Ад и Рай Евы (СИ)

— Твои слова показались мне более заманчивыми, чем полусумасшедшая Кристина. Меня ещё никто никогда так не звал.
Он сказал это таким голосом, что у меня сбилось дыхание, и я почувствовала остро-терпкий запах секса. Так вот на чём он хочет меня подловить!
— Как сказал Макс, за всё надо платить. Мне же надо было отвлечь тебя от моей сестры. Господин.
Из моих уст это слово прозвучало с издёвкой, и в его глазах промелькнул такой гнев, что показалось, будто он меня ударит. Но он сделал мне больно иначе:
— Тебе было хорошо этим утром?
Лучше бы это была настоящая оплеуха! Я почувствовала, что краснею, причём не равномерно, а яркими пятнами под цвет моей маски. И все же я понадеялась, что в спальне просто была камера, и он заметил некоторые изменения в моей позе, но не был их непосредственным виновником.
Ян расхохотался.
— Снимай уже эту маску. И будем говорить, раз ты готова.
Он повёл меня длинными коридорами к другому выходу, и мы оказались на берегу реки. В белой альтанке уже горели свечи.
— Я знал, что мы сегодня поговорим, но не ожидал, что так скоро.
С реки тянуло холодом, и я сразу покрылась мурашками. Ян налил немного красного вина и предложил мне бокал.
— Я бы снова выпил за тебя, Ева. Потому что ты невероятна! Но сегодня ты была очень непослушной девочкой, так что… — он просто сделал несколько глотков.
— Раз уж я всё равно была бы тут, то не мог бы ты мне кое-что объяснить? — Ян молчал, и я продолжила. — Макс обещал мне, что я всё пойму, но я не очень поняла, что это были за люди. Выглядело это странно, если честно.
Мне кажется, Ян никогда не мог привыкнуть к тому, как легко я переключалась между темами. И поэтому не всегда был готов сразу мне ответить.
— Это действительно странная история. Как ты уже поняла, эти люди хотят от меня кое-что получить. Это разного рода способности. У кого-то они уже есть, и я лишь направляю их в нужное русло, а кто-то просто получает дар.
— Просто? У тебя? А что там по оплате?
— Я смотрю, ты уже хорошо усвоила главный закон Макса. Оплата у всех разная. Поверь мне, у каждого человека найдётся что-то такое ценное, что можно забрать.
— И даже у тебя? — рискнула я.
— И даже у меня, хоть я и не человек.
— Понятно.
— Ты даже не спросишь, кто я?
Я повела плечами.
— Какая разница, как тебя называть. Я видела, что ты питаешься молодостью девушек. Пока что мне этого с головой хватает.
Со мной снова произошло то, что случалось в моменты острой опасности: я не испытывала страха. Вообще. Более того, впервые за две недели этот мужчина меня заинтересовал. Я хотела побыть с ним дольше и узнать побольше.
— Ты права и не права одновременно, — начал было Ян, но отвлёкся. — Выпей вина, оно действительно хорошее. У меня всегда всё самое лучшее…
«Кроме девушки», — едко подумала я, и мне показалось, что он услышал эту мысль.
— Так вот, я не буду отрицать, что девушки действительно отдают мне свою жизнь, молодость, здоровье. Но это не самоцель, а скорее побочное действие. Это во-первых. А во-вторых, как бы это банально ни звучало, я ищу одну единственную девушку. Ту, которая сможет нейтрализовать моё негативное влияние.
— Так пока ты её найдёшь, ты же кучу людей убьёшь!
— Чаще они сходят с ума, если это для тебя важно.
Я пригубила вина и прикрыла глаза. Как же было хорошо. Даже слишком.
— Ты туда что-то подсыпал?
— Нет, это просто вкусное вино. Если бы я хотел, я бы взял тебя и без алкоголя или наркотиков.
Взял. Я этом слове было что-то патриархальное. И меня всегда это возмущало. Почему мужчина может хотеть женщину, покорять её, брать, в конце концов, и владеть безраздельно? Но вот женщинам положено лишь подчиняться?
Я искривила брови в таком сомнении, что даже Ян улыбнулся.
— Прости, я забыл, что это ты меня сегодня позвала. Ты сказала, что ты готова. Не объяснишь, к чему?
Я и сама в тот момент не знала. То есть, конечно, моё подсознание уже всё тогда решило, но ему так не хотелось в этом признаваться, что я сказала:
— Готова выслушать твои предложения. Макс говорил, что после этого вечера я должна решить: оставаться или уходить.
 
Ян покрутил длинными пальцами ножку бокала. Как же я любила такие мужские руки! Опасность, опасность! Он начинал меня привлекать.
— И куда бы ты ушла? Искала бы съёмную квартиру? Или вообще уехала бы из Киева?
— Скорее всего, уехала бы, пока ещё можно подать документы в другой вуз.
— Вот так просто, из-за таких глупостей, ты бы бросила всё? Я не верю! — Ян встал, опираясь на стол, и наклонился ко мне. — Ты только что смогла мыслями докричаться через весь город! Да так, что я чуть не оглох. Ты так ударила Макса, одного из моих сильнейших помощников, что он до сих пор отлёживается где-то. И ты говоришь мне, что убежала бы от меня, потому что испугалась? Испугалась чего?
— Тебя, — я тоже подалась вперёд, и наши лица оказались непозволительно близко. Но между нами сверкали молнии напряжения.
— Тебе меня не обмануть. Ты испугалась себя, испугалась, что я окажусь сильнее, и что ты не сможешь мне противостоять.
— Я не вижу разницы, твой ответ просто многословнее и больше тебе нравится.
Ян чуть отстранился, но не сел.
— Ты знаешь, что чувствуют девушки, когда я с ними?
Бог ты мой! Как я могу знать?
— Я сегодня слышала странную фразу: «Будто ты в Аду и в Раю одновременно». Но что-то по Кристине я Рая не заметила.
— А что ты почувствовала тогда в клубе и потом в ресторане?
— Ничего такого.
Я ответила слишком быстро, и он раскусил ложь.
— Ладно, не хочешь — не говори пока. Но мы ещё вернёмся к этому.
Он сел и налил ещё вина.
— Давай поговорим о твоей сестре. Ты так не хотела, чтобы я её трогал. Что ж, я не только не убью её, но и оставлю в покое. Возможно, даже помогу с реабилитацией.
— Но за всё придётся платить?
— Да. Именно так.
— И ей есть чем заплатить?
— Она платила сексом. И, поверь мне, её наркотиком был я. Без меня она больше никогда не будет счастлива.
— То есть, в любом случае, ей очень сильно не повезло встретить тебя?
— Именно так. Но дело же не в этом. Я исполню свою часть обещания и больше не трону её. Но будут следующие. Ещё и ещё. Ты же видела мой клуб. Они все так юны…
— И чисты?
Ян отвлёкся от мечтательных речей и посмотрел на меня с горькой усмешкой.
— Если ты о девственности, то, поверь мне, Кристина была прекрасным исключением. Остальные мне попадались уже очень испорченными.
— Значит, ты не там искал просто. По таким клубам приличные девушки не бродят.
— Они там работают, да? — укол прошёл мимо. Я не стеснялась своего скромного сексуального опыта. Но Ян как-то снова зацепился за эту тему.
— Вот ты, например, что вспоминала в тот день, когда Кристина тебе открылась?
— Что я могла вспоминать? Свою первую любовь и секс с ним, — абсолютно откровенно ответила я. Мне нечего было стесняться.
— И это было прекрасно?
— И это было прекрасно. И совсем не грязно, если ты хотел перевести на это. Ты никогда не испытывал любви? Не страсти, сжигающей всё дотла, а созидающей любви?
Ян молчал. Его лицо причудливо менялось в дрожащем огне свечей.
— Любовь — это не только брать, точнее, можно вообще ничего не требовать взамен, а только отдавать. И от этого наполняться ещё больше.
Он фыркнул и расхохотался.
— Ты слишком юна, чтобы учить меня любви. Но раз ты так уверена в своих силах, то вот тебе уговор: я не трогаю твою сестру, а взамен ты всё время будешь со мной. Ничего для тебя нового: работа, квартира, появление вместе на всяких вечеринках.
 
— И никакого физического контакта.
— А если ты сама этого захочешь?
— Я дам тебе знать, если вдруг сойду с ума. А так твой максимум — то, что было в том ресторане.
— Что ж, такие условия меня вполне устраивают.
Ян протянул мне ладонь, и я аккуратно вложила в неё свою. Он не пожал мне руку, а так — едва подержал. А мне почему-то захотелось его коснуться. Но я оставила это на конец вечера. И захватила с собой бокал. Всё лучшее — впереди.