"Фантастика 2024-8". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– А сейчас что, ушла?
– От ван Хорна не уходят… Виктория… Им ведь, ну, верхушке клана, персональный глидер полагается с водителем, а она сама летала. Так я ей машину готовил. Эх, Вика, девочка ты моя… Движок ей перебрал, как она просила, а раз крыло она помяла, так я за ночь сделал. Приносит она бутылку коньяка, благодарит, значит. Я говорю: только с вами, мисс Салливан, один пить не буду. Ну мы с ней в гараже под мои бутерброды и раздавили тот коньяк. Ей вроде лететь куда-то, а она пьяным-пьяна. Я говорю: доставлю, куда желаете. Она смеется… А, говорит, черт с ним, давай, Людвиг. Так вот иной раз и давала мне порулить. А теперь все, отлетался Людвиг…
– Да что случилось? – не выдержал Сандерс, видя, что старый пилот уже совсем раскис.
– А ты не шуми! Ишь ты какой сердитый. И пьешь ты без удовольствия. Ты ей кто? Никто! А Людвиг…
– Он ее парень, отец, – пояснил Полубой, толкая Сандерса коленом под столом, – потерялись они. Сам знаешь, как бывает. Что с ней?
– А-а… это дело другое. – Людвиг выпучил глаз, разглядывая Дика, словно только сейчас его увидел. – Вроде парень ты ничего. Только уж больно смазливый. Обидел ее, поди?
– Обидел, – Сандерс опустил голову, чувствуя, что еще минута – и он возьмет старика за горло, – так уж вышло. Даже и не попрощались толком.
– А ты думай в следующий раз. – Людвиг неожиданно протянул руку и ткнул Сандерса пальцем в лоб. – Она девка правильная, сильная, она подстилкой не будет. Давайте за нее, – он приподнял бутылку, увидел, что она пуста, и взял другую, – за Викторию!
Сандерс выпил, не ощущая ни вкуса, ни крепости, и молился только о том, чтобы старик не свалился под стол. Жанно и Иеремия, тоже сильно опьяневшие, спорили друг с другом, кому лучше продать спорамитин: клану или уличным драгдилерам.
– Сегодня ночью, – начал Людвиг, приглушив свой пронзительный голос, – взяли ее, Викторию твою. Сам Уэйнстейн командовал. Это секретарь ван Хорна… ну и всякие делишки для него обделывает. Грязный тип, сальный, глазки, как у хорька, а говорит ласково, будто лучший друг. Она жила через два этажа над гаражом, а сегодня как раз моя смена была. Среди ночи слышу – стекла сверху на посадочную площадку сыплются. Я выскочил, посмотрел наверх, а у нее свет горит, шум, гам. И антиграв мне под ноги – шлеп! Ее антиграв, уж я-то знаю. Потом смолкло все. Я утром Литицию поймал – она у Виктории убиралась по утрам, ну она и говорит: все в крови, три трупа вынесли, пятерых в госпиталь, а сам мистер Уэйнстейн едва ходит. Порубила, говорит, твоя мисс Салливан боевиков господина ван Хорна, а теперь ее вниз уволокли.
– Куда – вниз? – спросил Сандерс.
– Может, на склад, а может, в хирургию. В лаборатории не потащат и в контору тоже. Ну там зал для приемов, три этажа жилых. Стало быть, только туда.
Сандерс полез в карман, достал пачку фунтов.
– Сколько возьмешь, чтобы провести нас в башню?
– Отбить ее хочешь? Тяжело… А деньги… сколько ни дашь, все равно не проведу, – остановил его Людвиг. – Там на входе, кроме боевиков, еще и полиция. Хочешь, чтобы вас по всему Хлайбу гоняли?
– А по-другому пробраться можно? – спросил Полубой.
Людвиг запустил пальцы в седые волосы, подумал, упершись остановившимся взглядом в столешницу.
– Ну есть один способ. Если не побоитесь. Но другого я не знаю.
– Говори! – в один голос заявили Полубой и Сандерс.
– Глидер нужен. Угнать сможете?
– Есть глидер, что дальше?
Они ждали Людвига в подъезде жилого дома, напротив стоянки, где оставили глидер. Хоть старик и не внушал опасений, как сказал Полубой: береженого Бог бережет. Старик мог привести с собой боевиков ван Хорна, хотя Сандерс и не очень в это верил.
Людвиг появился, как и обещал, через час, после того как они расстались возле бара. Жанно и Иеремия, сбыв часть товара драгдилеру, которому их представил Людвиг, отправились отсыпаться и думать, как попасть на работу к ван Хорну, если Виктория Салливан им больше не помощник.
Подойдя к глидеру, старик подергал дверцу, недоуменно озираясь. В руках у него была увесистая сумка. Он поставил ее на землю, полез в карман, достал объемистую фляжку и от души к ней приложился.
 
– Вроде спокойно, – сказал Полубой, осматривая улицу, и они выбрались из своего убежища.
– Я уж думал, что вы сбежали, – сказал Людвиг, заметив их.
Водрузив сумку на капот машины, он раскрыл ее и подозвал Полубоя и Сандерса.
– Два антиграва, как и обещал. По триста монет, дешевле не найдете.
– Годится, – кивнул Полубой. – Ты что-нибудь выяснил?
– Времени не было, – Людвиг удрученно развел руками, – но больше ей негде быть: или в хирургии, или на складе. У ван Хорна в городе есть еще несколько точек, где он обрабатывает… ну, выбивает информацию, но ее из башни не вывозили, иначе мне бы сказали в гараже.
– Сколько у ван Хорна человек?
– Всего человек триста – триста пятьдесят, но сейчас в башне не больше ста. Охрана, боевики, подсобники, два хирурга на дежурстве, лаборанты. Опять-таки механики в гараже, ну и обслуга разная. Так что, готовы?
– Готовы, – сказал Сандерс. – Слушай, давай я пока поведу, а ты окно открой пошире. Может, проветришься хоть немного.
– Да мне бутылка фирменной – как тебе стакан минеральной! – возмутился старик. – А потом что, в воздухе пересаживаться будем?
– Ладно, уговорил.
Сандерс с Полубоем устроились на пассажирских местах, позади пилота. Людвиг с видимым удовольствием занял водительское место. Уверенно проверив топливо, аккумуляторы и систему антигравитации, он обернулся к пассажирам:
– Внимание, наш лайнер отправляется по назначению. Пассажирам пристегнуть ремни.
– Ты давай это… рули, – буркнул Полубой, однако пристегнулся.
Сандерс последовал его примеру.
Уверенно подрабатывая антигравитационными плитами, Людвиг дал полную мощность турбинам. Глидер встал вертикально, как поплавок.
– Ты что делаешь, старый козел? – рявкнул Сандерс. Из будки на вставший на дыбы глидер смотрел охранник стоянки, соображая, то ли звать полицию, то ли досмотреть редкое зрелище.
– Йа-ху-у-у! – заорал Людвиг, врубая антигравитацию.
Глидер пулей сорвался с места, в секунды проскочил все пять уровней пассажирского потока, уворачиваясь от чинно следующих в своем ряду машин. Теперь впереди было только небо. Если, конечно, не считать антигравитационную сеть. Облака над Нижним городом почти рассеялись, и сеть поблескивала далеко вверху, отражая ячейками скупые солнечные лучи. Людвиг крутанул восходящую бочку. Одну, другую, третью и с полупетли вышел в горизонтальный полет.
– Старик, – сказал Полубой, – еще такой финт – и я тебе шею сверну.
Сандерс был готов сделать это прямо сейчас.
– Да ладно тебе. Смотри, погода какая! Движок тянет, фляжка полная, чего еще надо? – отозвался старик.
– Дело сделаем, а потом крутись хоть целый день.
– Я свою работу сделаю, вы о своей думайте. – Людвиг помолчал. – К башне подойду на триста футов – ближе нельзя, ближе – только для своих, а этот глидер мигом определят. Ветер северный, балла четыре, смотрите, как бы о стену не шарахнуло. Как выйдете – сразу включайте машинки. Энергии под завязку. На половинной мощности пойдете футов десять в секунду. Пользоваться-то умеете?
– Умеем, – буркнул Сандерс.
– Слушай, отец, – подался вперед Полубой, – вчера к вам на работу каботажница устраивалась. Такая… волосы черные… крепкая такая, глаза карие…
– Лив Уилер, что ли? Видал. Тоже девка хоть куда. Там один ее клеить сразу начал, так она ему в лоб палкой своей заехала. Видали, палка у нее из ручки прыгает?
– Видали.
– Минут десять парень в себя прийти не мог. Она ночью тоже в Развалины пошла, но утром, когда я со смены уходил, ее еще не было. Передать что?
– Не надо, – помолчав, сказал Полубой.
Башня надвигалась на них своей громадой, подобно айсбергу, наплывающему на беспомощно застывший корабль. Верхушка ее терялась в дымке, бесчисленные окна поблескивали, словно кристаллы льда, отражая солнечный свет.