S.T.A.L.K.E.R. Клетка Удава (СИ)
Меня словно окунули в ледяной бассейн с чистой прозрачной водой. Вдохнуть было невозможно. Я ничего не понимаю. Это будто всё не со мной. Вижу себя, словно со стороны, смотрю какой-то жуткий фильм, но с полным безразличием. Меня издевательски пихнули под ребра, поволокли куда-то за руки. Каждую кочку на земле я остро ощущал в переломе. Кричать от боли уже не могу, не издаю ни звука. Всё это пустое. Меня опять наебали. Опять! Таким подлым обидным образом! Дали маленькую надежду, позволили на микроскопический миг насладиться свободой! И тут же жестоко отняли её. Я не выберусь отсюда никогда.
До закостенелого мозга достучался знакомый голос Пророка.
— Игорь⁈ Игорь, а где остальные⁈ Они живы⁈
— Не знаю, — сипло отвечаю я, смаргивая какое-то дегенеративное оцепенение. Меня усадили в один ряд с пойманными Пророком и Апостолом. Связывать не стали, но заставили завести руки за голову. «Дикари» хоть и потеряли большую часть разума, сообразили как-то не сажать меня на колени со сломанной ногой. Хоть за это спасибо! Я, стараясь не делать резких движений, чтоб ненароком не разозлить местных психов, огляделся. Уже по огромным шарам в поле сообразил, что коварный Удав забросил нас поближе к своему логову, в деревню к «дикарям».
Лагерь их крохотный, окружён со всех сторон лохматыми кустами. Всего два строения, одно из которых длинный помазанный глиной барак, а второе — бревенчатый низенький домишка, больше похожий на баню с маленьким мутным окошком, чем на жилой дом. Между ними находилась кирпичная будка с треснувшей вертикально стеной. Не то туалет, не то погреб. С другой стороны двора торчала прокопчённая жестяная бочка. Из неё цедил сизый дымок. Рядом беспорядочной кучей валялись наколотые дрова и натасканные сухие ветки. В пенёк-колоду был воткнут увесистый топор. В центре деревни стоял высокий деревянный столб. На вбитых гвоздях висели необычные гирлянды из крышек, пробок и мелких косточек. Самую верхушку украшал голый череп тарка с ветвистыми рогами. Тотем какой-то, что ли? В честь Удава? И поклоняется ему, по меньшей мере, с десяток «дикарей».
Все психи разномастные: свободовцы, долговцы и простые одиночки стали жертвами Удава. Навесили листья, мусорные пакеты, рыболовные сети, скатёрки, шторына дырявые комбезы и куртки. Странная какая мода у них. И почти у всех на голове черепушка крысоволка. У двоих заметил голову болотного рачка, наверное, рангом повыше будут. Каждый держал незамысловатое, однако вполне опасное оружие — вилы, топор, молоток и прочие инструменты, что при желании и умении могут убить. Безоружному противостоять такому сборищу бессмысленно. Доказательства того, что эти психи могут постоять за себя, сидят рядом со мной, сгорбив спину. Оба сталкера слегка помятые, на губе Пророка алеет свежая царапина, Апостол же прикрывает один глаз. Вот этому гражданину соседней страны можно было бы и сильнее наподдать! Только «дикари» больше ничего не делали. Стояли и тихо ждали чего-то. Вернее кого. Не пойму, зачем нужна была эта игра в школе, если эта скотина черножопая изначально решила нас покусать? Зачем надо было прикидываться Азраилом, устраивать ребусы? Или они заодно и фанатик специально заманил нас в ловушку к твари? Разнообразить, так сказать, своё шоу?
Среди стада «дикарей» выделялся один мужик в «Севе» без шлема. Сверху надел потёртый серый плащ с широким капюшоном. На голове, поверх ткани, нахлобучен венок из колючих веток. Суровая физиономия «дикаря» разукрашена зелёной и чёрной краской в замысловатые узоры. В правой руке он сжимал некий обтёсанный посох. Рукоять лопаты или какого другого инструмента. Посох на манер того столба, так же украшен ленточками с пробками, гайками и прочим мелким мусором. Наверное, владелец его вождь племени или шаман. «Дикари» переглядывались между собой, что-то бурчали на неизвестном нам языке. Больше похожим на звериный. Увидел бы я их в Зоне, принял бы за сталкеров, ужравшихся до белочки какой-то низкокачественной бормотухой. Их можно было бы пожалеть, ибо участь страшная. Но жалеть их лучше на расстоянии!
Сидеть в тишине пришлось недолго, не больше пары минут. Возле поленницы сверкнула молния, образовав сразу два мутных голубых портала. В них с трудом проглядывалось отражение деревни «дикарей». Образ дрогнул при срабатывании одного «телепорта». При виде бухнувшейся на газон матерящейся туши Волкова, я обрадовался. По крайне мере, живой! Только уместна ли радость в нашем положении? За ним сразу же, из второго портала, вывалился Чёрный. На первый взгляд мне показалось, что Удав убил его, но сталкер застонал, заворочался. Обе ноги его были неестественно вывернуты в коленях и стопах. Хорошо хоть долговец был целый. Он быстро поднялся, отступил на шаг назад, оценивая мигом обстановку. К новоприбывшим направились трое «дикарей», включая одного «рака». Стало ясно, что ожидали они не своё божество, а пойманных в ловушку «кроликов». Сделав еще шаг назад, Волков дёрнул ремешок автомата на груди. Да только самого «Калаша» след простыл. Оскалившись, Сергей грубо досадно выругался.
— Капитан, не рыпайся! — крикнул Пророк. Он уже учёный, как себя вести с этими психами. Волков смерил тёмным недобрым взглядом окружающих себя «дикарей», посмотрел в нашу сторону. Я прямо услышал, как заскрипели крепко сжатые зубы Волкова от злости. Пересилив свой темперамент, он покорно поднял руки над головой. Я облегченно выдохнул. Молодец. Пока лучше не бузить. Их больше, мы безоружны. Надо хотя бы выждать момент или понять их намерения…
Нас выстроили в одну линию — Волков дошёл неторопливо под тычки арматуры в спину, Чёрного нещадно проволокли по земле, усадили рядом со мной. Он глухо постанывал, тихо ругал «дикарей» за нелестное грубое обращение с «инвалидом».
— Как тебя смерть не берёт? — спросил громко Апостол. Несмотря на своё положение, тон его был надменный. Впрочем, задал он вполне рациональный вопрос.
— Почему это не берёт? — живучий сталкер приподнялся на локтях, кашлянул в противогаз. — Берёт! Еще как!
— Врёшь, — сухо отрезал азиат, — я убил тебя. Точно знаю. Почему ты еще жив?
— Потому что это Юрий Семецкий, — уверенно заявил я, и глянул на Чёрного, чуть приподняв голову. — Верно я говорю?
Вместо нормального ответа, Чёрный рассмеялся в резиновую маску, прерываясь тяжёлым кашлем. Двое «дикарей» рядом с ним нервно потоптались на месте, сжали крепче в руках оружие. Их «вождь» никак не среагировал. Смотрел себе под ноги, ковыряя концом посоха рыхлую землю. Будто его происходящее вокруг вообще никак не касается. Прервав болезненный смех, Чёрный кое-как усадил себя ровно, потёр ладонью правую сторону груди. Видимо, кроме ног у него сломано и несколько рёбер. Взялся одной рукой за противогаз. Потянул его с трудом наверх, высвобождая покрасневшее взмокшее лицо от тугой резины.
— Я думал как-то иначе щебя рашкрыть, — произнёс Чёрный устало. Коротко выдохнул, стёр ладонью пот с лица. Широко улыбнулся, открыв щербинку между передними зубами. При виде этой довольной, но в то же время слегка растерянной и виноватой физиономии, во мне закипела злость.
— Ну ты Юра и сука, — прохрипел я, сжав пальцы, случайно смяв шапку. — Знакомьтесь, пацаны! Если кто еще не понял, это Вечный Сталкер.
— Быть не может, — морда Апостола снова попала в «кадр». Поморгала в неверии, сощурилась еще больше, так что узкие глаза превратились совсем в тонкие щелки. Сталкер кивнул сам себе, придя к какому-то выводу. — Впрочем, это многое объясняет…
— Рад познакомиться с легендой, — подал робко голос Пророк, — хоть и обстоятельства не располагают.
— Даррова! — Семецкий добродушно помахал рукой кошатнику. На его резкое движение парочка ближайших к нам «дикарей» дёрнулись. Подняли молоток и вилы выше, как бы предупреждая не рыпаться. Кто-то из них даже зарычал.
— Тебя каким ветром сюда занесло? — спросил хмуро я. Возле сломанной ноги бухнулся чужой ботинок. Перед самым носом красноречиво пригрозили молотком. Я прикрыл глаза, глубоко вдохнув носом. Ладно, понял, больше никаких разговоров. Хотя очень хочется узнать правду, пока меня как бедного Багиру не схарчили.