Дадли. Не сыграть ли нам в… (СИ)
— Привет. Спрошу прямо, какие у нашей команды шансы на победу?
— Если бы я не знал тебя, то подумал, что ты решил поиздеваться над нами.
Так как мы часто встречались на вечерних посиделках, я мог спокойно поговорить со всеми из нашего факультета. Так же я немного узнал и первокурсников.
— Я просто хочу узнать твое мнение.
— Если честно, то выше второго места нам не подняться как бы мы не старались. Да даже второе это если произойдет что-то невероятное.
— Все дело в метлах или у нас такой плохой состав?
— Состав у нас хороший, но думаю, ты бы не спрашивал, если бы у тебя не было каких то идей.
— Есть небольшая, но я не интересовался правилами, поэтому хотел уточнить несколько деталей.
— Так, если нас есть возможность победить, то я расскажу тебе все, что знаю.
С этими словами капитан выпрямился и как будто вернул свой стержень и загорелся надеждой.
— Регламента на модели метел как я понял, нет, но возможна ли модификация старых метел?
— Дай подумать. В правилах сказано про наличие экипировки и метлы, но не сказано про ее качества. Даже если мы что-то сделаем, то в этом году это пройдет и смогут запретить менять конструкцию метлы только в следующем году.
— Отлично, тогда нужно будет проверить ваши метлы и возможно пожертвовать парочкой.
— У нас есть несколько запасных среди старых. Если они тебе подойдут, то можешь их забирать.
— Отлично, тогда сможешь завтра утром передать их мне?
— Договорились. И если ты хотя бы сделаешь их немного быстрее, то запомни, что мы будем у тебя в долгу.
— Если все выгорит, то сочтемся.
Я все больше втягиваюсь в летное оборудование, но мне это нравиться. Я бы мог уже сейчас сделать копии новых метел, но не хочу попасться на изготовлении фальшивок. Все же на метлы есть патент и меня могут наказать. Проскользнуть можно на внесении изменений не для продажи, поэтому я решил остановиться на этом варианте.
Метлу Драко я уже рассмотрел, поэтому получив пару старых экземпляров, я стал подгонять их параметры под современные. Хвост оставил распущенным, приведя его в более приличный вид. Упор для ног сделал движущимся и рельефным для того, что бы ни скользили ноги. Также сделал деревянную сидушку, как у спортивных велосипедов. По внешнему виду метла стала походить больше на неопрятную Молнию, чем на прилизанный Нимбус.
Закончив с внешним видом, перешел на скоростные характеристики. Увеличив скорость чуть ли не в два раза, я уменьшил срок службы до нескольких лет. Зато на время учебы Пуффендуй не будет отставать по техническим характеристикам метел. Пришлось так же поднять чувствительность для лучшего управления, но тем самым подняв и требования к наездникам.
Сделав две метлы, я позвал капитана, показать ему результат модификации. Наблюдая за его широкой улыбкой во время полета, я уже понимал, что результат ему нравиться.
— Это лучшая метла, на которой я когда-либо летал. И если ты сделаешь такие для всех, то мы с легкостью возьмем второе место, а возможно и первое.
— Вот насчет этого я и хотел поговорить.
— Что-то серьезное? Если нужна помощь, что бы сделать больше, то ты только скажи.
— С модификацией нет проблем. Мне не нравиться сама ситуация. Победителем будет команда у которой самые богатые родители. И какой тогда смысл в этих играх?
— Понимаю. Раньше было попроще, новые метлы редко появлялись и то в единственном числе.
— Поэтому хочу предложить сделать такие же, как у вас метлы и для воронов.
Капитан постоял некоторое время, почесывая голову, а потом только ответил.
— Нам будет сложнее, но это будет честно. А что насчет львов?
— Все началось с них, поэтому они и должны это закончить. Нужно изменить правила, что бы у всех были одинаковые метлы. Думаю если любимчики директора останутся в хвосте, то это будет проще сделать.
— Мыслишь как змей.
— Зато результат должен получиться в стиле барсука.
Усмехнулся я на его высказывание. Передав ему и вторую метлу, что бы тот отдал ее воронам, попросил проверить, что все нормально с ними. Если все будет устраивать, то пообещал переделать и другие к матчу между факультетами.
Остановившись на этих новинках, я стал править появившиеся огрехи и продолжил изучать литературу за следующие курсы. Кроме этого я продолжал навещать Беллу, готовясь заглянуть в ее голову и собрать с растений полученные данные.
Глава 7
Как и собирался, я выслал в подарок Гермионе на день рождения вторую книгу льда и пламени. Позже, когда я с ней встретился на следующих посиделках, она меня чуть ли не задушила в объятьях и все время благодарила меня. Это продолжалось до тех пор, пока я не узнал причину таких чувств, оказавшихся в получении подарка, и что я не забыл про ее день рождения. Когда же она озвучила причину хорошего настроения, то я получил благодарность и от змеек, тоже подсевших на мою литературу. И как я узнал с их рассказов, их знакомые, тоже начав читать не могли оторваться от книги, распространяя слухи об интересном произведении.
Решив проверить, как это выглядит, я оставил в гостиной пару экземпляров первой книги. Первые дни было тихо, но потом началось шушуканье по углам. Позже и меня втянули в обсуждение сюжета. Даже женская часть отложила книги Локхарта, что бы прочитать мою книгу. Убедившись в вирусной реакции на хорошую книгу, я принес на растерзание вторую часть рассказа. Так как уже много людей подсело на книгу, им пришлось поначалу делать живую очередь с предварительной записью. После нашли заклинание, делающее временную копию книги, и тогда смогли прочитать все и общаться без спойлеров. Доходило чуть ли не до драк, когда кто-то громко упоминал, что будет с героями.
К концу октября я смог добраться до скрытых в подвале воспоминаний Родольфуса. Там оказались самые первые закладки, сделавшие его род главными сторонниками Володи. В воспоминаниях были случаи добровольного и насильственного присоединения членов семьи. Его отец оказался крепким и поэтому смог сбросить контроль, за что и был впоследствии убит. В такие моменты муж Беллы был словно марионетка, выполняющая любые приказы без раздумий.
Если так посмотреть, то он является жертвой, но радость при убийствах принадлежала ему, а не была навеяна. Поэтому я не смог его простить, даже если он вступил на эту дорожку не сам. Получив все его знания, я оставил его голову в покое. Кроме закладок я так же обнаружил влияние рабской печати на желание подчиняться. С помощью нее можно было постоянно подтачивать разум и менять мировоззрение. Также разобрался с серыми нитями. Они как я думал, идут от камня рода. По крайней мере, я так это понял, потому что в воспоминаниях видел во время вхождения Беллы в род Лестрейндж, как от камня к девушке протянулась нить. Это было видимым явлением, произошедшим буквально за секунду.
То, что камень влияет на род, это доказано другими людьми, но как от этого избавиться без последствий, нигде не было сказано. На женщин переходящих в другой род, влияние только усиливается, если не отказаться от предыдущего рода, но такое действие может и убить человека. Нить, по-видимому, пускает корни и если вырывать, то с частью ауры или даже души.
Придя к таким выводам, я почти опустил руки, когда вспомнил, что выжигал серость в Нимфадоре при соприкосновении двух аур. Решив попробовать такой метод, стал проводить с Беллой свободное время, занимаясь своими делами.
К этому времени подошел Хэллоуин, на котором должно было произойти первое окаменение. Задумавшись о том, что бы создать еще одну пару очков, я остался после быстрого перекуса в спальне следить за Джинни. Поначалу она вела себя нормально, но ближе к ночи, начала делиться своими переживаниями с Томом. Пока у девочки было много сил, но в такой день грань с миром мертвых стала достаточно тонкой и усилила душу в дневнике. Взяв задремавшую Джинни под свой контроль, Том направился в женский туалет.