Продавец редких книг. 28 реальных историй от владельца книжной лавки
– Но что же так привлекло вас в Валери? Она ведь редко там появляется.
Когда я перебил его в середине рассказа, господин K. вздрогнул и извинился:
– А, я ведь говорил о Валери. Мысли блуждают, слова вылетают сами собой. Простите, возраст. Всё верно. Валери почти нет в этом произведении. Ее лишь ненадолго можно увидеть в сценах воспоминаний Андесмаса. Но эти ее мимолетные появления вызывали у меня трепет. Читая повесть, я воображал самые разные сценки. И даже мечтал жениться на Валери и жить с ней на вилле с красивой террасой, окруженной лесом. Я и на острове Чечжу-то не бывал, но в своей голове рисовал деревню на юге Франции. Валери для меня прямо-таки первая любовь, ха-ха.
Похоже, благодаря Валери господин K. набрался сил и смог еще лучше учиться. Поначалу его целью был Национальный университет Чоннам, но в итоге он поступил в Сеульский университет. По всему его району устроили настоящий пир. Но после этого жизнь господина K. была скучной. По окончании университета он сразу устроился в крупную компанию. Там он продолжал работать, а затем ему сосватали невесту, и он женился. У пары родились два сына и дочь. Сейчас они все взрослые и живут своей жизнью. Жена господина K. была старше его и покинула этот мир первой, несколько лет назад. Как и у господина Андесмаса из романа, у него остались только частный дом, пухлый банковский счет и скучная жизнь.
– Я всё так же люблю книги. Но сейчас у меня нет сил на новые. Поэтому мне захотелось вернуться к тому, что я уже читал раньше. Как канадскому пианисту Гленну Гульду. Говорят, он очень гордился тем, что никогда не записывал одну и ту же мелодию дважды. Но «Гольдберг-вариации» Баха исполнил два раза – на закате жизни он снова сыграл то, с чем дебютировал. У меня есть обе записи. Ох, похоже, я снова отвлекся. Спасибо, что помогли мне снова встретиться с Валери. Думаю, когда буду читать в этот раз, смогу сосредоточиться на господине Андесмасе. Ведь я и сам теперь в его годах. И чувствую, что мне осталось не так много времени. Но я всегда держал свое слово. А строитель Мишель Арк так и не появился даже к заходу солнца, хотя обещал прийти за пятнадцать минут до 16 часов, верно? А я сегодня пришел аккурат в это время. Правда ведь?
– Да, всё верно. Вы пришли точно в это время. Спасибо, что рассказали вашу историю. Она вместе с историями других людей когда-нибудь будет опубликована в моей книге. Может, вашим детям она понравится?
Господин K. взял книгу и, вставая, отрицательно покачал головой:
– Они даже читать ее не станут. До сих пор они никогда не интересовались тем, о чем я им рассказывал. Это моя вина. Если будет возможность, я расскажу вам об этом в другой раз. Если будет возможность…
С этими загадочными словами господин K. открыл дверь книжного магазина и вышел. Какое-то время я даже не догадывался, что они значат.
И вот однажды, когда Земля сделала еще два оборота вокруг Солнца, я узнал, что у нас с господином K. и правда не будет другого шанса встретиться. Я получил сообщение с его некрологом. Похоже, его разослала похоронная компания по записной книжке в его мобильном телефоне. В тот вечер я надел свой черный костюм и пошел на похороны. Господин К. уже был на пенсии, но раньше занимался бизнесом, поэтому выразить соболезнования пришло немало людей. Поскольку все дети выглядели занятыми, я поздоровался с ними и отошел.
Примерно через два месяца мне позвонили. Человек представился вторым сыном господина K.
– Я собираюсь навести порядок в книгах моего покойного отца. В его бумажнике я обнаружил вашу визитку, поэтому и позвонил. Не могли бы вы прийти?
– Да, конечно. Ваш отец приходил в мой книжный магазин несколько лет назад. Тогда он просил меня найти книгу.
– А, вот оно что. Извините, я сейчас на работе. Я пришлю вам адрес в сообщении. Приходите по нему, – ответил он очень недовольным голосом, будто на самом деле был не на работе, а просто не хотел этим заниматься, и быстро повесил трубку. Его поведение меня задело, но ответить мне было нечем.
Господин K. жил в старом, но добротном двухэтажном доме. Во дворе всё так же росли деревья и цветы, за которыми он наверняка сам ухаживал при жизни. Когда я вошел в дом, сразу увидел три больших книжных шкафа в гостиной. Я открыл одну из дверей и в небольшой комнате за ней тоже увидел книги. Наверняка ее господин K. использовал как кабинет. Всего книг было около пятисот. В гостиной обосновался второй сын, который мне звонил, и его жена.
– В гостиной и маленькой комнате все его книги. Дело в том, что теперь мы будем жить в этом доме. Собираемся повесить телевизор вот сюда, на стену гостиной. Не могли бы вы разобраться с книгами и шкафами?
В жизни голос мужчины звучал даже неприятнее, чем по телефону. Но я сдержался, подумав о господине K.
– Не думаю, что смогу использовать стеллажи, даже если заберу их. На мой взгляд, лучше всего купить в общественном центре стикеры об утилизации крупногабаритного мусора, наклеить их и оставить стеллажи около дома.
– Это я и сам знаю. Но книжных шкафов несколько, дорого мне это обойдется.
Слушая его насмешливые слова, я едва не разозлился. В гостиной было три стеллажа, а в маленькой комнате всего один, и избавиться от них можно было максимум за 20–30 тысяч вон. Трудно было поверить, что он, унаследовав от отца целый дом, жалел таких денег. Меня это разозлило, но я сдержался и только сказал, что заберу и книги, и шкафы. В конце концов за стикеры для стеллажей, которые я забрал из дома господина K., заплатил я сам.
Распаковав забранные книги, я обнаружил среди них и «Обед господина Андесмаса». Судя по тому, что бумага затерлась только там, где было творение Дюрас, я решил, что старик перечитывал его несколько раз. В середине нашлось тонкое увеличительное стекло в форме карточки. Похоже, господин K. использовал его для чтения мелкого текста и вместо закладки.
В конце книги есть сцена, где господин Андесмас не слишком расстраивается, услышав, что Валери, кажется, соблазнила женатого мужчину по соседству и теперь встречается с ним. А всё потому, что последней и единственной любовью, которая у него осталась, была дочь. Любил ли так же господин K. своих детей? Этого я уже не узнаю.
Каждый раз, глядя на произведение Дюрас, которое не продается и остается на полке моего книжного магазина, я думаю о господине K. Не о семидесятилетнем, а о старшекласснике. Однажды я слышал, что после смерти человек возвращается в тот возраст, когда он был счастливее всего, и начинает новую жизнь. Может, сейчас господин K. проводит радостные дни вместе с Валери под теплым небом на террасе небольшой виллы где-то на юге Франции?
Приключение продолжается
Книга: «Приключенческие романы»
Автор: Джек Лондон; перевод: Чо Эри
Издательство: «Хануль», 1992 год
Я несколько раз слушал выступления певца Ким Квансока в маленьких театрах на улице Тэханно [35], когда он был еще жив. Конечно, и пел он прекрасно, но истории, которые он рассказывал тихим голосом между песнями, были очень интересными и заставляли публику смеяться.
Однажды, закончив песню, он очень многозначительно сказал: «То, что я спою на этот раз, я довольно долго не пел. Говорят, жизнь вокалиста становится такой, о какой он поет». Некоторые навострили уши, чтобы слушать дальше, а кое-кто уже начал хихикать. Эту историю Ким Квансок рассказывал во время каждого выступления.
Вокалист сказал, что песня называется «На улице», и рассмеялся. Зрители тоже захохотали. Когда я, сидя в зрительном зале, смотрел выступление, мне в голову пришла забавная мысль. Ведь не только песни, но и остальные произведения искусства имеют схожую судьбу. А как насчет книг? Если их судьба будет определяться названием, писателям и редакторам наверняка придется активнее шевелить извилинами.
Однако я встречал такую удивительную книгу. Она называлась «Приключенческие романы». В нее входили такие известные произведения американского писателя Джека Лондона, как «Дорога» и «Зов предков». «Дорога» – рассказ, в котором автор вспоминает свою бытность бедным бродягой и в красках повествует, как запрыгивал в поезда и стучался в двери людей, чтобы выпросить немного еды.