"Фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— А потом что случилось? — тихо спросила Мира.
Гай туманно улыбнулся и, перегнав травинку в другой угол рта, ответил:
— Потом у меня случился турнир, победа и лодка. Шататься по чужим «снам» стало без надобности.
— Вы будете со мной на турнире, как сейчас? — спросила она дрогнувшим голосом и украдкой посмотрела на него.
— Я пробиваю эту тему, — ответил он.
— Спасибо, — слабо улыбнулась она.
— Даже если не удастся, думаю, у тебя все шансы справиться самостоятельно.
— С вами мне спокойнее, — призналась Мира. — Просто, от одного вашего присутствия.
Он сделал вид, что не услышал. Они вошли в аллею, засаженную яблонями. Кроме них здесь никого не было, земля, словно снегом была усыпана бело-розовыми лепестками, звенели, рассекая воздух прозрачными крыльями, стрекозы и деловито жужжали шмели. Мира вспомнила слова Гая о передышке. Как скоро всё это закончится? Успеют ли они дойти хотя бы до конца аллеи? Впереди одиночество и темнота комнаты, звяканье ключей стражей, стук закрывающихся дверей. Мира судорожно вздохнула, к горлу подкатил комок. Так хотелось унести отсюда самые яркие, светлые воспоминания. Чтобы заполнять ими одиночество в застенках Башни.
— Гай, — тихо позвала Мира.
Краем глаза она видела, что он повернул голову, но не решалась взглянуть на него.
— Можно я вас поцелую? — ещё тише спросила она.
Он молчал.
— Всего этого всё равно нет! — воскликнула она. — Ни аллеи, ни яблонь, ни стрекоз, даже мы сейчас не здесь. Это сон, от которого я вот-вот проснусь. Неужели вам сложно сделать его счастливее? Чтобы было, о чём вспоминать наяву?
«Что я несу?! — со стыдом подумала она. — Навязываюсь взрослому мужику. Какая гадость!»
Гай развернул её к себе и поцеловал. Мира закрыла глаза, растворившись в ощущениях: запах яблоневого цвета, неистовый оркестр звуков лета и его губы: шершавые, словно обветренные на холоде. Гай уже отстранился, а Мира всё стояла, вытянувшись в струну, боясь одним лишь жестом всё разрушить.
Рядом кто-то деликатно кашлянул — чужой. Мира вздрогнула и распахнула глаза: она была в тренировочной, возле открытой двери стоял незнакомый молодой страж. Она испуганно огляделась: кроме них в тренировочной никого не было.
— А Гай где? — выдавила Мира.
— Ушёл. Куда-то опаздывал, — ответил страж. — Сказал, проводить тебя к себе.
— Да, конечно… — пробормотала она.
В груди растекалась пустота.
[1] Черубина Габриак «Ты в зеркало смотри»
[2]Елагин остров — остров в дельте Невы, в историческом районе, называемом Острова
[3]Фраза Чичикова из «Мёртвых душ» В. Гоголь
  
Глава 2. Магда
 
Услышав на крыльце шаги, Магда торопливо сгребла Слепые водоросли в магический короб. Так увлеклась гаданием, что не почувствовала приближения Гая.
Водоросли нашёптывали одно и то же: "Тебе угрожает женщина с отметиной над глазом. Она разрушит мир в твоём доме, она разрушит твою жизнь. Берегись её". Магда пыталась выспросить побольше: кто эта женщина и откуда придёт? Но водоросли отмалчивались.
Дверь со скрипом открылась, и Гай вошёл в дом, пригнув голову, чтобы не удариться о притолоку.
— Вода жизнь, — торопливо сказала Магда, отодвигая короб с водорослями подальше под стол.
Обычно Гай отвечал «И тебе не хворать». За годы это стало одной из милых традиций, которые накапливаются за годы совместной жизни. Но сегодня Гай машинально откликнулся:
— Вода жизнь.
Магда пристально вгляделась в его лицо: он даже не заметил, что сказал не как обычно. Его мысли были где-то далеко. Магда сдержала вздох: Гай был таким с тех пор, как выловил мокрозяву. Сначала она думала, его беспокоит пропажа лодки, или, что не заплатят за поимку девушки, но вот уже и лодка нашлась, и Гай положил на стол туго набитый камнями мешочек, а овладевшая им мрачная задумчивость не отпускала.
— Есть будешь? — спросила Магда.
— Да.
Он снял плащ, бросил в угол и, сев на лавку, начал стягивать сапоги.
 
Магда взяла с полки сушёное мясо и лепёшки. Воду для себя Гай всегда приносил из реки, ни разу не взял откукренную. Сняв сапоги, он встал за спиной Магды, наблюдая, как она давит в чашке корни травы сваох. Как-то Гай сказал, что растёртый сваох напоминает еду из его мира: хренадёр, только вкус чуть мягче. Магда украдкой поглядывала на него через плечо. Сегодня она рисовала его путь песком, и увидела, что Гай опять был в большом доме, отмеченном знаком агента. Для чего он ходил туда? Что задумал?
И почему стал наставником у мокрозявы?
Прежде он говорил, что никогда не будет готовить мокрозяв к турниру, а тут вызвался сам.
Эти вопросы не давали ей покоя, но спросить прямо она не могла. Знала, Гай разозлится, узнав, что она гадала на него. Не любил тотального контроля, как он это называл. А что Магде ещё оставалось делать, если это единственный способ узнать, где он, чем живёт, что делает? Ведь Гай никогда полностью ей не принадлежал. Уходил, возвращался, был нежен, заботлив, внимателен, но в тот момент, когда она думала, что это навсегда — вновь уходил. И так каждый раз.
Магде хотелось, чтобы они стали одним целым, когда один вдох на двоих и общие мысли. Но все попытки приворожить его ничего не дали. Спустя годы, он так и остался в этом доме гостем.
Всю жизнь Магда была занята обучением, отношения с мужчинами её не интересовали. Но исключительно чтобы иметь представление о сексе, она в юности перепихнулась с колдуном. Однако, ничего кроме скуки и разочарования не испытала. А когда он пыхтел на ней с таким сосредоточенным видом, словно повторял заклинания, её и вовсе разобрал смех. Потом был ещё один мужчина. Уже из Стражей ворот, и снова Магда не почувствовала ничего, кроме скуки и досады за проведённое впустую время. После этого она окончательно вычеркнула близость с мужчинами из списка дел, которыми стоит заниматься. Теперь она будет принадлежать только исследованиям.
Но всё изменилось после появления в её жизни Гая. Он не был лучше, мужественнее или красивее прочих, но рядом с ним Магда делалась больной. Всё тело ломило, груди наливались жаром и при малейшем прикосновении к соскам, её охватывала дрожь. Она была счастлива только когда он рядом.
А когда он уходил: всегда без предупреждения и прощаний — ей казалось, будто жизнь остановилась. Ночью, лёжа в одиночестве на холодной постели, Магда представляла, что он рядом, ласкает её. Его сухие шершавые губы целуют её шею, грудь, живот, опускаются ниже… Он входит в неё, и они становятся единым целым: живым, рычащим, извивающимся. Может ли быть счастье больше этого? Магда сжимала бёдра, и низ живота пронзала боль. Из горла рвался животный крик. Потом она долго лежала, беззвучно слизывая с губ слёзы и чувствуя себя глубоко несчастной.
Она понимала, что это безумие, нужно всё прекратить и не принимать Гая снова. Он не любит её. Испытывает признательность за то, что она вылечила его после казни, возможно, жалеет — но не любит.
Однажды она даже попыталась всё закончить. Лишь только почувствовав приближение Гая, опоясала дом несколькими кольцами магии. Стоило ему войти в первое кольцо, как его отбросило назад. Кусая губы, Магда наблюдала из окна, как Гай медленно сел, тряс головой, недоумённо оглядываясь по сторонам. Ей вдруг ясно представилось, что сейчас он встанет и уйдёт. Навсегда. В тот миг Магда поняла, что не может отпустить его. Он должен принадлежать ей — пусть даже не всегда. Но должен.
Она готова даже примириться со шлюхами из Весёлого дома, у которых он бывает, хотя то что Гай к ним ходит, причиняло ей боль. Магда не понимала, что он получает от них такого, чего не может получить от неё. Неужели кто-то из этих девок может любить его более страстно и самоотречённо?
В тот же миг она сняла магические кольца и сама выбежала к нему из дома.
…
Отложив камень, которым разминала корень сваоха, Магда повернулась к Гаю и, положив ладони ему на плечи, прямо взглянула в глаза.