Мой Однолюб. В его сердце другая (СИ)

От его слов с ума схожу, но невинно вздыхаю:
— Как жаль.
— Специально меня драконишь, да?
Ваня грубовато накрывает мои губы своими губами. Целует так, что мне приходится посильнее ухватиться за его шею.
Не знаю, что в его поцелуях мне нравится больше?
То, как приятно на них реагирует мое тело: от полнейшего отлета сознания в голове до отсутствия опоры под ногами.
Или же, что я, целуясь с Ваней, ощущаю себя самой желанной.
Единственной себя ощущаю.
Его единственной.
Я так надеюсь, что это правда, поэтому конечно, в итоге соглашаюсь поехать к нему. Мы вместе складываем в пакет всю посуду и скатерть, Ваня собирает пластиковый стол и грузит его в машину.
Затем мы вместе отвозим Костю домой и едем в квартиру к Соболеву.
Как залетаем туда — ни за что не вспомню! Целоваться начинаем еще в лифте.
Кое-как справляемся с обувью и добираемся до небольшой спальни — это я понимаю, по огромной кровати в центре комнаты. Ваня отрывается от меня, щелкает выключателем и резко разворачивает спиной к себе.
Я подчиняюсь. Так хочется.
Помогаю ему тем, что быстро собираю волосы спереди и жду, пока он расстегнёт замок на платье. Вместо того чтобы это сделать, Ваня затихает и, аккуратно зафиксировав мою шею, захватывает пальцами мочку уха. Отводит её в сторону лица, насколько это возможно, и подозрительно замирает.
— Что ты… — пугаюсь вдруг.
— Твою мать, малыш. Только не переживай...
— Что там? — округляю глаза от ужаса.
— У тебя же есть прививка "от клеща"?
Глава 30. Тая
— У вас точно есть прививка? — спрашивает девушка — врач в приемном покое частной клиники, куда привез меня Ваня.
— Ну, конечно, прививка есть, — закатываю глаза, потому что слышу этот вопрос в пятый раз за последний час.
Я, на удивление, всю дорогу сюда чувствовала себя спокойно, а вот он сильно распереживался. Это одновременно меня удивляет и смешит. Соболева, управляющего автомобилем дрожащими руками, я еще не видела.
Он несколько раз поинтересовался, не хочу ли я позвонить родителям, и очень, мне показалось, удивлялся отказам.
— Клеща мы извлекли полностью, отправим образец на анализ. Результаты придут вам на электронную почту. Напишите, пожалуйста, — протягивает мне листок.
— Давайте я свою напишу, — поднимается с места Ваня.
Забирает со стола бланк с ручкой, мне подмигивает.
— Регион у нас спокойный. Случаев энцефалита и боррелиоза мало, но я все-таки рекомендовала бы поставить иммуноглобулин, — продолжает она.
— Зачем, если у меня есть прививка? — удивляюсь.
— Укус пришелся в голову, поэтому обычно мы перестраховываемся.
— Я не думаю…
— Мы поставим всё, что надо, — постановляет Соболев с кушетки в углу кабинета.
Зло на него смотрю. Конечно, ему же не надо светить отсутствием белья перед медиком?
— Отлично, — тут же подхватывает девушка и мило улыбается Ване, который снова подходит к столу, чтобы передать заполненный бланк.
 
Задираю голову, чтобы на него посмотреть. Мы оба будто немного пьяные. Я так точно. Еще полчаса назад сходили с ума в объятиях друг друга, а потом как в тумане...
Заметив на белой футболке разводы от своего тональника, вспыхиваю и отвожу глаза.
Соболев заботливо оглаживает мое плечо, целует в щеку и выходит из кабинета, а мы отправляемся в прилегающую к нему процедурку. Я задираю платье, и получаю не совсем то, что ожидала сегодняшним вечером: колющую боль в ягодице и ехидную ухмылку медицинского работника.
Поблагодарив за экзекуцию, забираю документы с сумкой.
— Все? — подскакивает Соболев со стула.
В коридоре пусто и очень холодно. Кожа тут же покрывается мурашками.
— Все, — бурчу, запихивая паспорт в сумку.
Зло смотрю на него.
— Таисия, ты не любишь уколы? — со смешком спрашивает он, привлекая меня к себе.
Поглаживает ягодицу и ласково целует в висок.
— Я отправлю тебя на следующую диспансеризацию без трусов, Соболев. Тогда посмотрим.
— Блядь, — Ваня откидывает голову, а коридор заполняется густым смехом.
— Что смеешься? — недовольно выговариваю. — Ты представляешь, что она обо мне подумала?
Поднимаю на него глаза и смотрю, как в его зрачках рождаются едва заметные, смешливые искринки.
— Что она могла подумать, Тай? — говорит Ваня с очаровательной улыбкой. — Что у тебя охрененная задница. Это раз.
— Угу.
— И у тебя активная сексуальная жизнь. Это два.
— Спорно, Вань, — вздыхаю устало.
Зеваю, снова прячась в вороте его футболки. Дышу ароматов его туалетной воды. Это успокаивает.
— Да, у нас все не как у людей, — хрипит он над ухом.
— Точно.
— Это потому что одна из нас королева.
Ваня ухватывается за талию и крепко обнимает. Он все еще возбужден, да и я тоже.
Мы начали заниматься сексом, когда нас остановил проклятый клещ. Что будет дальше? Я не знаю… Но продолжила бы с того же самого места, на котором мы и закончили.
— Пойдем в машину, малыш. Я теперь сутки ни о чем другом думать не смогу, лишь бы все с анализом нормально было.
— Боже, я и не знала, что ты такой параноик.
Он открывает передо мной дверь и ведет к машине. Ветер пробирается под тонкий шелк. Меня, кажется, лихорадит.
— По поводу себя — нет, а вот если дело касается близких, всегда переживаю, — произносит Ваня хмуро, пока я усаживаюсь в «Рэнж Ровер»
Своими словами заставляет меня еще больше трепетать, потому что это, черт возьми, приятно — попасть в список его близких. Молча наблюдаю, как Соболев отворачивается и закуривает.
Почувствовав на себе мой взгляд, совершает поворот головы, и я в потемках вижу его грустную улыбку, поэтому тут же решаю его развеселить.
— О-ой, — стону, выбираясь из машины.