S.T.A.L.K.E.R. Клетка Удава (СИ)

— Внимание бойцы! — от жёсткого командного голоса Волкова сердце снова вздрогнуло в волнении. Капитан, держа в руках новенький автомат «Вал», прошёлся строгим взглядом по каждому из нас. Не обделил даже животных. — Делимся на группы поровну! В мою войдут Жаров, Пророк с Кахиром и Роман. Остальные пойдут с Азраилом.
Я переглянулся с Брелок и Багирой, попытался ободрительно улыбнуться им. Меня группа вполне устраивает, кроме наличия Азраила. Обменял бы его на того же идиота Ромку. Впрочем, нет, алхимик будет куда полезней со своим «Апокрифом». Если только фанатика опять не накроет.
— Ну вщё, пора — Юрка тяжело вылез из-за стола, словно его возвращённая «Франчи» тянула его к земле за лямку. Коротко резко выдохнув, Семецкий добавил с заметным сожалением. — Удачи вам, ребята.
— Давай, мужик, — я первым подошёл к Вечному, хлопнул его ладонью по руке, крепко пожал. — На тебя с Журналистом вся надежда.
— Вы давайте аккуратней, чтоб вще живы и ждоровы были! — отпустив мою руку, Юрка, поколебавшись с секунду, обнял меня за плечи, так что дыхание сбил. Сука, как же не люблю я такие моменты! После меня с Семецким подошли попрощаться все, за исключением насупившегося Ромки и флегматичного Азраила. В стороне всё это время оставался и Журналист. Стоял возле холодильника, прислонившись спиной к стене, и поглядывал на нас исподлобья с неразличимыми эмоциями в холодных глазах. Я встретился с ним взглядом и просто кивнул. В этом жесте было всё. И благодарность за помощь, и просьба быть осторожными. Излом, наверное, понял, слабо качнул головой в ответ.
Порталы мы открыли практически одновременно. В первом телепорте, подрагивающим как чистая вода в пруду, был вид на некий заросший кустами холм, и одинокий покосившийся на бок телефонный столб с оборванными проводами. Во втором же была сплошная жуткая белая стена и ничего более. Как же ненавижу я этот туман! Ладони мигом взмокли при виде его недвижимых густых клубов. Задержав дыхания и закрыв на миг глаза, я шагнул в портал следом за Пророком. Секундное неприятное ощущение влажного холода, что становится уже привычным. Всё, больше в убежище я не вернусь.
Я отступил от портала подальше, пропуская остальных. Смотрел неотрывно на уютную теплую столовую, пока пространственная дверь не закрылась. Ощущалась необычная тоска по этому проклятому месту. Всё же там было много приятных моментов, не только трагедии. То же самое я могу и про «Скадовск» сказать. Вот так вспоминаешь это всё и на грудь тяжестью накатывает тоска. Сколько хороших ребят проклятые «Клетки» Азраила загубили! Каждый из них мог бы сейчас где-то в уютном уголке Бара или вообще за Периметром сидеть. Живой, здоровый и счастливый. Надеюсь, боги или духи, что наблюдают за Зоной, будут милостивы к нам, и все мы целы останемся. Я не хочу снова терять друзей…
Глава 18 
Переместились мы как раз к памятнику Ленину. Статуя стояла на месте, в той же позе, будто никуда и не бегала, как бы дико это не звучало. Чертов чёрный ящик так же был возле постамента, окутанный белой дымкой. У меня мороз по коже пробежал при виде него. Я поспешно отвернулся, слишком явственно вспомнив об его содержимом. Блядь, точно этого до самой смерти не забуду!
— Минутку, я немного развею туман, — Азраил покрутился на месте, словно отыскивал лучшее место на площадке для своей работы. Поднял правую руку со вспыхнувшим на ладони кристаллом. Мне начинает нравиться наблюдать за его фокусами с таинственным «Апокрифом». Приятный цвет, мелодичный звенящий звук и невероятная сила. Моей открытой макушки коснулся легкий ветерок. Облака тумана поплыли в стороны, открывая нашему взору пустые улицы города. Я крепче сжал в руках «Абакан», тронув указательным пальцем спусковой крючок. Если бы сейчас рядом с нами оказался грёбаный человек-паук или опять Удав, это порушило бы к хренам все наши планы. К огромному счастью наша группа на центральной площади Мёртвого Города была одна.
— Всё, народ, занимаем позиции, — Жаров махнул рукой в сторону ближнего к нам здания с красной вывеской на крыше. — Не рискуйте понапрасну!
 
— Серёга, — я задержал капитана, что уже собрался размашистым шагом направиться на свою точку. Волков обернулся, нахмурился, но как-то печально. Мы только вдвоём остались со «Скадовска». За короткое время много приключений успели пережить. И хрен его знает, увидимся ли еще! Вслух я этого не говорил, просто протянул Сергею ладонь. Долговец сильно, от всей души, сжал её. — Береги себя, капитан. И только попробуй сдохнуть!
— Не дождёшься, — усмехнулся Волков, отступив от меня на шаг. На его место встал Пророк, не сильно сжав моё плечо. Грустно смотрел как-то, не понравилось мне совсем. Будто реально прощается со мной.
— Веселей, кошатник! — я в шутку взъерошил волосы на макушке бывшего фанатика и тот недовольно фыркнул. — Когда выберемся, я в Баре проставлюсь на всех!
Пока прощался со своими друзьями по «Клетке», включая Кахира, что подбежал ко мне с мяуканьем, я заметил, как Жаров робко, бочком подошёл к Веронике. Кашлянул в кулак, что-то негромко сказал ей, я, к сожалению, не расслышал. Брелок в лице не изменилась, зато кожа в районе скул у неё заалела. Что-то коротко ответила лейтенанту и тот сухо кивнул. Попрощались, вероятно, тоже. Всё-таки в одном отряде были, притёрлись друг к другу. И признаться, даже с вредным лейтенантом и недалёким Ромкой нелегко прощаться. Тесных дружеских объятий не было, лишь крепкое рукопожатие, его вполне хватило.
На этом мы и разошлись. Наш маленький отряд направился к советской пятиэтажке, с рухнувшими двумя подъездами. Из трёх оставшихся Азраил посоветовал выбрать крайний к обвалу. Сказал, что там есть прекрасное место для снайперского гнезда. Вероника с Багирой вооружены СВД, так что мне, в случае чего, придётся прикрывать их, пока они оба работают по площади.
Подниматься на последний этаж пришлось с осторожностью — то ступеньки были сколоты, то перила напрочь отсутствовали, а лестничная клетка четвёртого этажа была прекрасно освещена из-за отсутствия наружной стены. Меня смутила эта огромная дырень, куда легко может протиснуться человек или мутант, но Азраил заверил, что Удав сюда не пролезет — «Апокриф» не даст. Бандиты или «дикари» по стенкам карабкаться пока не умеют, а паук, даже если и сможет засунуть в дыру голову, до нашей снайперской точки не доберётся.
Поднявшись на пятый этаж, алхимик завёл нас в одну из квартир. Боковая стена её так же обвалена, открывая доступ в соседнее жилище. Точнее в то, что от него осталось. Потолок рухнул, и бетонные плиты образовали низкий коридорчик. Чтоб протиснуться в него, пришлось согнуться в три погибели. За ним было две смежные комнаты с разбитыми окнами и кучей мусора на полу. Вроде неплохое место, к нам сюда еще попробуй подобраться. Здоровенный мутант точно застрянет, если надумает напасть на нас. А мы уж его встретим с огоньком.
Пока мы все собрались в одной комнатке, в ожидании заняв единственный диван. Только Азраил стоял перед окном, глядя на улицу сквозь маленький бинокль. Челюсти его крепко стиснуты, губы тонкие напряжены. Волнуется. Уверен, что побольше нашего.
— А тебе чего Олежка такое сказал, что ты вся покраснела? — спросил я у Вероники, поглаживая Саяна по макушке, что лежал возле моих ног. — В любви, что ли, лейтенантик признавался?
— Он просто попросил быть осторожней, — Брелок посмотрела на меня с укоризной, — никаких любовных признаний не было, не ревнуй! Я вообще Жарову неприятна.
— Ой, неприятна! — хохотнув, я легонько пихнул Витьку локтем в бок и наклонился к нему как бы заговорщицки. При этом говорил достаточно громко, чтоб все присутствующие услышали. — Мы, когда по шахтам бродили, Олежик мне такую истерику закатил из-за Вероники! Это еще кто ревнует, вопрос большой!
— Не выдумывай! — огрызнулась Брелок, отвернувшись раздражённо в сторону, от чего я гаденько захихикал.
— Так заканчивайте с разговорами, я подзываю своих зверюшек, — практически шёпотом сказал алхимик, поднеся к губам длинную белую трубочку, сделанную будто из кости. Тонкий почти неслышимый свист заполнил комнатку. Задремавший Саян тут же подскочил, поставив уши торчком. Недовольно заворчал, наклонив голову в бок. Не понравился ему этот звук.