"Фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— Передай, скоро приду, — сказала Мира.
Она хотела начать одеваться, но полог опять колыхнулся, из-за него раздалось:
— Ээээ.
— Что ещё?! — недовольно бросила она.
— Мне же не показалось? Лодочник Гай с вами? — спросил страж.
Они переглянулись.
— Не показалось, — ответил Гай.
«Он что, совсем дурак?» — спросил он.
— Господин Старший агент приказал и тебе прийти, — сказал страж.
— Мне твой Старший агент не указ, — заметил Гай, надевая сапог.
— Передай, он тоже придёт, — крикнула Мира и улыбнулась в ответ на удивлённый взгляд любовника.
Раздались удаляющиеся шаги.
— Что это было? — спросил Гай, пристально глядя на неё. — С каких пор ты взялась за меня отвечать?
Она наморщила нос:
— Ай, пожалуйста, перестань. Не обижайся, но иногда вы с Хадаром с вашими старыми тёрками выглядите смешно. Словно мальчишки, не поделившие одну песочницу.
Он усмехнулся и стал надевать второй сапог.
— Ну… Это так, взгляд со стороны, — добавила Мира, желая поскорее завершить завернувший не туда и проходящий по краю ссоры разговор. Она притянула к себе лежащее на полу платье и начала одеваться.
— Спасибо за совет находиться лицом к двери, — произнесла она чуть позже.
Гай скупо улыбнулся.
…
Хадар выглядел уже не таким умирающим, как до этого, но всё же сразу становилось понятно, что ещё на пару дней посольство задержится в Больших кочках. И это ещё по хорошим прикидам, если Дарина продолжит поить Старшего агента восстанавливающими зельями. Мира отметила возле его «ложа» начатую бутылку вина и глиняную кружку. Сидящее на плече Старшего агента Проклятие, увидев Миру, заулыбалось и в знак приветствия помахало невидимой шляпой. Девушка чуть улыбнулась в ответ, но так чтобы не привлекать ничьё внимание, ведь кроме неё и Хадара полупрозрачного карлика никто не видит.
Затем она обменялась змеиными взглядами с Дариной. Между ними ещё при первой встрече не возникло тёплоты в отношениях, но теперь во взгляде магини вовсе сквозила стужа. Мира мысленно хмыкнула и отвернулась: плевать. Пусть Дарина думает, что хочет, лишь бы подчинялась. Мира уже поняла, что путь власти — это путь душевного одиночества. Много тех, кто завидует; много тех, кто хочет что-то получить от «дружбы» с тобой; и лишь единицы действительно являются друзьями. Оттого они особенно ценны. В Азаре у Миры появилось немного друзей: газилинны, которые уплыли в неизвестном направлении; Бренн, которого она практически убила своими руками и Гай — наставник, любовник, друг. Она украдкой посмотрела на мужчину: он присел на один из сундуков, в устремлённом на Хадара взгляде замерло презрение.
«Никому его не отдам, — подумала Мира. — Он только мой зверь».
— Оставьте нас одних, — приказал Хадар, дежурившим у входа агентам. Те беспрекословно вышли, только закрывающий вход полог немного покачивался от сквозняка. Хадар, покряхтывая, сел. Дарина тут же подоспела, подложила под спину подушку, чтобы ему стало удобнее.
«З — забота», — хмыкнула про себя Мира.
И всё же, она была рада видеть Старшего агента в здравии. Почему-то сразу стало спокойнее и поверилось, что он всё организует в лучшем виде. Даже если самому Хадару до лучшего вида далековато.
— Садись, в ногах, как известно, правды нет, — проскрипел Старший агент Мире, указывая на расстеленные на земле циновки из цеплюча. Дарина как раз сидела на одной из таких, подобрав под себя ноги.
Мира с Гаем переглянулись. Она села на циновку, он остался на сундуке. Возникла неловкая пауза.
— Вижу, вам стало гораздо лучше, — сказала Мира, чтобы начать разговор.
— Твоими молитвами, — скривился Хадар.
Почувствовав на себе взгляд Дарины, она взглянула на магиню. Девушка тут же отвела глаза, в которых было неприкрытое коварство.
«Наверняка, рассказала Хадару, как я заставила её выпить зелье и чуть не оставила его без лечения. Ещё и отсебятины придумала, — подумала Мира. — Ну и наплевать».
— Спасибо, что приплыли меня спасать, — сказала она, решив, что будет обращать внимание на Дарину не больше, чем на циновку.
 
— Что в итоге с Бренном? — спросил Хадар.
Ах да, он же был без сознания, когда в бой вступили каменные монстры.
— Бренн погиб, — ответила Мира внезапно севшим голосом. — Но это случилось ещё до начала нашего плавания.
Хадар покачал головой, произнёс:
— В таком случае, помянуть надо, — он взглянул на Дарину: — Принеси ещё вина.
Она с недовольным видом встала, ушла в угол достала из корзины покрытую серой пылью бутылку. Коротко взглянув на Гая, Мира заметила, что тот пристально наблюдает за магиней. Мира вновь вспомнила своё видение, в котором Дарина отравила Хадара. Неужели оно возникло только из-за предположения Гая, что магиня засланный казачок? Нет, не может быть! Меньше всего это было похоже на игру разыгравшегося воображения — скорее, на воспоминание, вспыхнувшеее в памяти и вновь ушедшее в бессознательное.
— Дай-ка я открою, — сказал Гай, видя, что Дарина хочет открыть бутылку небольшим, каким-то дамским ножичком.
Девушка молча приблизилась к нему, протянула бутылку, держа её за горлышко. На мгновение их руки соприкоснулись, и Мире показалось, что в глазах обоих промелькнула заинтересованность. В сердце воткнулся коготок ревности, а перед глазами возникли слепые пятна, словно от слишком яркого света. Мира глубоко вздохнула: «Всё в порядке». Она никогда не была ревнивой и даже гордилась этим, говоря, что ревнивцы выглядят смешно. Но сейчас ничего не могла с собой поделать.
Неожиданно Гай выбил ножик из руки магини, обхватил её за шею, и девушка обмякла в его руках, закатив глаза. Бутылка выскользнула из её рук и упала на пол.
Это произошло так быстро, что Мира с Хадаром даже охнуть не успели. Старший агент запоздало рванулся вскочить, но тут же со стоном и гримасой боли упал обратно на подушки.
— Я не доверяю этой женщине, — просто объяснил своё поведение Гай и подхватил Дарину на руки.
— Стража! — крикнул он.
В шатёр заглянул агент, уставился на девушку у него на руках. Его рука схватилась за оружие, но Хадар сделал ему знак, что всё в порядке.
— Магиня переутомилась, когда лечила Старшего агента, — с ленцой произнёс Гай. — Нужно отнести её к ней в шатёр и уложить отдохнуть.
Агент вновь взглянул на Хадара. Тот кивнул, подтверждая слова лодочника.
Гай бережно передал Дарину агенту, и он унёс девушку.
— Ловко ты, — заметил Хадар.
Он взял с пола свою кружку с вином и сделал несколько глотков. Мира была уверена, что так Хадар скрывает волнение.
Не ответив ему, Гай вытащил из чехла нож, поднял с пола бутылку, которую выронила Дарина. Он срезал пробку, закрывающую горлышко бутылки и убрал нож обратно в чехол.
— Раз уж я лишил вас официантки, то обслужу сам, — улыбнулся он с грубоватым очарованием и налил себе и Мире вино в приготовленные Дариной кружки. Хадару тоже долил.
— За Бренна, — мрачно произнёс Старший агент, подняв кружку. — Жаль, что судьба обошлась с ним так круто. Но он успел мне рассказать, кто сделал его таким. Я этого не забуду и отомщу. Заставлю их за всё заплатить.
Его обезображенное лицо исказила маска гнева. Мира почувствовала, как в носу защекотало от слёз, а горло сжало.
— За тебя, Бренн, — прошептала она.
Перед глазами вновь возникла картина, как каменное чудище по её команде срывается с места и бросается на кукра. И можно сколько угодно говорить себе, что это был уже не Бренн, однако в голове всё равно звучало: «Это я отдала приказ убить его».
Зажмурившись до боли в глазах, она залпом выпила кислое вино. Поморщилась.
— Кто сделал из него кукра? — спросил Гай, выпив вино и выплеснув остатки на землю.
— Мой помощничек Майер и этот слизень Окато, — ответил Хадар.
Последний глоток он вылил на землю рядом с постелью, будто делился с Бренном. Мира помедлила и тоже вытряхнула оставшиеся капли из своей кружки.
— В связи с этим я подумал, — продолжал Старший агент, — а не подстроил ли сам Майер похищение Тиреда? Я вспоминаю, как осматривал с ним обезглавленного кукра. Майер тогда был очень спокоен… Слишком спокоен.