Следак 4 (СИ)

— В областное вызвали.
— Опять начинается! — закатила она глаза.
— Люда, — я взял Журбину под локоток и потащил ее к бывшему кабинету Левашова, — этот кабинет совершенно свободен, — я для наглядности постучал по двери. — Так почему ты посадила этого Боровикова ко мне?
— Так специально! — вырвавшись, обрадовала она меня. — Он опытный следователь, и тебе есть чему у него поучиться. Я уверена вы сработаетесь! — оптимистично заявила начальница, похлопав меня по больному плечу, и, по-своему истолковав мою перекошенную рожу, юркнула к себе в кабинет.
Сплюнув, выкуривать ее оттуда у меня времени не было, я направился к лестнице. Помнится, я уже как-то соседствовал с одним опытным следователем. И где он сейчас?
Разговор с Шафировым прошел на минорной ноте
— Значит, уезжаешь в Москву, — резюмировал он, выслушав мой доклад о командировке в столицу.
— Может еще все сорвется, — я выразил осторожную надежду.
— А ведь я это предполагал, — словно не слыша, продолжил вслух размышлять полковник. — Я еще на распределении выделил тебя из всех. А ты тогда упирался, не хотел идти служить в милицию. Куда ты тогда рвался? В совхоз, юрисконсультом? — Шафиров рассмеялся. — Надеюсь, сейчас понимаешь, как был тогда неправ?
— Понимаю, — соврал я. Если бы мне предоставили выбор, я бы уже давно перебрался с контрабандистами в Турцию. Или кормил рыб на дне морском. Тоже вариант. Но проблем у меня однозначно было бы меньше. Я бы точно не отправился ловить серийных убийц и не оказался в Москве во время теракта.
— Хорошо, что понимаешь. Из совхоза ты бы до столицы несколько лет добирался и не факт, что успешно.
— Ну а что столица, Валерий Муратович? Что меня там ждет? Это сейчас мое имя на слуху, но уже скоро все эти задержания серийных убийц и даже взрыв в метро забудутся, и я вновь стану никому не интересен. Так и останусь обычным следаком, хоть и будет мое рабочее место в министерстве. Мой потолок — это старший следователь по особо важным делам, да и то лет через десять. Дальше меня уже не пустят. Места повыше только для своих, — я горько усмехнулся. — Когда был в Москве, случайно попал на вечеринку к одному посольскому работнику.
— Случайно попал в квартиру дипломата? — уточнил Шафиров.
— Так получилось, — отмахнулся я от маловажной детали. Сказать-то я хотел о другом. Поделиться обидой что ли. Все не мог забыть унижение. — Так вот, как только они узнали, что я простой мент, еще и из провинции, то сразу же указали мне на дверь. Видите ли, я им не ровня, раз не пил бурбон в Нью-Йорке.
— Бурбон в Нью-Йорке? — не понял меня полковник.
— Да был там один урод, — я поморщился, вспомнив эту плешивую рожу, — Поляков Дмитрий Федорович. Хвастался, что пил бурбон в Нью-Йорке.
Если не могу его разоблачить, так хоть обосру.
— Поляков? — голос Шафирова немного дрогнул. — Тоже из дипломатов?
— Думаю, он из разведывательного управления.
— С чего ты так решил? — Взгляд, которым меня наградил полковник, буквально прожигал.
— Глаза подсказали. Смотрит, словно сразу в душу. Кстати, вы с ним чем-то похожи, — сказав это я тут же прикусил себе язык. Вдруг пришло понимание, что все эти вопросы неспроста и что Шафиров знает Полякова. Как это вообще возможно⁈ Опять, блин, вляпался!
  
Глава 15
 
Дальнейший наш разговор подтвердил мою догадку о знакомстве этих двух. Полковник заставил меня пересказать весь наш диалог с Поляковым, а затем дознался и до того, как я оказался на вечеринке сотрудников МИДа. У меня даже возникла бредовая версия, что он тоже служил в разведке.
— Ты, Альберт, вообще понимаешь, где можно устраивать клоунаду, а где нет? — строго спросил он меня. — А если этот Горшков пожалуется на тебя министру? А это вполне в его силах! Его связи позволяют выйти прямо на Щелокова. Тебя же могут прокатить с переводом! Приказа-то еще нет!
— Значит останусь служить здесь, — зря я это сказал. Пришлось несколько минут выслушивать о себе нелицеприятные эпитеты и «зазнавшийся идиот» было самым мягким из них.
 
— Нельзя шутить с такими людьми, — произнес он чуть ли не по слогам, когда немного успокоился. — Они такого не прощают.
— Да мы с этим Горшковым никогда больше не встретимся. Где я, а где он? Наши пути вообще никак не пересекаются.
— Пересеклись же раз, — напомнил мне Шафиров. — Я вообще удивляюсь тебе! — он опять завелся. — Вот как можно познакомиться в огромном городе именно с дочерью сотрудника посольства? Это же сродни выигрышу в лотерею. И вот ты вытащил счастливый билет, но что ты после этого сделал? — полковник посмотрел на меня, как на того самого зазнавшегося идиота. — Объясни мне, как можно, будучи приглашенным в гости к послу, вместо того, чтобы воспользоваться ситуацией и обзавестись нужными связями, настроить против себя хозяина дома и его гостей? Ты, поняв, что Поляков из разведки, зачем его начал провоцировать? Ты себя неприкасаемым возомнил? — Шафиров громко выдохнул, продолжая смотреть на меня крайне неодобрительно. — Только начинаю считать тебя умным человеком, и ты тут же выкидываешь какую-нибудь глупость! Иной раз просто чудовищную, — на этом начальник управления кадров со мной и распрощался.
— Валерий Муратович, вы ко мне на свадьбу придете? — спросил я напоследок.
— Уйди с глаз моих. Опять ведь довел. Как тебя Головачев только терпит? Ему памятник надо при жизни поставить или наградить «за мужество». Все, иди, иди, отсюда, — замахал он на меня руками, и я поспешил ретироваться, поняв, что надо ждать, когда начальство остынет и начнет мыслить конструктивно, не сбиваясь на ругань.
Покинув кабинет Шафирова, я не сразу пошел на выход, а задержался в приемной. С разрешения секретаря сделал звонок Ситникову. Мне повезло, что тот оказался на своем рабочем месте.
— Леонид Сергеевич, — официально начал я, ощущая внимание к себе секретаря Шафирова. Потом ведь все своему боссу разболтает. — Надо бы встретиться.
— Ну, давай встретимся, — после небольшой заминки и без особого энтузиазма ответил он.
— Я могу сейчас подъехать, — на том конце провода опять установилось молчание. Я даже подумал мне сейчас откажут от дома, но нет, наконец, Ситников дал добро. — Отлично! Тогда через двадцать минут буду. — обрадовался я.
Положив трубку, я с грустной усмешкой констатировал, что высокая должность меняет людей очень быстро, они начинают тяготиться общением с теми, благодаря которым ее получили.
Вот только начальник городского ОБХСС мне был еще нужен. Конкретно сейчас мне надо было узнать началась ли разработка подпольного ювелира и попросить во временное пользование диктофон. Тот самый, что мы использовали для записи разговора Пахоменко с Цепиловым. Он мобильный, в нашем отделе таких нет, а мне как раз такой и нужен для встречи с маклером.
Поэтому нашу встречу с Ситниковым я начал с хвастовства — сообщил о своем скором переводе в следственное управление МВД. После же моего рассказа о событиях в столице Ситников окончательно убедился, что я не стал балластом, и сбрасывать меня пока рано. И мы продолжили сотрудничество.
Мне было предложен кофе и даже кое-что покрепче, чтобы отметить награждение, медаль я тоже продемонстрировал Ситникову. Я выбрал кофе, мне еще предстояло возвращение в отдел. Просьба о диктофоне тоже была удовлетворена влет.
Окрыленный успехом, я спросил о секретной информации:
— Вы уже взяли в разработку Лихолетова?
Ситников сделал глоток кофе, чтобы дать себе время на принятие решения. И, так и не сказав ничего вслух, утвердительно кивнул.
Я поблагодарил его аналогичным жестом, мысленно посетовав, что с деньгами все-таки пролетел, причем из-за собственных действий. Сам же сдал бэхам ювелира. Видите ли, захотел его наказать за попытку моего убийства. И вот результат — я на мели.
Попрощался с Ситниковым и тут же угодил в соседний кабинет. Меня перехватили парни — Мамонтов со Скворцовым, которые с недавних пор стали инспекторами ОБХСС. Им тоже пришлось уделить время, даже вместе сходили в местную столовую.