"Фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

—Надень это на шею, — шаман протянул мне этот вампум, — этот амулет позволит мне поделиться с тобой своей силой, когда она тебе будет нужна. Не спорь, так надо.
Я особо и не собирался спорить. С виду ничего опасного в амулете не было, перстень тоже сигналов не подавал. Надел амулет под хирургический халат, да пошел мыть руки.
Операцию закончили глубоко за полночь. Шаманский амулет пригодился, без его помощи не вытянул бы пациента, слишком много повреждений и слишком много грязи и заразы в раны попало. Вымотался до невозможности, провалился в сон, не успев упасть головой на подушку. Проснулся с рассветом, совершенно не выспавшись, наскоро привел себя в порядок и пошел проверять пациента. Вождь по-прежнему был погружен в искусственный сон, швы выглядели хорошо, смущала только повышенная температура и испарина. Наверняка мы вчера не всю дрянь из него вычистили, все-таки с момента ранения до нашего прибытия прошло несколько часов, зараза с нестерильных когтей точно успела попасть в кровь. Вколол антибиотики, сразу несколько разных, вскоре испарина пропала, температура начала приходить в норму. За ночь силы вполне восстановились, поэтому я снова занялся ранами вождя, заживляя их, начиная с самых серьезных. После обеда, когда снаружи навалилась самая жара, мы с шаманом решили разбудить вождя. Сонный амулет был отключен, через несколько минут вождь проснулся. Взгляд его быстро обежал шатер, кратко остановился на мне, после чего уперся в шамана. Тот степенно поклонился, вознес хвалу духам за дарованное ими исцеление вождя, от чего меня несколько покоробило, ага, духи исцелили. А я чем тут занимался, спрашивается? Дальше пошло показушное церемонное расшаркивание между шаманом и вождем. В какой-то момент меня втянули в дискуссию, вождь вполне искренне (я уже научился определять эмоции собеседника) поблагодарил за свое спасение, сказав, что его дом — теперь мой дом, и прочая, и прочая. Самочувствие пациента было нормальное, с поправкой на обстоятельства. Окончательно убедившись, что пациент в норме и не собирается помирать, я откланялся и, определив по запаху расположение местной кухни, пошел туда. Вождю лучше пару дней питаться крепкими бульонами, все-таки ягуар сильно подрал ему кишки, вот я и распорядился, чтобы ему приготовили правильную еду, да не сыпали привычно больше специй, чем мяса. Проконтролировав приготовление, я вернулся в шатер вождя и проследил, чтобы он все выпил до последней капли. У пациента опять появилась испарина, снова вколол ему антибиотики. Как бы он ни хорохорился, вождь был еще очень слаб. Когда он уснул после еды, мы с шаманом устроили небольшой консилиум. Шаман сразу воспринял идею о микроорганизмах, чем меня немало удивил, и вскоре сделал собственный антисептический амулет. Кроме того, он дал мне несколько крайне толковых советов по артефакторике. Орочья магия шаманов сильно отличалась от человеческой, но базовые принципы оставались теми же. На всякий случай я выдал шаману запас антибиотиков, объяснив, как и против каких хворей ими пользоваться. Договорившись о тактике лечения, мы вернулись к спящему вождю и вновь занялись восстановлением его здоровья. Честное слово, все предыдущие пациенты здесь были куда менее проблемными. Тут и возраст (вождь был все-таки сильно старше наших солдат), и несколько отличная от человеческой анатомия, и сама тяжесть ранения. Колотую или резаную рану лечить куда проще, чем рваную, особенно если этих рваных ран много. 
Солнце только коснулось горизонта, когда я, совершенно вымотавшись, я буквально уполз в предоставленный мне шатер, разделся и рухнул на ложе и провалился в сон. Сильно за полночь палец обжог разряд из перстня, я проснулся, но, не видя опасности, решил не двигаться. С тихим шорохом полог шатра раздвинулся, закутанная в темные одежды фигура скользнула внутрь. Заготовив плетения щита и воздушного кулака, но пока не наполняя их силой, я сквозь полусомкнутые веки наблюдал за фигурой. Она явно сначала потеряла ориентацию в темноте шатра, снаружи было заметно светлее от звезд на ночном небе, но вскоре сориентировалась и пошла в мою сторону. Магии в ней не чувствовалось, поэтому я чуть расслабился. Фигура подошла к моему ложу, движением одной руки скинула одежду, движением другой руки сбросила с головы платок, прикрывавший также лицо. Передо мной стояла юная орчанка, ее стройная фигура вызвала бы жгучую зависть у любых земных фотомоделей. Длинные ноги, умеренно широкие бедра, осиная талия, высокая грудь идеальной формы, над этим всем лицо, которому позавидовала бы Нефертити. Кошачьим движением орчанка скользнула под мое одеяло. Я развеял заготовленные плетения, убивать меня тут точно не собирались. Остальная ночь была интересной. Такого накала страсти я давно не испытывал. Выспаться не удалось, зато с утра было отличное настроение. Более того, запас магической энергии полностью восстановился. 
 
Вождь шел на поправку, вовсю ходил по шатру и разминал затекшие от почти двухдневного лежания мышцы. На предложение убрать шрамы, оставшиеся от когтей ягуара, он ответил резким отказом, выдав банальность, что шрамы мужчину украшают. Окончательно убедившись, что его здоровью больше ничто не угрожает, я объявил, что мы вскоре возвращаемся обратно в ПВД, если гостеприимные хозяева нас отпускают. Гостеприимные хозяева готовы были отпустить нас не раньше завтрашнего дня, ибо вечером всех ждал пир.
Пир, как много в этом звуке… Орки вытащили на площадь (если так можно именовать пространство перед шатрами вождя и шамана) служившие здесь столами высокие топчаны, разложили подушки, мы на них расселись, и пир начался. Площади явно не хватило для всего племени, поэтому топчаны расставили также и по «улицам» проходов между шатрами, расходившихся от площади радиально. За столом с вождем сидели также шаман, Далер и я. Часть солдат рассадили за соседними столами. Еда была обалденно вкусной, никогда ничего подобного не пробовал, напитки были безалкогольные и слабоалкогольные, что-то вроде пива. Тут шаблон восприятия снова сломался. Из-за темного цвета кожи я до сих пор воспринимал орков примерно, как негров в Африке, но сейчас окончательно понял, что ничего общего с той, оставшейся в прошлом, ленивой публикой у орков нет. Да, темнокожие, но лица скорее европеоидные, разве что клыки более развитые, но, если не приглядываться, этого не заметишь. Кухня у них тоже другая, да и шаманы никак не мошенники, в отличие от своих африканских коллег. А уж женщины… я сужу, конечно, только по одной, но…
На пиру звучали здравицы как в честь гостей, так и в честь хозяев. Далер преподнес вождю в подарок рогатину великолепной работы на двухметровом древке, такую не стыдно взять в руки и королю. Молодец, лейтенант, догадался сделать правильный и уместный подарок. Вождь тоже отдарился, нам вручили по шкатулке с чем-то ценным. Затем шаманы пустили по кругу свой вариант «трубки мира». В воздухе отчетливо завоняло жженой веревкой. Нагнувшись к вождю, я посоветовал ему воздержаться сейчас от курения, тот лишь кивнул в ответ. Вождь передал трубку мне, я ее передал дальше Далеру, тот затянулся, чуть закашлялся, и его проняло. Глазки заблестели, на губах начала блуждать улыбка, трубка же пошла дальше. Далер усугубил затяжку изрядным глотком пива, тут ему совсем похорошело. Тем временем, часть столов-топчанов утащили в сторону, на площади освободился пятачок метров пятнадцать в диаметре. Откуда-то возникли музыканты, полилась музыка, африканскую и близко ничем не напоминавшая. В кругу начались танцы, в какой-то момент чьи-то руки выдернули меня из-за стола и потащили в круг. Вытащила меня высокая девушка, голова и лицо ее были закрыты белым платком, но глаза я узнал, именно она приходила прошлой ночью. Вечер пролетел быстро, мы танцевали, ели, пили, снова танцевали. Племя искренне радовалось спасению вождя, без которого оно вполне могло бы прекратить существование. В какой-то момент я увидел Далера, уходящего куда-то в обнимку с двумя девицами, остальные солдаты тоже не остались обделены женским вниманием. Только я один, похоже, был без пары, моя спутница упорхнула куда-то чуть раньше. Придя в шатер, я понял, куда она упорхнула. Эта ночь тоже обещала быть интересной. Впрочем, сколько я без женского общества обходился, месяца четыре? Это вообще нормально в моем возрасте?