S.T.A.L.K.E.R. Клетка Удава (СИ)

Как раз вовремя в зал забежали Брелок с Саяном. В руках девушка несла пластиковый контейнер с крышкой. Внутри лежал зелёный артефакт, больше похожий на слегка помятую хурму. Только ни фига не вкусную! Вблизи я увидел, что противная жижа, натёкшая с «Сердца Оазиса», только на сантиметр наполнила дно коробочки. М-да, правду говорил Азраил, что сок с него медленно капает. Не добегая до нас несколько шагов, Вероника полоснула по воздуху «Клыком», словно отмахивалась от невидимого противника. С треском вырисовалась кривая молния. Сначала в открывшемся портале отразился разгромленный бар станции, который плавно сменился светлым залом с обеденными столами. За одним из них сидел устало Волков. Пророк, что стоял рядом, поначалу направил на телепорт автомат, но увидев в нём нас, успокоился.
— Уходим, быстрее! — я пропустил вперед себя Азраила с Жаровым, жестом указал Саяну следовать за ними. Схватив Нику за руку, я протолкнул её в портал и сам сразу же прыгнул за ней, не разжимая пальцев. Мимолётная вспышка перед глазами и холодок по всему телу. Оказавшись внутри старого убежища, я облегченно выдохнул. Обнял Веронику за трясущиеся плечи, наклонился к Саяну, потрепав его по макушке. Выбрались! Спаслись от гадов!
Портал захлопнулся, обдав меня прохладным ветерком. Я резко обернулся, опомнившись, что Журналист мог не успеть зайти в него. Не хотелось бы увидеть половину его тела. К счастью, излом был в полном порядке. Отряхнув брезгливо плащ, он любопытно огляделся по сторонам, изучая новое место. Расширил ноздри, принюхиваясь как моя собака. А здесь почти ничего не изменилось! Те же стулья, столики, тумбочки. Вот плита с печкой, в которой Лиза готовила нам шарлотку. Из новинок прибавился холодильник и нормальная раковина с краном. Значит, и воду не нужно будет постоянно таскать вёдрами и мыть посуду в тазике… Боже, тут даже гитара Дружинина! Стоит в уголке, прислоненная к стене, будто только что на ней кто-то играл и просто отставил в сторону. У меня заныло в груди как старый синяк при нажатии на него. Это всё было взорвано, уничтожено до чёрного пепелища, но восстановлено по желанию Азраила. Словно время вспять повернул. Жаль, что с потерянными жизнями так нельзя…
— Раненых больше нет? — спросил Пророк, подобрав Кахира с пола. Кот протяжно скрипуче проматерился, вися в руках хозяина как безвольный мешок. Прямо всем видом показывает, как устал воевать с врагами.
— Вроде, нет, — Вероника огляделась, задержала дольше опасливый взгляд на изломе. Поставила аккуратно коробочку с «Сердцем Оазиса» на кухонную тумбу и обратилась к Волкову. — Сергей, я захватила с собой целебные артефакты, давай помогу.
Девушка подошла к долговцу, не ожидая ответа, села перед ним на корточки. Отстегнула молнию на куртке и вытащила из кармашка горстку блестящих разноцветных камушков. Перебрала их в ладони, выбирая определённые по своему знанию. Я бы первый попавшийся хватанул, зная, что он лечебный. Какая разница-то?
— Спасибо большое, — необычно скромно для себя произнёс Волков, наблюдая, как Брелок прячет ему под мотки бинтов один из осколков. Прокашлявшись, он добавил немного рассеянно, — надеюсь, с Виктором и Юрием всё будет в порядке. Вы оставили им сообщение?
— Не волнуйтесь, я им оставил зашифрованное послание на стене. Семецкий точно поймёт. — Азраил приземлился на соседний стул рядом с капитаном. Откинулся устало на спинку, прикрыв глаза. — Думаю, если они в течение часа не появятся, то придётся кому-то отправиться на «Янов» поискать их.
Возвращаться на станцию, кишащую голодными монстрами, не очень-то хочется, только бросать наших парней, это не дело. Юрий-то справится, оживёт раз пятьдесят, а вот за Витьку я беспокоюсь. Но, уверен, Семецкий его не бросит, защитит, если что.
— А где Ромка? — спросил я, заметив, что в зале подозрительно тихо. Не хватает на фоне оханий и ворчаний по поводу дрессированных страшных собачек.
— Наверх пошёл, искать розетку, — ответил Пророк, сев за свободный столик, посадив кота на колени. Кахир сжался в комок, надув щеки как обиженный на весь мир хомяк. Что-то невнятно пробурчал, пошевелив длинными усами. Не нравится ему, видать, смена дислокации. — Странный он паренёк. Не для Зоны он. Зачем сюда сунулся, дурак?
 
— Да фиг с ним! — раздраженно произнёс Жаров, восседая на кухонной тумбе в пыльных штанах. С недоверчивым прищуром он обратился к алхимику. — Я так полагаю, мы тут надолго?
— Вероятно да, и очень надеюсь, что нас тут не потревожат, — сказал Азраил, облокотившись об стол. — Значит так, ребятки. Это у нас столовая и кухня, как видите. Припасы внизу, в подвале. Отдельных комнат нету, только одна большая.
— То есть, я буду с вами? Делить ночлег? — проговорил медленно Журналист, отчего-то недовольно покосившись на Саяна, что сел почесать задней лапой загривок.
— Так и быть, можешь занять подвал! — Азраил раздражённо развел руками, — одного матраса тебе, наверное, хватит…
Пока парни переговаривались между собой, я попятился к входным дверям. На вопрос Жарова, куда это я намылился, ответил, что хочу разведать обстановку. Я немного слукавил. Хотел… проверить кое-что. Со мной на улицу пошли только Брелок и Саян. Судя по понимающему грустному взгляду, Вероника поняла мои истинные мотивы. Я не стал её отговаривать остаться в доме. В первую очередь, майор Юсупов — друг Вероники.
Я отпер двери, вынув из ручек ржавую арматуру, осторожно высунул нос наружу. Снова давление неприятное в груди. Я будто очень давно здесь не был, хотя не так много времени прошло. Округа была слишком болезненна знакома. Если в той «Клетке» Пустоши и Болота были залиты яркими оранжевыми цветами заката, то здесь всё окрашено в бледно-розовые тона. Справа тёмный лес, где обитала медведица с выводком, где-то по левую сторону лежит лабиринт из старой техники, а между ними болота с зомби-утопленниками, и чёртова деревня. Из рта выходил сизый пар, было морозно и сыро по-осеннему. Атмосфера кажется куда мрачнее, чем во второй «Клетке». Ни хихиканий крысоволков, ни зевков рачков, даже стрёкотов сверчков нет. Как повымирали все. Вероника взяла меня под руку, и мы неторопливо прошли вдоль стены двухэтажного одинокого дома посреди поля. Саян бегал рядышком, опустив морду в траву. Фыркал, почуяв чьи-то следы. Может, остались еще наши. Или кто-то после нас успел побывать и исчезнуть, раз дом пустует.
И вот они, две безымянные могилы. Просто два бугорка закоченевшей голой земли. Ни креста, ни камня над ними, как обычно и хоронят сталкеров. Только иногда кто-то воткнет в холмик палку, нацарапает на ней прозвище погибшего. И хорошо, если падальщики не доберутся до его тела. А Дамир и Морозов останутся тут навечно. Или пока по желанию Азраила пространственная аномалия не лопнет. Кажется, мы больше минуты стояли с Брелок в молчании. Саян преданно сидел возле наших ног, смотрел заискивающе, помахивая кончиком хвоста. Понимает, что на нас обоих печаль накатила.
— Я знал их мало, но успел понять, что они хорошие мужики, — сказал я негромко, не желая нарушать тишину, какая обычно бывает на кладбище. — Дамир мне не понравился сразу. Ревность во мне говорила. Потом-то понял, что всё глупости были.
— Честно, между нами не было никаких любовных отношений. Хотя шуточки в «Чистом небе» про нас ходили, — сказала тоже вполголоса Брелок. — Не думала, что еще вернусь к нему на могилу. Дамир был моим лучшим другом. Хорошим боевым товарищем. Братом…
Она потерла зябко плечи, судорожно выдохнула, явно сдерживая слёзы. Я обнял её сзади, уткнулся носом в затылок.
— Такая несправедливость, когда уходят хорошие люди, а всякие уебки остаются, — шепнул я, потершись об мягкие волосы Ники щекой. — Что в Зоне, что на Большой земле.
— Сергей рассказал про Лесоруба и Тимура, когда ты без сознания лежал, — произнесла тихо Вероника, — жаль их. Я бы хотела с ними познакомиться.
— Не смотря на их предысторию? — я кисло усмехнулся, — Серёга всё тебе про них рассказал?
— Только то, что они были ему друзьями, — Вероника обернулась, положила руки мне на бёдра. Смотрела мне в глаза каким-то странным грустным взглядом. Чего сказать хочет? Помолчала немного, почти невесомо огладила мою щёку. — Не важно, что было у них в прошлом. Помни их такими, какими знал.