Забери мои страхи (СИ)

Чувствую, что боль в груди несколько утихает.
Я прочистила горло, слегка замешкавшись.
– Один шанс, чтобы решить, что происходит между нами, – говорю я очень тихо, все так же, не сводя с него взгляда.
Дэниел выдавливает довольную улыбку и на щеке проступает глубокая ямочка.
Он даже не скрывает свою победу надо мной.
Один уикенд, один шанс, только он и я. Мы сможем все выяснить, если нам ни кто не помешает.
  
Глава 54
 
– Вы снова здесь, – пролепетала доктор Крамкай и посмотрела на меня, спустив очки.
Я уже давно не была в этом кабинете. Даже не знаю, сколько прошло времени с нашей последней встречи. Но доктор Крамкай будто всегда рада меня видеть или просто потому что за мои сеансы она получает приличные деньги.
– Да, – подтверждаю я ее слова. Кажется, она очень удивлена моему визиту.
– Что с вашей рукой?
Я посмотрела на свою перебинтованную руку.
– Ударилась, – соврала я.
– Вы знаете, что с нашего последнего сеанса прошло ровно три недели?
– Я не считала дни, – отвечаю я честно. – Мне казалось, что я смогу справиться, но… – я делаю паузу, задумавшись. Ведь по – настоящему я понимаю, что нахожусь здесь только потому, что хочу избавиться от приступов. Я хочу, чтобы она понимала, что я делаю большие шаги. И с помощью этих разговоров я меняюсь в лучшую сторону. Смогу ли я ей признаться в этом когда – нибудь?
Не знаю почему, но на этом сеансе я не хочу говорить о своих переживаниях, я хочу говорить о том, чего я смогла добиться. Ведь прежняя Трис, никогда бы не стала ни с кем делиться, подпускать к себе так близко людей, как сейчас.
– Считаю, что мне необходимы ваши сеансы.
– Для чего? – Сдвинула брови доктор Крамкай. – Может, я вас расстрою, Беатрис, но я вам не помогаю. Мы редко видимся и мне тяжело изучить вашу проблему.
– Не правда, – возражаю я, понимая, что хочу убедить ее в обратном. – Я показала Джесс картины. Вы говорили, что наши сеансы закончатся когда – то и я задумалась об этом. После последней нашей встречи я рассказала ей обо всем. О том, что рисую… и том, что посещаю психотерапевта.
Доктор уставилась на меня, внимательно слушая.
Я уселась на диване по удобнее, принимая прямую позу.
– И Дэниела я подпустила очень близко, – после этих слов опускаю свой взгляд на журнальный столик. – Но он слишком часто видит мои приступы, а я ничего не говорю ему.
– У вас повторялись панические атаки?
– Да, несколько раз.
Доктор что – то записала в записной книжке и снова посмотрела на меня.
– А что с Дэниелом?
– Вы были правы, когда говорили о чувствах. Я что – то ощущаю к нему, но не знаю что именно. Иногда это ненависть, которая смешивается со злостью и болью одновременно, а иногда это тепло и трепет, который дает мне глоток воздуха. Это трудно объяснить.
– Вы его любите?
Я цепенею от ее вопроса и отвожу взгляд лишь бы не смотреть ей в глаза.
– Нет, конечно, нет, – шепчу я тихо.
Такого вопроса я подавно не ждала, и он явно застал меня врасплох.
– Вы боитесь потерять его?
– Наверное.
– Боитесь, что не сможете вынести разрыв с ним?
– Да.
– Скорее всего, это и есть любовь, – произносит доктор Крамкай, внимательно наблюдая за мной. – Вы просто внушили себе самой, что он будто ничего не значит для вас. Но это ни так Беатрис.
Я закрываю глаза, не в силах терпеть, этот откровенный разговор, раздирающий мне душу.
– Когда вы сказали что подпустили его близко, что вы имели ввиду?
– Мы несколько раз ночевали вместе.
Доктор посмотрела на меня, склонив голову на бок. Затем прищурилась и слегка улыбнулась. Кажется, я знаю, о чем она подумала.
– Между нами не было секса, – сразу же отвечаю я ей. – Просто… ласки.
– Но это же для вас не менее важно, – сообщает мне доктор, опустив свой взгляд в записную книжку.
Я уставилась на нее, не понимая, откуда она вообще это может знать.
Доктор Крамкай достала пустой лист бумаги и протянула мне.
– Что это?
– Напишите список, – попросила она мягко.
– Что еще за список? – я уставилась на нее, ничего не понимая.
  
– Список людей, которые очень важны в вашей жизни, – пояснила она и протянула мне ручку.
– Ничего подобного раньше не было, – возражаю я, но все же беру ручку в руки.
– Сеансы подразделяют не только разговоры, Беатрис.
Я опустила свой взгляд на чистый лист бумаги и первое имя, которое я написала синими чернилами, был «Дэниел».
Когда заканчиваю писать, протягиваю листок доктору.
Она внимательно изучает список, поправляя очки на переносице, а затем смотрит на меня.
– Дэниел самый первый в вашем списке.
– Да.
– Что вы можете о нем сказать?
Я задумываюсь, перед тем как ответить.
– Иногда он говорит очень важные слова для меня. Дэниел рассказал мне про свою семью, но я уверена, он не упомянул об этом, если бы не был пьян. А еще он рассказал про Кесси.
– Кто это?
– Она девушка его брата, но ее нет. Она погибла, – говорю я очень тихо. – Мне кажется, он ее любил.
– Дэниел?
– Да. Он тепло отзывается о ней. Мне кажется, он тяжело перенес ее смерть. Не знаю в чем там дело, я знаю не всю историю.
– Значит, вы считаете, что Дэниел любил девушку своего брата?
– Возможно, но я могу ошибаться.
– А что можете сказать про свое отношение к нему?
– Мне трудно, что – то говорить. Все что происходит между нами как – то… странно. Он будто волнуется за меня и иногда он задает вопросы, на которые я не в силах ответить.
Мне кажется, что я нуждаюсь в нем больше чем, он во мне, – произношу я.
– Вы хотите найти в нем свое спасение, – заключает доктор. – Я правильно вас понимаю?
– Кажется, да, – выдыхаю я.
– Хорошо, – доктор снова посмотрела на листок. – Следующая у вас в списке Джессика. Что можете сказать про нее?
– Ну, она необыкновенная и мы чем – то похожи, – отвечаю я и улыбаюсь. Мысль о ней немного разряжает обстановку и мне становится легче. – Не думала, что за такой короткий срок смогу к ней привязаться. Теперь даже не представляю свою жизнь без нее. Наверное, она мне как сестра. У меня прежде не было такого ощущения. Джессика всегда пытается обо мне заботиться. Хотя в ее жизни ни все так сладко.
– Когда вы говорили что похожи, что вы имели ввиду?
– Она многое умалчивает и редко говорит о своей жизни. В этом мы и похожи.
– Следующие это мистер и миссис Вудли.
– Это родители Алекса, – поясняю я.
– Почему Алекс в вашем списке последний?
Я молчу, не зная, как объясниться.
– Его родители для вас важнее, чем он?
– Нет, конечно, нет. Я одинаково отношусь ко всей этой семье, – я выдыхаю.
Я не могу сказать ей всю правду об Алексе. Это слишком личное и должно остаться между нами.
– Мы просто немного повздорили, – оправдываюсь я.
Доктор отложила листок, сняла очки и посмотрела на меня.
– Знаете, что я заметила?
– Что же?
Я уставилась на нее с вызовом.
– В списке нет вашего отца.
Я замерла, затаив дыхание. Судорожно сглотнув, медленно качаю головой.
Нет, я не должна придавать значение этим словам, иначе она узнает.
Внутри начала разрастаться знакомая, удушающая боль.
– Какая разница, – шепчу я очень тихо.
– Вы никогда не говорили мне о нем.
– И не собираюсь, – отвечаю я резко, чувствуя, как привычно сдавливает внутри.
– В этой жизни многое происходит и поймите, что оградить себя от всего мира не получится. Невозможно защититься от боли, потому что она может прийти внезапно и неожиданно снова. Я понимаю вас. Понимаю, почему вы постоянно пытайтесь защититься. Но ваша боль слишком сильная, именно поэтому это так очевидно.
– Он причинял мне слишком много боли, – кричу я, не выдержав.
– Понимаю. Именно поэтому нужно радоваться счастливым моментам и перестать бежать от этого.