Семейка Фон КлыКинс (СИ)

До академии добралась быстро. И лишь внедорожник Бориса скрылся из виду, мне посигналили из красного хэтчбека, припаркованного возле учреждения.
— Клара, теряем время! — Рик дал понять, что следовало бы поторопиться, хотя я и так приехала сразу, по первому звонку. Макс был за рулем, Леха расположился на переднем сидении, по правую руку от него. Рик вместе с Зубиком теснились сзади. Как только в салон залезла моя тощая фигура, стало очень несвободно.
— Где же твой неприкаянный призрак? — Макс резво тронулся с места, на ходу интересуясь долгожданным лингвистом по древностям.
— Дядюшка заключен в артефакт, он с нами, — ответила, — удалось кое-что узнать о гипотетическом убийце-кровососе, который таковым не является.
— Рассказывай! — серьезно произнес Рик, и все участники розыска загадочного преступника внемали моей речи.
— Письмо на пергаменте относится к секте игунов, они же инквизиторы, охотники на вампиров, — начала я, — игуны передавали послания друг другу путем написания рун, смысл которых был ведом только участникам вампиро-борского движения. Примечательно то, что данная секта несколько сотен лет назад была уничтожена по приказу главы клана вампиров. Убиенные инквизиторы при жизни активно истребляли мой вид, поклонялись основателю течения игунов и какому-то божеству Йоёрбису. Реликвию в виде этого божества смерти и хаоса растащили по кускам. После уничтожения секты камни пропали…
— Это тебе призрак дядюшки поведал? — ухмылялся Макс.
— А камни? Не тот ли ты гранит имеешь в виду, который мы обнаружили в тайнике убийцы? — Леха заинтересованно посмотрел на меня. В глазах были смешинки.
— Именно они, — на полном серьезе кивнула я.
— Клара, мне кажется, или ты начиталась детективных романов? Ну, честно, ничего идиотичнее не слышал! — сквозь смех произнес Макс, лихо повернув на перекрестке. — Эти камни полный хлам, не более того! Я Не собираюсь их таскать только из-за того, что ты или твой неприкаянный призрак придумали себе байку об инквизиторах, которые еще и поклоняются божеству смерти!
— Потаскаешь, мохнатое недоразумение! Ты у меня так их потаскаешь! — Дядюшка Бен, не выдержав бранных слов по отношению к своему сокровищу, вылез их артефакта, потрясая длинными бледными конечностями перед носом Макса. — Чтобы древнюю реликвию называть хламом! Да как язык повернулся осквернить ее, бестолковое волчье отродье!
Макс впечатлился. Да так, что чуть было не потерял управление. Авто резко вильнуло в сторону, однако, оборотень успел его выровнять, чертыхнувшись сквозь зубы:
— Старый, совсем разум потерял?
— Управляй колесницей и внимай словам племянницы, волчий пустоголов! — отгрызнулся в ответ оскорбившийся Бен.
— Связались с вампирами на свою голову… — причитал Макс.
— А потому и связались, что самостоятельно разуметь не способны! — не остался в долгу Бен.
— Преступник, которого мы ищем, убивает людей, оставляя на шее отметины от клыков. Не похож он на последователя игунов, уничтожающих вампиров. Что-то не сходится. — констатировал Рик, обратившись к призраку.
— А вот это уже твоя проблема, детектив! — буркнул Бен. — Мое дело расшифровать древнюю письменность и поведать, вам, не знающим, кому она могла принадлежать.
Я пожала плечами на немой вопрос Рика, о характере дядюшки я предупреждала.
Тело жертвы, на этот раз, находилось в собственном загородном доме. Дом оказался довольно таки немаленьким, трехэтажным, на вскидку, соток так триста. Да и территория вокруг, усеянная зеленым газоном, радовала глаз своими просторами. Вот только в данный момент красивую молодую траву топтали ноги представителей правосудия, а землю вокруг дома убиенного загородили от посторонних посетителей.
Рик достал ксиву и показал какую-то бумажку бугаю, пытавшемуся преградить нам путь к расследованию. Бугай в форме полицейского, поморщившись пропустил нас, заметив:
— Только этих нам еще не хватало!
Что он имел в виду пол словом «эти», я решила уточнить позднее. Мы поднялись на второй этаж бревенчатого дома, который внутри был обставлен деревянной мебелью в цвет дуба. Интерьер, при этом, был достаточно современным. Я засмотрелась. Не замок Уистред, конечно, но тоже ничего.
 
Тело жертвы лежало на полу, около кровати. Картина была знакомая: на шее две отметины, как от клыков, под головой мужчины, лет эдак сорока, расплывалась лужа крови.
Невысокий приземистый мужчина в плаще болотного оттенка с потертостями на локтях и воротнике пристально изучал жертву, фиксируя что-то в своем блокноте. Заметив нас, он горестно вздохнул, отправив блокнот в карман плаща:
— Никаких следов, — констатировал он, обращаясь к Рику, — и сомневаюсь, что дело относится к вашему отделу. Я был против выдачи разрешения вам на ведение расследования череды данных убийств. Тут орудует маньяк, а не предполагаемый вами вампир, существующий только в ваших бредовых фантазиях. Но начальнику, видимо, виднее.
— Именно поэтому маньяк не оставляет следов, а ваше следствие не продвинулось ни на шаг в расследовании дела, — парировал Рик, склонившись над телом. Оборотни внимательно осматривали комнату на предмет улик.
— Уповаем на вас, друзья! — усмехнулся следователь. — Нечего там искать, все уже изъято, — буркнул он Максу и Лехе, которые и не думали вступать в диалог с представителем правосудия.
Зубик громко залаял, оповестив тем самым, что чуткий нос что-то учуял. Оставив тело полиции, мы отправились за пестро — шерстным алабаем. Мы спустились на первый этаж, где Зубик уже сгрудил половину ворсистого ковра, покрывавшему пол. Макс подвинул ковер в сторону, в полу была дверь квадратной формы. Очевидно, у хозяина дома был внушительный погреб. В чем мы самостоятельно убедились, спустившись вниз по лестнице. В погребе было сыро и прохладно. Стены в нем уставлены стеллажами, набитыми под завязку солениями и варением.
— Просто сокровищница, — насмешливо заметил следователь, указывая на дубовые бочонки с вином. — представитель закона увязался за нашей компанией, с интересом наблюдая за нашими действиями. Особенно за собакой, огромной, как медведь, и со странным окрасом в черное пятнышко.
Зверь активно замотал хвостом, встав рядом с бочонком. Макс и Леха, без особого труда сдвинули ее, чем удивили следователя еще больше. Бочка — то огромная, и полна горячительной жидкости, которая окропила землю погреба, выплеснув часть содержимого. Оборотни со знанием дела начали рыть землю ножом. Следователь недоуменно почесал затылок, неужели они хотят там найти что-то? Ждать долго не пришлось. Макс передал Рику две ампулы, аналогично, с конденсатом внутри. Там же оказался сверток с рунами и кусок гранита. Рик запаковал ампулы, передав сверток мне. Руны теперь были иными. Да и на куске камня прорисовывались очертания глаза с вытянутым зрачком, как у кошки. Призрак дядюшки Бена тут же вылез из артефакта, с интересом рассматривая реликвию. Погреб обдало холодом, следователь поежился, попытавшись натянуть ворот плаща выше. Бена он не мог видеть, такое человеческому взору недоступно. Но на подсознательном уровне он почувствовал что-то потустороннее, по телу пробежали мурашки.
— Ас-хша-тамеусс, — произнес призрак вампира, и кусок гранита покрылся лиловым свечением.
— Что за черт! — выругнулся следователь, едва не подпрыгнув от испуга.
А мы все взволнованно уставились на реликвию. Вот тебе и хлам в виде камней… Дядюшка Бен оказался прав. Я положила рядом свертки, исписанные кровью жертв, и гранит загорелся ярче.
— Я правильно понимаю? Эти, мать его, иероглифы исписаны кровью? — следователь закурил сигарету, держа ее дрожащими руками.
— Именно так, Николай Алексеевич, — подтвердил Рик, — полагаю, у нашего маньяка фантазия работает на ура! — вернул шпильку он.
— Сатанисты, чтоб их! — выругнулся Николай Алексеевич.
— Бен, мы будем признательны, если ты расшифруешь руны, — теперь Рик обращался к дядюшке.
Дядюшка Бен, оторвавшись от созерцания камушков, расплылся в счастливой улыбке, поэтому припираться не стал: