Ад и Рай Евы (СИ)

На лице Макса появилось настолько искреннее недоумение, что я сразу же предложила пройти за мной и самому убедиться, а то, мало ли, может, и мне всё это померещилось. В этой квартире возможно всё. Но нет, комната была на месте, и в ней ничего не изменилось.
— Ну вот, тут я и спала.
Макс почему-то остался стоять даже не на пороге, а в коридоре и молчал.
— Что? Что-то не так? — в тот момент я почувствовала себя как в замке Синей Бороды, где нечаянно зашла в запретную комнату.
— Что у вас с Яном произошло за это время, что он поселил тебя сюда? — наконец-то смог выдавить из себя ошеломлённый Макс.
— Ничего такого. Ты можешь мне объяснить, что не так, или это снова страшная тайна?
— На этот раз могу. Понимаешь, эта спальня… Она особенная для Яна. Он сам занимался её обустройством и практически никого к ней не подпускал, а потом она всё время стояла закрытая. И никому, кроме домработницы, нельзя было сюда заходить. Да и её он приглашал нечасто.
— И чем же эта комната такая особенная?
— Это комната для его невесты.
Вот теперь пришла моя очередь удивляться, и ничего умнее, чем «О-у», мне в голову не пришло. Макс это понял и продолжил:
— Видишь, я не могу сюда войти. Никто из мужчин не может переступить порог этой комнаты, кроме Яна, конечно же.
Не скажу, что я была слишком уж удивлена: то, что Ян невероятный ревнивец и собственник стало понятным давно. Но ситуация доходила до абсурда.
— А если у меня в ванной трубу прорвёт, Ян тоже сам будет её чинить?
— Поверь мне, не прорвёт. И всё-таки мне интересно, что же такого произошло, что ты получила эту спальню. И море цветов, как я посмотрю. Причём мне он ничего не приказывал, всё сам.
— Уверяю тебя, ничего такого. В любом случае, я не уверена, что смогла бы с тобой этим поделиться. Ты вот можешь рассказать, где был и чем занимался эти дни?
Макс даже не стал говорить, только улыбнулся и отрицательно покачал головой.
— Вот видишь. Мы всё прекрасно понимаем. И ещё, я хотела извиниться. Я была не права в тот день, ты ни в чём не виноват передо мной. Тогда я злилась на себя и своё бессилие, а накинулась на тебя. Ты меня прощаешь?
Раньше бы такие слова дались мне безумно тяжело, но не сегодня. За эти дни я пережила слишком многое, чтобы остаться прежней. И Ева, и Ива стали старше и мудрее. Иначе им не выжить.
— Я не имею права на тебя обижаться, ты это прекрасно знаешь, — очень официально и сухо ответил Макс, но по глазам я поняла, что он на меня не обижается. Мне нужен был хоть один друг в этом безумии, и я выбрала Макса, что бы там не говорил Ян о его якобы влюблённости в меня. Всё это не важно.
— Ладно. Не будем об этом. Расскажешь мне наши планы на сегодня?
Планов было много. Как всегда, мне нужно было успеть к Жанетте, и на этот раз я была этим довольна, потому что сама чувствовала, что нуждаюсь в уходе. И только потом, ближе к обеду, Макс должен был отвезти меня на официальную часть открытия фонда. А вечером нас ждала ещё и неофициальная, где я должна была блистать, как никогда прежде. Как и обещал Ян, день будет длинным и тяжёлым.
Пока мы ехали к Жанетте, я доставала Макса вопросами о моём поступлении и, конечно же, успела нажаловаться на Алису. Макс время от времени хмурился, понимая, что о каждом нашем слове будет известно Яну, но я в тот день могла себе многое позволить. И даже осторожный ранее Макс это понял и вскоре стал чуть разговорчивее. Он не понимал, что именно произошло между нами с Яном, но подозревал, что я получила какие-то привилегии. А вот насколько это было правдой, не знала даже я сама.
— Ян говорил, что выбрал лучшую мою работу. Интересно было бы узнать, какую?
— На самом деле он привёз мне все твои работы и даже черновики. Потому что для поступления на факультет журналистики нужны либо собственные публикации, либо непосредственно творческая работа прямо в университете. Так как публикаций у тебя не было, мне пришлось писать за тебя работу. Я прочёл всё, что нашёл Ян, и скажу, что стиль у тебя своеобразный, я бы не смог его точно скопировать, если бы требовалось написать рассказ, но это была нудная пресс-конференция, по итогам которой нужно было написать что-то в публицистическом стиле. Тут уж проблем не возникло.
 
— Ты там хоть не в стихах писал, а то я не умею в рифмы, — засмеялась я, всё ещё слабо представляя, как я буду дальше справляться с публицистикой, которую не особо-то любила.
— Не в стихах, не беспокойся.
— Подожди, а как ты в меня превращался? — Да, до меня всё доходит слишком поздно. — Или ты просто подписался моим именем?
— Ну, такое бы не прокатило. К счастью, я могу менять свой внешний вид, хоть и ненадолго.
— А зачем тогда была нужна Алиса?
— Наверное, затем, что последние дни я провёл в Китае по рабочим вопросам.
Угу, в Китае. А на самом деле Ян просто не подпустил бы тебя ко мне. Вот в чём загвоздка.
— А тебе тоже надо какое-то время провести рядом с человеком, чтобы превратиться в него?
— Да, мне нужен тактильный контакт перед этим.
Ну, тогда всё понятно. Ян тогда находился в таком состоянии, что был готов убить любого, кто ко мне прикоснётся. А ведь раньше Макс время от времени всё же касался меня, даже не считая того случая, когда ему пришлось не один час меня обнимать, чтобы спасти.
— И всё-таки Ян говорил, что какая-то моя работа очень понравилась комиссии. Ты что-то знаешь об этом?
— Да, это связанно с профессором Денисенко, его давним протеже. Сейчас он занимается тем, что помогает молодым талантам пробиться в мир литературы.
— Ты уж меня прости, но мир украинской литературы — ну такое себе. Честно, читала я многое и ничего не могу похвалить.
Макс впервые засмеялся от всей души.
— Отчасти я с тобой согласен. Мало годных вещей публикуют. А искусство ради искусства — действительно странная вещь и крайне непопулярная у обычного читателя. Но твои работы живые, реальные. Мне понравились.
— Ой, да ладно тебе!
— Ну, моё мнение в данной ситуации никто и не спрашивал. Но Ян посоветовался с профессором Денисенко, и тот тебя похвалил.
— А если бы это не Ян принёс эти работы, а я сама, что бы он сказал?
Макс хмуро на меня посмотрел.
— Намёк слишком прозрачный, не говори так больше. Когда ты познакомишься с профессором, то всё поймёшь. В общем, Ян только из-за него и запихнул тебя на этот факультет. Я лично советовал другие, более литературные направления.
— Да уж. Я уже чувствую, что мне там не особо понравится.
Макс снова хотел сказать что-то вроде «не говори так», но было уже поздно. Что сказано, то сказано.
— Ты сначала посмотри, поучись, а потом будешь капризничать.
— Спасибо за совет.
Сколько там дней осталось до начала учёбы? Ведь совсем чуть-чуть. Раньше я бы радовалась и ждала с нетерпением, но теперь что-то изменилось. Какой смысл с этого профессора, если мне не понравится специальность, или предметы, или преподаватели? Или одногруппники? Но я лгала себе. Дело было не в этих страхах, а в том, что этот университет и этот факультет мне навязали. И я не могла отказаться. Хотя… Мысли о побеге снова появились в моей голове, хотя ещё с утра я обещала быть приличной девочкой и вести себя хорошо, но…
— Почему затихла? Обиделась? — беспокойно уточнил Макс.
— Нет, просто переживаю. Ян сказал, что сегодня ко мне будет особенно много внимания, а я всё ещё к этому не привыкла.
— О, поверь мне, к тому, что будет происходить сегодня, ты точно не привыкнешь.
— Мне главное, чтобы не пришлось что-нибудь говорить.
Макс откровенно рассмеялся.
 
— Нет, сегодня блистать будет Ян, а ты должна быть просто миленькой, но умненькой. Умное лицо сможешь сделать?
— Эй! — конечно же, я и сама рассмеялась, но постаралась быстро стать серьёзной. С Максом мне было легко и комфортно, но Яну не стоит об этом знать. — Ты сегодня целый день со мной, или только привезти-отвезти?
— Целый день. В том числе и на открытии, и на вечеринке потом. Сегодня я в роли твоего телохранителя. Ян будет очень занят, поэтому попросил присмотреть за тобой, чтобы не было каких-то неловких ситуаций.