Ад и Рай Евы (СИ)

— Ты скрыл это от меня! Решил действовать за моей спиной! И я должен тебе поверить? Она — моя! И только моя! И я убью любого, кто к ней притронется.
Это были очень резкие заявления, не подкреплённые ничем. Но я уже слышала нечто подобное когда-то давно, когда парни решали за меня, кого я должна любить. Но это была тема для следующей записи, сейчас же я должна была вмешаться. Потому что единственный человек, который мог мне помочь, уже хрипел в руках ревнивца.
Я смогла подняться в кровати, но от Яна исходили такие ядовитые волны, что меня снова накрывало. Что же делать?
— Господин, пожалуйста! — едва слышно попросила я.
Наконец-то Ян обратил на меня внимание. Как потом оказалось, Макс, ухаживая за мной, успел смыть макияж и разобрать причёску. Так что теперь я стояла на коленях на кровати в невероятно беззащитном виде: бледная, с алым румянцем, горящими от лихорадки глазами и с растрёпанными светлыми волосами. Футболка, правда, была вся мокрая от пота, и именно это вызвало у Яна сразу эротические ассоциации, что и привело к конфликту.
— Это всё моя вина. Я попросила Макса мне помочь. Мне было так плохо…
По взгляду Яна, потемневшему ещё больше, я поняла, что говорю что-то не то, и затараторила в своё оправдание:
— Кристина. Я что-то не то сделала, и мне стало так же плохо. А Макс меня спас. Мне кажется, если бы не он, я бы уже умерла.
Ян разжал руку, и Макс с грохотом рухнул на пол.
«Будь покорной, и он тебя не тронет!», — услышала я голос Макса. Хотя я и так была более чем покорна — называть какого-либо мужчину Господином не входило в мои жизненные планы. Но тут уж либо пан, либо пропал.
— Почему же ты не позвала меня? — с ласковостью кота спросил Ян, садясь на кровать.
Я хотела указать Максу взглядом, чтобы он пока вышел, но он понял это и без моих подсказок.
От близости Яна мне стало душно. Я не могла нормально сформулировать, почему мне нужен был именно Макс. Я это просто чувствовала.
— Потому что он помогал мне всегда. И в ту ночь он тоже ухаживал за мной… Когда мне было так больно…
В голове кружилось. Я подумала, что если мне снова станет плохо, то Ян меня просто добьёт. Своей страстью, или что он так ко мне ощущает. В любом случае, это что-то тёмное и нездоровое, и оно мне не нравилось.
— Можно, он останется со мной? Мне так спокойнее.
Несмотря на мой ещё более жалобный тон, это не сработало. Вернее, сработало с точностью до наоборот — вдребезги разлетелось ещё одно зеркало.
А в это время по улицам Киева на невероятной скорости нёсся красный порш, водитель которого хотел убить либо себя, либо хоть кого, но, к его несчастью, на машине не оставалось ни единой царапины. Но об этом я узнала случайно и много похоже, а пока…
Я больше не могла сидеть и мягко упала обратно на одеяло. В комнате было невыносимо жарко. Кондиционер Макс не включал, а через открытые окна за день нанесло июльского зноя. Мне кажется, только тогда Ян понял, что мне действительно плохо. Красное, в испарине лицо, слипшиеся волосы, тёмная от пота футболка — выглядела я не лучшим образом.
А вот Ян как всегда блистал. Но его строгий вид как-то быстро стал по-домашнему уютным. Или мне так только показалось, потому что больше он себе такого не позволял.
— Тебе срочно нужно в душ.
Я уже находилась в полудрёме и отрицательно качнула головой. Зачем мне душ, если простыни и так пропотели, и я всё равно буду спать?
========== Глава 14. 15.07.18 Пена и кровь ==========
Моё состояние тогда было близким к очень сильному опьянению, когда ты что-то делаешь, и тебе даже кажется, что ты можешь контролировать ситуацию, но это не совсем так. Ты можешь сопротивляться, возмущаться, но трезвый, и, к тому же, сильный человек рядом сделает с тобой всё, что захочет. И не факт, что на утро ты что-то вспомнишь.
Тогда я ещё не понимала, почему мне так понравилась эта неловкая ситуация полной беспомощности? И только потом, с опытом, я осознала, почему многим так нравится подчинение, не только в сексе, но и в жизни. От тебя не требуют принимать решений и, соответственно, нести за них ответственность. До безумия простой ответ.
 
Но тогда меня и не спрашивали, и даже не предлагали. Ян просто подхватил меня на руки и понёс длинными коридорами. В моей комнате была крошечная ванная с душем, но, видимо, ему хотелось насладиться моим беспомощным состоянием в каком-то более роскошном месте.
Я засыпала у него на руках, поэтому он даже не надеялся, что я смогу сама принять душ. Ему это и не нужно было. Чем дольше он находился рядом, тем сильнее я пьянела, и тем меньше могла сопротивляться или хотя бы что-то осознавать. Для меня это до сих пор осталось странным пьяным сном. Но потом, не раз бывая в этой ванной, я понимала, что это была реальность.
Ян занёс меня в ванную и бережно усадил на пол душевой.
— Ты же не будешь против, если я помогу тебе раздеться?
Я сказала только «нет», мне так кажется, но имела в виду другое. Я не хотела всего этого, но и говорить уже не могла. Футболку он снял с меня без особых проблем, а вот с шортиками пришлось повозиться, потому что я даже нашла в себе силы его пнуть.
— Не делай так, иначе только на душе я не остановлюсь, — чуть охрипшим голосов прошептал Ян, и я больше не сопротивлялась.
Он так и остался в тонкой рубашке насыщенного винного цвета, в чёрных брюках, чёрных туфлях, и даже в чёрном галстуке. А я — в чёрных тонких трусиках, не способных ничего особо скрыть.
Ян повернул кран, и на меня полилась тёплая вода, хоть мне и так было жарко. Это немного отрезвило меня, и я даже смогла дотянуться до крана — ледяная вода остудила не только кожу, но и сознание. Как можно быть покорной в такой ситуации? Я не стеснялась и не боялась Макса и, при необходимости, вполне могла бы принять при нём душ. Но вот Ян…
Я постаралась особо не привлекать к себе внимания, вжавшись в уголок, из которого и заметила, как Ян набирает джакузи. На это я уже не подписывалась. Почему бы ему просто не выйти и не дать мне спокойно принять душ?
Ответ я знала и сама. Он сделает всё, что захочет. Главное, не провоцировать его.
Из-за шума воды я не сразу услышала, когда Ян вернулся. Кабинка была без бортиков, так что, открывая двери, он сразу же попадал в воду на полу. И он был к этому готов, потому что стоял босой, без ремня и галстука, с закатанными рукавами рубашки.
— Прости, что заставил тебя ждать.
Я не смогла сразу скрыть свой отрезвлённый вид.
— Вот ты хитрая, — рассмеялся он, закрывая за собой стеклянную дверь и подкручивая кран. Теперь он тоже был весь мокрый, кабинка быстро наполнялась паром. — Ты только делаешь себе хуже, ты это понимаешь?
Я с немым ужасом наблюдала, как он наносит гель для душа на пушистую мочалку. Неужели он будет меня мыть?
— Не надо. Я сама…
Я была уже готова на всё, лишь бы он больше не прикоснулся ко мне. А ещё я заметила, что на пол падают хлопья кровавой пены — он так и не помыл руки после драки. Моя кровь тоже может пролиться здесь, утекать вместе с водой и пеной, и жизнью.
На этот раз меня парализовал страх. Я прикрыла глаза и попыталась расслабиться, но его прикосновения заставляли меня вздрагивать.
— Прости, я понимаю, что ты ещё не совсем хорошо себя чувствуешь, поэтому большего не предлагаю, — засмеялся он, проходясь мочалкой по моей груди.
Только потом я поняла, к чему он это сказал. Бытует мнение, что у девушек от возбуждения твердеют соски. В моем случае оно было крайне ошибочно: мои соски жили совершенно отдельной жизнью, чем часто доставляли мне неудобства. Даже через плотный бюстгальтер им хотелось показаться миру.
 
Что я помню из этого мытья в душе? Что Ян был очень нежен, было слишком много пены и пара.
Я знаю, что вас интересует. Снял ли он с меня трусики? Конечно же, да. Честно, я и сама уже хотела нормально помыться, но, чёрт, такой пунцовой, как в тот момент, я не была никогда.