Ад и Рай Евы (СИ)

— Я это уже поняла. Но, если ты не заметила, ни на одной вещи нет ценника, так что они действительно не продаются.
— Даже этот костюм?
— Даже этот костюм. Если только я сама не захочу его продать или подарить.
Её голос, до того раскатистый, теперь стал мягким и вкрадчивым. Она была непроста, и мне следовало быть с ней осторожной. Мы немного помолчали, я всё ждала от неё окончательного ответа и цены.
— Значит, ты действительно его жена? Слухи не врут? — спросила она, смакуя каждое слово.
— Я его девушка, — мягко улыбнулась я, стараясь сгладить это напряжение, но в голове уже вспыхнули колким воспоминанием слова Яна о том, что в магическом мире я уже его жена.
Женщина громко фыркнула и потушила сигарету.
— Не так я тебя представляла, не так. Ты сама-то хоть поняла, во что ввязалась, девочка?
Это мне уже не понравилось. Её покровительственный тон заставил меня почему-то покраснеть.
— Мы отклонились от темы. Сколько вы хотите за это платье?
— Для начала примерь его, а я подумаю.
С особой осторожностью она снимала платье с манекена и вручила мне его с какой-то тайной торжественностью, будто это что-то означало.
— Мы так и не познакомились. Как тебя зовут, я знаю. А меня зовут Лана Ларина. И с Яном твоим мы знакомы, довелось пересечься. Но не переживай, тебе ничего не угрожает.
Говорила она это, помогая мне надевать сложное платье. Странно, но оно тоже село на меня как влитое. Будто на меня шито. Мне вообще показалось, что вся эта одежда давно меня ждала, именно меня.
— Я бы ещё добавила немного прозрачной ткани здесь, чтобы юбка не казалась такой пошло-короткой. Получится такой шлейф, как тебе?
Лана вся преобразилась. Работа увлекла её, и она совсем забыла, на ком было её платье. Главное, чтобы оно хорошо сидело, чтобы идеально смотрелось. Но я всё равно её побаивалась. То, что она знакома с Яном, то, как необычно она себя вела, удивляло меня. И особенно удивило следующее.
— Что ж, платье я тебе продам, только если тебе есть чем заплатить.
Я напряглась, предчувствуя какой-то очередной магический трюк.
— Сколько у тебя есть денег?
— У меня безлимитная карта, так что…
Лана улыбалась.
— Нет, не пойдёт. Деньги Яна я не возьму. Сколько у тебя есть твоих денег?
Я вспомнила, что у меня ещё есть карта, на которой лежала достаточная сумма денег, заработанных у Яна. Но Лана тоже отвергла их.
— Это снова деньги Яна. А мне от него ничего не надо. Ты можешь заплатить своими деньгами?
Она так подчеркнула слово «своими», что я вспомнила и покраснела.
— У меня там совсем немного…
Эту карточку я с трудом нашла в кошельке, просто носила её по привычке. И на ней была неприлично маленькая сумма, с которой я приехала покорять столицу. Там было так мало, буквально две средних стипендии, на первое время, пока я не найду работу.
— Этого слишком мало, чтобы заплатить за такую вещь.
Мне стало до боли в груди, до комка в горле обидно, и я поспешила отвернуться.
— Это уж я буду решать, девочка моя. Это моё платье, и я имею право продать его хоть за одну копейку.
— А всё остальное? Мне здесь понравилось так много вещей! Неужели вы не продадите их мне? Из-за Яна?
Что-то такое наивное, беспомощное, детское прорвалось в моём голосе, что Лана захохотала.
— Я продам тебе всё, что ты выберешь. И, если хочешь, буду и дальше шить для тебя. Бери, не стесняйся.
Это показалось мне полным безумием. Столько вещей, таких красивых, эксклюзивных, оригинальных! Я захотела почти всё! И набрала почти всё. А когда пришло время платить…
— С тебя восемьсот восемьдесят восемь гривен восемьдесят восемь копеек. Желательно заплатить вот той картой.
— Вы шутите? Это же… Зачем? Вы же разоритесь!
За эти деньги я могла бы купить буквально три-четыре футболки в масс-маркете, да и то на распродаже.
— Я назвала свою цену, ты готова её заплатить?
— Да.
Платёж прошёл, Лана даже выдала мне чек.
— Заходи ещё. Я с удовольствием сошью что-нибудь для тебя.
Она поспешила вытолкать меня за двери, в которые я едва протиснулась со всеми пакетами. Андрей нетерпеливо топтался возле двери, выкурил уже с десяток сигарет и теперь с явным облегчением подхватил мои покупки.
 
— Ну, теперь-то домой?
— Домой.
Я была слишком ошарашена этой странной женщиной, чтобы думать о чём-либо, даже о Настасье, или о том, что ничего не ела с самого утра. Как можно было так легкомысленно отнестись к деньгам? Я ведь могла заплатить за эти вещи огромные суммы и не пожалела бы денег. У меня даже остались те, докиевские деньги, и я могла бы отдать их все, до копейки. Но Лана назвала цену. Такую низкую! Может, я чего-то не поняла? Может, была какая-то ловушка, раз она знакома с Яном? Стоило позвонить ему, посоветоваться, прежде чем соглашаться. Но то платье… Его, кстати, со мной и не было — Лана взялась немного переделать его, чтобы оно вышло скромнее, изящнее. Лана теперь будет шить для меня, это очевидно. Но с Яном всё же стоило это обсудить. Как же всё это было странно!
Медленно и торжественно, с лишним пафосом три громоздких машины въезжали на закрытую для посторонних территорию двора многоэтажки. Навстречу мне выезжал красный порш Макса, и я встрепенулась, хотела, чтобы он остановился, чтобы мы могли поговорить, но наши машины просто разминулись. Так что пришлось ему позвонить, потому что я же совсем забыла!
— Привет. Зачем приезжал? Привёз мне Настасью?
— Ну, для начала и тебе привет, — Макс отвечал лениво и небрежно. — Она в квартире, вместе с Лизой, получает инструкции.
К лицу прилила кровь — Лизу видеть в своей квартире я не хотела. Да и вообще, устроили тут проходной двор! Признаться, я даже не хотела, чтобы Макс надолго задерживался в квартире — он там теперь лишний. Но он поспешил меня удивить:
— Если тебе аж так не терпится увидеть свою ненаглядную, зайди в квартиру двести пятнадцать, это на десятом этаже. Думаю, найдёшь.
Сначала я послала Андрея отнести все покупки в квартиру, но он буркнул, что «ему не велено от меня отходить», и я поняла, что он поедет со мной в двести пятнадцатую квартиру. Зато на помощь пришёл «курьер» Ваня — единственный из всей толпы моей охраны, кто хоть как-то реагировал на моё присутствие. Я так и не познакомилась с остальными — не было времени, да и они делали вид, что я не живой человек, а только драгоценная статуя, за сохранность которой они отвечают. Но в тот момент мне было не до этого — Настасья была здесь, так близко, в моём доме!
Лифт за считанные секунды домчал меня на десятый этаж, и я на мгновение заколебалась перед нужной дверью. Здесь всё было не так, как я привыкла. На широкой площадке было шесть дверей, значит, здесь шесть небольших квартир, а не неприлично огромные апартаменты. То есть это просто квартира, просто в большом доме. А как там внутри? Меня разрывало от любопытства. Я знала, что весь дом принадлежит Яну, соответственно, он может спокойно заселять его своими подопечными. Но всё равно на какую-то долю секунды мне это показалось странным и в то же время приятным: в роскошном мире Яна появилось крошечное окошко в мир обычных людей.
Дверь была не заперта, я слышала за ней женские голоса и поэтому не стала звонить, сразу вошла. Прекрасная Лиза в строгом, хоть и лёгком костюме (видимо, только с офиса) стояла, опершись на подоконник в большой комнате, которую было хорошо видно с просторного коридора. Настасью я пока не видела, только слышала, что она там же, слышала её встревоженный, немного дрожащий от нервного напряжения голос:
— Я, если честно, сама ещё не понимаю, что должна делать. Всё это так странно!
 
Тот факт, что первой Настасью встретили Ян, Макс и теперь ещё и эта Лиза раздражал меня до невозможности, но мне пришлось взять себя в руки, выдохнуть и громко поздороваться:
— Добрый день! Я не помешала?
Лиза подняла на меня надменный взгляд, явно проходясь по моей одежде — я так и осталась в футболке с единорожкой — и покорно улыбнулась: