить, но ты действительно изменилась. Что ещё случилось? — Я промолчала, давая понять, что не собираюсь ничего с ним обсуждать, и Макс сдался: — Ну пожалуйста! Ну, мне же интересно, как вы провели вчерашний день!
— Меня больше интересует, как я проведу сегодняшний. И если у меня будет хорошее настроение, возможно, но это не точно, я что-то тебе и расскажу. Ты, кстати, видел мою машину?
— Более того, я её и заказывал. Индивидуальный цвет, вообще-то.
Ладно, обломал. Зато у меня появился вопрос. Пока Макс сидел весь такой добродушный и болтливый, стоило этим воспользоваться.
— За Яна всегда всё другие делают?
Макс даже не удивился вопросу. Он сделал себе кофе и отрезал огромный кусок от моего вчерашнего торта, который я успела только попробовать.
— Почти. Он занятой человек, поэтому, если он может перепоручить что-то кому-то, он это сделает. Всякие бытовые вопросы, большая часть бизнеса — всё это выполняют другие. Кстати, сегодня придут домработницы, одна из них отлично готовит — можешь составить ей меню, если хочешь поесть домашнего, а не вот этого вот.
— Да, кстати, убраться бы не помешало, — я вспомнила бардак в спальне Яна, и мне стало неловко. И Макс это заметил.
— Ну вот, если хочешь, можешь встретить их и рассказать, что нужно сделать. И, кстати, держи, а то это кошмар.
Макс деликатно, будто передавал мне прокладку или презерватив, положил на столик большой квадратный пластырь.
— Боевые шрамы, ничего страшного, — отмахнулась я, но пластырь взяла. Действительно, укус выглядел ужасно. И если Ян свои «боевые шрамы» отлично скрыл рубашкой, то моя футболка никак не могла ничего прикрыть.
Макс как-то слишком хитро прищурился, делая глоток кофе, и я поняла:
— Говори уже. Ты же знаешь, что я не могу на тебя долго злиться, хоть и следовало бы.
И правда, следовало бы, но я же тогда ещё не знала, о чём он заведёт разговор:
— Ян говорил тебе, что у него не может быть детей?
Сказал он это с видом бабки-сплетницы, и мне это не понравилось.
— Это ты к чему сейчас?
— Да так, предупреждаю. На случай, если тебе вдруг захочется сделать ему сюрприз в виде неожиданной беременности.
Мне понадобилось секунд пять, чтобы глубоко вдохнуть, успокоиться и не прибить его на месте.
— Если я захочу умереть, то выберу что-то не настолько жестокое. А вообще, хорошего же ты обо мне мнения!
— Прости. Просто хотел уточнить, знаешь ли ты.
— Спасибо за заботу, но это было вполне ожидаемо, так что не скажу, что я сильно удивилась.
Да и не о том я в тот момент думала, и не до удивления мне было. Но сейчас, когда Макс сказал об этом, я задумалась. Было что-то, что не давало мне покоя, но я ещё не могла чётко это увидеть. И это уже забытое чувство назревающего озарения меня нервировало.
— И у него никогда их не было?
Макс что-то нарисовал ложечкой в воздухе, всем своим видом показывая, что он-то многое знает, но не скажет.
— Хотя, подожди, когда вы встретились, он уже не мог иметь детей, ведь так? А раньше? Ведь это просто побочное действие его способностей, значит, когда-то, в самом начале, всё могло быть?
Но их не было. Ни одного живого ребёнка. Ни одного родившегося ребёнка, если быть точнее. И всё-таки… Я видела. И я точно знала, была уверена в этом своём видении. Абсолютное знание, не так ли?
Макс что-то заметил и вцепился в меня взглядом.
— Ева, не вздумай что-то скрывать. Если не мне, то Яну ты должна, просто обязана это сказать. Что ты видишь?
— Не скажу.
То, что я видела, разрывало мне сердце. Очаровательный мальчик, живой, весёлый, резвый. Он носился по слишком скользким коридорам дома, никак не предназначенного для детей. И тревога за него впивалась в меня кинжальными клыками каждый раз, когда он слишком разгонялся, или бежал, не глядя на все эти острые углы и крутые ступеньки. И мне это не нравилось. Я не любила детей. И не хотела детей. Но этот мальчик был. Живой. И то, как я за ним следила, сводило меня с ума.
 
— Скажи!
— Нет. Попробуй увидеть это сам, если сможешь. А от Яна я ничего скрывать и не собираюсь, можешь не переживать. Расскажи лучше о бале. Ян вроде как просто меня пригласил, а вот теперь оказывается, что я что-то ещё должна делать.
— Ты всегда будешь что-то должна, — судя по тону, Макс обиделся, но я тактически промолчала, давая ему остыть. — Как минимум, выбрать себе платье. Одно тебе сошьют, такое, как у всех, а вот для эффектного выхода можешь что-то подобрать. И можешь не скромничать, карта у тебя настолько безлимитная, что хватит на ещё одну машину. Так что ни в чём себе не отказывай.
— Вау. Если бы я ещё знала, где вся эта роскошь продаётся…
Макс посмотрел на меня одновременно с насмешкой и лёгким раздражением:
— Ну, допустим, у твоего водителя будет примерный список адресов, а там как-то уже сама разберёшься.
— Ладно, не важно, что там ещё я должна сделать?
Я чувствовала себя невестой, на которую упали предсвадебные хлопоты, прекрасные, но утомительные.
— А вот тут самое интересное. Во-первых, Ян хочет, чтобы ты ознакомилась с анкетами всех кандидатов этого вечера. И выбрала себе помощника. Лучше, помощницу. Впереди у тебя тяжёлый год, так что без помощников тебе не обойтись.
— Я даже не буду спрашивать зачем.
Максу мой ответ показался подозрительным:
— Признавайся, ты что-то задумала? Ева, я же с тобой провёл не один день и знаю тебя как облупленную. И ты никогда не была такой покладистой.
— Может, укрощение строптивой прошло успешно? И я теперь милая домашняя кошечка?
— Ага, стерилизованная. Я тебе не верю.
— Как хочешь. Итак, просмотреть все анкеты. Ещё что?
— Ещё мы поедем в дом, там полно приготовлений. Но этим занимается Лиза.
— Лиза?
И вот тут я поняла, что попалась. Я не очень любила женщин, и особенно не любила женщин, с которыми мне приходилось работать. Поэтому тот факт, что какая-то Лиза занимается подготовкой дома, меня насторожил. Я снова ревновала, на этот раз потому, что уже считала этот дом своим. Что ж, посмотрим, что там будет, в этом доме.
— Елизавета Александровна, если быть точным. Уже несколько лет она личный помощник Яна.
И вот тут я стиснула зубы так, что едва смогла что-то ответить Максу.
— Будет интересно с ней познакомиться.
— Я даже не сомневаюсь. Только, пожалуйста, не убивай её сразу. Она действительно хороший помощник, в бытовых вопросах я могу полностью ей доверять: что-то достать, купить, найти — в этом она мастер. Так что, если вдруг ты захочешь платье, например, из прошлогодней коллекции, и не уверена, что оно вообще где-то есть, спроси у неё — она найдёт.
— И никакой магии?
— И никакой магии.
— Тогда я действительно с удовольствием с ней познакомлюсь.
Ох, знала бы я тогда, чем закончится наше знакомство, я бы так не говорила. Но эйфория последнего дня притупила ревность и тот иррациональный страх потерять Яна, который теперь всегда меня преследовал.
— Отложим это на выходные. А пока я бы тебе советовал заняться всё-таки кандидатами. Большую часть Ян уже утвердил, но есть ещё парочка мест, может, ты захочешь кому-то их подарить. Но помни, это невероятный шанс, так что будь разборчива.
Я откинулась на спинку стула и задумчиво вертела чашку. Макса я слушала вполуха, потому что вся эта история с отбором мне не нравилась. Если Ян устраивал подобные вечера каждый месяц, то, даже отбирая всего по двое за раз, за год получалось двадцать четыре человека. А это много. Учить их всех магии — дело хлопотное, да и даже просто передать каждому какое-то магическое умение потребует слишком много сил. Так что я сильно сомневалась в честности этой игры. И сама бы никогда на такое не пошла, и именно поэтому ужасно не хотела в это вникать.