S.T.A.L.K.E.R. Клетка Удава (СИ)

— Ну и? — Лесоруб подался вперёд, облокотившись о стол, внимательно глядя на Волкова. — Ты хочешь отправить новенького завтра к этому «Дубликату»?
— Да. Это хорошая возможность проверить его, — строго ответил долговец, постукивая пальцами по стенке своей кружки. — Я пойду вместе с ним, чтоб гадёныш не сбежал с припасами. Есть добровольцы?
— Окей, я пойду с вами! — я поднял правую руку. — Только вот загвоздка. Вдруг у Вити в пути новый приступ случится? Что тогда делать будем?
— По ситуации разберемся, — Волков поднёс кружку к губам, подул на горячий напиток, — но будем надеяться, что не придётся.
В ответ я лишь сухо кивнул. Сидеть в баре с этой компанией, что в штыки восприняла моего товарища, мне совсем не хотелось. Нужно как можно скорее пообщаться с Виктором наедине, рассказать ему… о нём. Может, если я поведаю всё подробно, парень хоть что-то вспомнит? Покаюсь, что бросил его раненого. Но что я мог сделать, сам с раздавленной рукой, истекающий кровью, без оружия⁈ Когда по лестнице мчится голодный кровосос, время пошло на секунды, а выход на крышу — отвесная стремянка! Как бы я поднял Багиру⁈ Нет, кажется, что я просто ищу себе оправдание за мерзкий поступок. Оставил друга на погибель, и сбежал трусливо…
Витя уже не спал. Лежал на спине, сложив руки на груди, и смотрел перед собой еще замутнённым взглядом. На моё появление он только слабо повёл головой, уставился с тупым безразличием. Я списал это на последствия приступа. Всё же ком к горлу подступил. Как неприятно, даже жутко его таким видеть. Я помню Багиру спокойным, добродушным, немного тормозным. Ну, за исключением убийства Кишмиша! Сейчас, правда, он казался совсем другим человеком. Может, «скадовцы» правы?..
— Привет, ты как? — я неуверенно улыбнулся, присев на самый край постели анархиста.
— Бывало лучше, — едва слышно признался Витя, медленно моргнув. — Ничего, через пару часов на ноги встану.
— Да валяйся, сколько тебе влезет, — грустно хохотнул я, поправив машинально усы, указательным пальцем. — Я чего пришёл-то… Готов про себя историю послушать? Вдруг чего вспомнишь?
— Рассказывай, — без колебаний ответил Багира, чуть приподнявшись на локтях для удобства. Что ж, пришлось зайти издалека, чтоб история была цельной. Второй раз за день погружаюсь в воспоминания. Стараюсь не пропускать ничего важного. Виктор слушает, не перебивая меня, иногда хмурится, покусывает нижнюю губу. Кажется, будто копается в собственном искалеченном мозгу, ворошит порванную пленку своей жизни. Когда я закончил рассказ на моменте нахождения Багиры на насосной станции, в ночлежке повисла тишина. Я выжидал от Виктора хоть какой-то реакции, а тот замер. Подёргивались только глазные яблоки. Он словно вчитывался в строки невидимой книги перед своим лицом. На секунду я даже испугался, что Багиру второй приступ накрыл.
— Ну что? — спросил я тихо, не выдержав. — Ничего не вспомнил?
Виктор не сразу ответил, чем напугал меня еще больше. Хотел уже Лесоруба орать, чтоб помог справиться с новым приступом, но анархист ожил. Глубоко вдохнул и шумно протяжно выдохнул, качнув с сожалением головой.
— Нет, — произнёс он шёпотом, и на миг на его лице отразилась странная кислая гримаса. Плохо, что ли? Болит где? Виктор сам пояснил, практически неслышно пробормотав. — Сестра. У меня была сестра…
— Да… Ты очень красиво отомстил за неё Кишмишу. До сих пор, как вспомню, так вздрогну.
— Сестра, — повторил громче Багира, словно не расслышал моих слов. — Как можно её совсем не помнить? Если я порезал за неё так жестоко человека, значит, я сильно любил её?
— Наверное. Я тут не в курсе. — Я пожал плечами. — Не расспрашивал у тебя об этом. Инцест, как говорится, дело семейное!
— Очень смешно, — Виктор с осуждением посмотрел на меня, а я не удержался и прыснул со смеху. Хотя да, ситуация не смешная! От нервов, наверное, ржу как дурак.
Я еще немного посидел в компании анархиста, ответил на некоторые его вопросы. Рассказал, что на завтра у нас поход, и чтоб парень был морально готов к нему. Сообщил, что Виктору, увы, придётся ночевать сегодня связанным, как психопату. Удивительно, что Багира не возмутился, наоборот, согласился с таким решением. Мол, прекрасно понимает недоверие остальных к себе. Что поступил бы так же.
 
— Игорь? — окликнул он меня, когда я был уже в дверях ночлежки. Я обернулся, встретился с его пристальным взглядом, и малость смутился от него. Багира произнёс уже более крепким уверенным голосом. — Я ничего не помню, не помню себя прошлого, поэтому не знаю, как бы тот среагировал. Но я, новый, поступил бы на твоём месте точно так же с кровососом.
От слов анархиста я опешил. Замер каменной статуей, переваривая услышанное. В душе стало спокойней. Не до конца груз вины свалился, но всё же, стал значительно легче. Отвечать Багире не стал, только тихо благодарно улыбнулся и вышел в коридор. Комментарии тут были бы лишними. Иногда стоит промолчать…
Остаток дня я провел на открытой палубе «Скадовска», слушая бурчания рачков и трели лягушек. Смотрел, как на болота опускаются медленно сумерки. Говорить больше ни с кем не хотелось. Настроение было ни к чёрту. Спать завалился пораньше, чтоб поутру быть в полной боевой готовности. И то ли ранний сон так на меня хорошо повлиял, то ли смена обстановки, но дрых я как убитый. Видел красивый сон, про садик, голых баб с Брелок, и почему-то с драконом. Я его прибил, и меня чествовал весь город как героя! Кричали мне, ура Водяной! Слава тебе, Игорь! Только среди хора голосов я начинал отчётливо слышать ломающийся голосок Тимура. Он разгонял сон как ветер облака, но я цеплялся за эту сказку, не хотел выныривать в реальность. Следующая же фраза выдернула меня силой.
— Водяной! Вставай блин, ты всё проспал!
— Как проспал⁈ — я резко вскочил с постели, чуть не столкнувшись лбами с пацаном. Тимуру повезло, что он успел вовремя отскочить, хоть при этом задел затылком край верхней полки. У меня по телу пробежался тугой прострел. Мышцы ломило после длительного изнуряющего бега и таскания на себе Багиры в виде умирающего лебедя. Да, по Зоне в работе наёмника приходилось бегать и волочить на себе кого-то, но не так часто и долго. Ощущения, будто меня кто-то ночью колошматил. А может, пока я мирно спал, на мне Волков отрывался? Прыгал по мне как на батуте?
Постанывая сквозь зубы и сгоняя остатки сонливости, я хватал машинально свои свежие постиранные вещи. Специально сложил их для готовности на тумбочке. Прям как знал, что опоздаю к подъему!
— А почему меня никто не разбудил⁈ — я торопливо натянул штаны, сплюнул на пол, поняв, что перепутал зад с передом.
— Ну, мы где-то час назад проснулись, пошли завтракать, — Тимур виновато ширкал носком ботинка по полу. — Лесоруб самый последний встал и тут Азраил на связь вышел. Сказал идти к Генераторам.
— Куда-а-а?.. — я опустился на кровать со спущенными штанами. — Етижи-пассатижи… Я надеюсь, не в нору к Удаву?
— Не-е-е! Он живет на старой военной базе. Шуметь на Генераторах нельзя, он проснуться может от любого громкого звука!
— Ой, как же замечательно…
— Короче, Азраил сказал, что «Дубликат» появится в самом центре антенн. Так что давай, быстрее!
— Да иду я, иду, — щелкнув ремнем, я схватил футболку, спешно выворачивая её. Ну, вот какого фига? Почему меня нельзя было разбудить, когда только этот прыщ монолитовский из радио заквакал⁈ Куртку я застегивал бегом в коридоре, нахлобучив шапку черте как. Не хотелось, чтоб Волков читал мне морали про лень и прочее подобное. Я ж сам вызвался пойти в поход! А это вы виноваты, что не растолкали меня вовремя!
Долговец с анархистом стояли перед главной дверью фактически готовые. Шли последние приготовления перед долгим путём: Волков проверял мой(!) автомат, отщелкивая магазин, Багира регулировал лямки рюкзака для удобства. К счастью, обошлось без лекций от Волкова о моём опоздании. Он только смерил меня презрительным взглядом сурового начальства.